Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Военная история

Россияне захотели компенсаций за блокировки в интернете

Мы привыкли считать интернет бездонной ямой для денег, но сейчас ситуация развернулась на 180 градусов: пользователи хотят, чтобы государство само платило им за те неудобства, которые возникают из-за бесконечных блокировок. И речь не о копейках — судя по свежим опросам, градус общественного недовольства зашкаливает. Представьте себе: более 80% россиян уверены — если уж власти так рьяно перекрывают вентили (VPN, мессенджеры, да хоть тот же Telegram), то и убытки от этих «перекрытий» должны компенсировать. В конкретных цифрах это выглядит так: из 12 тысяч человек, опрошенных «Лентой.ру» на днях, 81,4% сказали твердое «да» компенсациям. Их логика проста и цинична: ограничения бьют по карману. Оставшиеся 18,6%, видимо, либо настолько озабочены безопасностью, что готовы терпеть любые неудобства бесплатно, либо просто пока не столкнулись с тем, как это — остаться без связи в важный момент. Но дело не только в деньгах, но и в диком раздрае в головах. Первый зампред думского комитета по информ

«Кошелек или безопасность?»: Россияне требуют денег за цифровую несвободу

Мы привыкли считать интернет бездонной ямой для денег, но сейчас ситуация развернулась на 180 градусов: пользователи хотят, чтобы государство само платило им за те неудобства, которые возникают из-за бесконечных блокировок. И речь не о копейках — судя по свежим опросам, градус общественного недовольства зашкаливает.

Представьте себе: более 80% россиян уверены — если уж власти так рьяно перекрывают вентили (VPN, мессенджеры, да хоть тот же Telegram), то и убытки от этих «перекрытий» должны компенсировать. В конкретных цифрах это выглядит так: из 12 тысяч человек, опрошенных «Лентой.ру» на днях, 81,4% сказали твердое «да» компенсациям. Их логика проста и цинична: ограничения бьют по карману. Оставшиеся 18,6%, видимо, либо настолько озабочены безопасностью, что готовы терпеть любые неудобства бесплатно, либо просто пока не столкнулись с тем, как это — остаться без связи в важный момент.

Но дело не только в деньгах, но и в диком раздрае в головах.

Первый зампред думского комитета по информполитике Александр Ющенко, комментируя результаты, неожиданно поддержал эту «меркантильную» позицию граждан. Он указал на главную проблему: вакуум информации. По его словам, когда блокируется Telegram или «ложатся» сервисы, государство предпочитает отмалчиваться или отделываться общими фразами. А пользователи тем временем ощущают на себе конкретные сбои — не работают мессенджеры, не грузится видео, «падает» связь.

«Есть невнятные объяснения, формулировки по этому поводу, — цитирует Ющенко «Лента.ру». — Поэтому, как минимум, государство обязано информировать».

По мнению депутата, если ограничения вводятся не ради предотвращения реальных ракетных атак или террористических угроз, а просто «потому что надо», да еще и без внятного обоснования, то у людей появляется законное право требовать возмещения ущерба. «Если, допустим, без всяких причин происходит сбой работы интернета, то тогда, конечно, необходимо компенсировать», — резюмировал он.

Точка кипения наступила 1 апреля

Опрос проводили как раз на стыке марта и апреля, и эти даты выбраны не случайно. В ночь на 1 апреля российский сегмент интернета накрыла настоящая буря. Данные сервиса Downdetector — штука красноречивая: счетчик жалоб на Telegram взлетел до небес, превысив 350 обращений уже к часу ночи. Пользователи массово жаловались, что приложение «лежит», