На следующий день Ярослава проснулась поздно. Спустилась вниз и, никого не увидев, вышла на улицу. Татьяна Олеговна пропалывала клумбу с цветами.
- Мам, а ты чего меня не будишь?
- А зачем? - не поднимая головы, произнесла мать. - Отсыпайся, ты же у нас на больничном.
- А папа на работе?
- Конечно, где же ему быть. А ты завтракай, всё на столе.
Ярослава села за стол, налила себе чай и задумалась. Желание рассказать отцу о своих способностях прошло, ведь тогда ей придётся признаться, что она их получила от Розы. Ещё вчера вечером, ложась спать, она решила это скрывать до тех пор, пока у неё не останется выбора.
Надумала сказать, что, сидя в приёмной, невольно подслушала разговор Анны Васильевны по телефону и поняла, что секретарша не та, за кого себя выдаёт. Наверное, отец больше поверит в эту версию, чем в то, что она умеет читать мысли. На этом Ярослава успокоилась и, позавтракав, вышла во двор, села на скамейку.
- Мам, тебе помочь? - спросила она мать.
- Я уже заканчиваю, - ответила Татьяна Олеговна.
- Как мне надоело бездельничать, - вздохнула Ярослава.
- А ты не хочешь со мной съездить в город, на рынок?
- Хочу, - обрадовалась Ярослава, - а на чём поедем, давай на моей машине?
- Можно, - согласилась мать, - только я сяду за руль.
- Нет, - отрезала Ярослава, - у тебя хоть и есть права, но ты водитель никакой, не обижайся, пожалуйста.
- Да знаю я, - с досадой произнесла мать. - Но я боюсь с тобой ехать, потому что ты управляешь только одной рукой. Давай лучше вызовем такси, всё купим и обратно также приедем.
Через час они стояли у ворот центрального рынка. А ещё через полчаса с пакетами возвращались обратно. Уже вышли с территории рынка, как неожиданно Татьяна Олеговна остановилась и воскликнула:
- А я забыла купить орехи, хотела ведь печенье испечь к вечеру. Ярослава, посиди с пакетами, вон свободная скамейка. Я быстро вернусь, тут недалеко.
Мать ушла, а Ярослава села на скамейку, и, обложившись пакетами, стала дожидаться мать. Задумалась и не заметила, как к ней подошёл молодой мужчина лет сорока.
- Здравствуйте, - услышала она, - можно к вам присесть?
Ярослава пожала плечами:
- Пожалуйста, присаживайтесь, скамейка общая.
Он сел на край скамейки, потом подвинулся поближе.
- Смотрю, у вас тяжёлая поклажа, может вам помочь?
Почувствовав грязные, неприятные эмоции, она резко ответила:
- Нет, спасибо, я мужа жду, скоро должен подойти.
Мужчина молча поднялся и торопливо пошёл по тротуару, поглядывая по сторонам.
Ярослава с презрением взглянула ему вслед и вдруг у неё перед глазами мелькнул как будто кадр из фильма — он за руку тащит молоденькую испуганную девчонку в каком-то безлюдном сквере.
Ярослава возмущённо посмотрела ему в спину и гневно проговорила:
- Ноги бы тебе переломать за это, мерзавец!
Неожиданно мужчина запнулся за что-то и грохнулся на тротуар со всего размаха. Матерясь почём свет, попытался встать, но не смог. Сел и, чертыхаясь, охая и ахая, стал осматривать свою ногу. Потом достал мобильник и кому-то позвонил.
Ярослава отвернулась, вдруг сообразив, что мужчина упал не просто так.
- Ничего себе! - удивлённо воскликнула она. - Оказывается, даже такое в моих силах. Ну, этому поделом, ходит тут, ко всем пристаёт.
Но потом подумала, что ей следовало бы следить за своими словами, не натворить бы какой-нибудь беды. Конечно, этот-то получил по заслугам, но вдруг невинный пострадает.
Подошла мать:
- А вот и я. Ну что, поехали домой.
Вызвали такси. Пока ждали, к мужчине подъехала машина скорой помощи.
- Смотри-ка, что-то случилось с ним, вроде молодой, - произнесла Татьяна Олеговна.
- Ну, бывает и такое — шёл, упал, потерял сознание, очнулся — гипс, - хмыкнула Ярослава, - но этот, правда, в сознании и ещё без гипса.
- Бедняжка - вздохнула мать, - видимо, ногу сломал, Но как так, на ровном месте и запнуться-то ведь не за что?
- Это карма настигла мужика, - насмешливо произнесла Ярослава, - видать, сильно грешен.
Уже дома, поднявшись в свою комнату, подумала:
- А ведь это здорово — наказать человека за преступление сразу, как только он совершил его. Конечно, я не поняла, что видела — его прошлое или будущее, но если будущее, это даже лучше — тогда он не совершит свой мерзкий поступок.
Она села в кресло и начала анализировать произошедшее сегодняшнего дня:
- Что послужило толчком для этого мужчины, чтобы он упал? Какая энергия, ведь я до него не дотронулась? Неужели мои слова обладают такой силой, что здоровый мужик упал? А может быть, мой взгляд под действием сильного гнева может быть наполнен соответствующей энергией — чем сильнее эмоция, тем больше энергия? Эх, как мне не хватает Розы, она, наверное, всё это знала. А вот мне приходится всё познавать только на своём опыте, и ведь ни у кого не спросишь. Попробую я сейчас что-нибудь уронить таким же образом.
Ярослава оглядела комнату, чтобы взять что-нибудь для своего испытания. На глаза попалась книга. Раскрыла её, чтобы придать ей устойчивое положение, поставила на стол. Отошла в сторону и, стараясь сделать взгляд гневным и угрожающим, направила его на книгу. Но как Ярослава ни старалась, книга даже не шелохнулась.
- Нет, так не получится, нужны сильные эмоции и, видимо, настоящие, искренние, - в досаде воскликнула она, - и как их вызвать на пустом месте, непонятно.
И тут она увидела небольшую статуэтку совы, вырезанной из какого-то камня. Её Ярославе подарил Игнат. Ярослава убрала книгу и поставила на стол статуэтку. Отошла подальше и стала вспоминать, как она увидела Игната тогда со Светкой в ночном клубе. Снова нахлынули неприятные воспоминания и гнев, который охватил её в тот момент. Ярослава разгневанно посмотрела на статуэтку так, как будто это сам Игнат стоял перед ней. И тут сова отлетела к стенке, как будто кто-то с силой смахнул её со стола. Ударившись о стену, статуэтка раскололась на несколько частей. Довольная Ярослава стала собирать осколки статуэтки.
- Что тут за шум? - в комнату заглянула Татьяна Олеговна, - ты зачем статуэтку разбила?
- Да я нечаянно, - произнесла Ярослава, - хотела посмотреть, а она из рук выпала.
- Да?! - недоверчиво спросила мать. - А звук был такой, как будто её об стену бросили.
- Нет, тебе показалось, - покачала головой Ярослава. - Я сейчас уберу, не беспокойся.
Убрав осколки, она спустилась вниз, решив помочь матери.
- Мам, ты вроде хотела печенье испечь, давай помогу, а то ты всё одна делаешь, - предложила она матери.
- Вот хорошо, побыстрее получится, - воскликнула Татьяна Олеговна. - Сегодня отец хотел пораньше приехать, надо успеть и ужин приготовить.
- Значит, папа сегодня успеет меня спросить, как я определила «крота» в их компании, - подумала Ярослава. - И его можно понять — как это я с ходу разоблачила эту Анну Васильевну, когда они всем коллективом не смогли это увидеть.
Так и получилось. Отец, поужинав, поднялся в комнату к Ярославе. Сел в кресло и, внимательно глядя на дочь, сказал:
- Ну, рассказывай, как это ты поняла, что Анна Васильевна — это и есть тот самый «крот», которого мы сами не обнаружили.
- Папа, очень просто получилось, - начала придумывать Ярослава, - ты же сам попросил меня посидеть в приёмной. Я, ничего не подозревая, достала книгу и стала читать. И вдруг у Анны Васильевны зазвонил телефон и я отвлеклась от чтения. И тут она, выслушав кого-то, тихо говорит: «Да не волнуйся ты, всё идёт по плану. Ещё неделя, и вся эта контора у нас запляшет. Глаза бы мои их не видели, так надоело им прислуживать». Я на неё взглянула, а у неё лицо такое злое-злое, совсем не такое, когда я её впервые увидела — улыбчивое и доброжелательное. Ну, понятно же, что она только притворялась добренькой. Вот я и подумала, что-то тут не так. А когда ты мне сказал, что у вас будет через неделю, сразу стало всё понятно.
- А почему ты мне сказала, что специально приехала, чтобы найти «крота», ты же об этом ещё не знала? - отец подозрительно посмотрел на дочь.
- Про «крота», конечно, я не знала, но зато видела, что у вас на работе что-то происходит. И мама тоже за тебя беспокоилась, вот я думала, что расспрошу кого-нибудь. Кстати, сначала хотела спросить у Анны Васильевны, но не успела, к счастью.
Отец помолчал, потом, вздохнув, произнёс:
- Как-то не очень убедительно звучит твой рассказ.
Ярослава улыбнулась:
- Ладно, честно признаюсь. Я сидела в приёмной и вдруг услышала мысли Анны Васильевны, как она ждёт-не дождётся, когда пройдёт неделя, после которой вы все у неё попляшете. Еще думала, что она для всех вроде прислуги «подай-принеси».
- Мысли ты услышала? - хмыкнул отец. - Ну, это вообще из области фантастики. Но я хочу сказать, что твоя наблюдательность помогла нам найти «кротов», и этим самым ты уберегла компанию от больших убытков. Проси у меня чего хочешь. Помню, ты хотела машину — иномарку, так я готов тебе её купить.
Ярослава покачала головой:
- Не надо, я уже привыкла к своей Ладушке.
- Так она уже битая теперь.
- Ничего страшного, - улыбнулась Ярослава, - как говорят, за одного битого двух небитых дают. Пап, правда, мне пока не нужна новая машина. Может быть, потом когда-нибудь я и захочу поменять свою Ладушку, но не сейчас.
- Хорошо, - кивнул отец, - но моё предложение остаётся в силе. А может быть, ты надумаешь что-то другое получить в подарок, ты только скажи.
***
Продолжение: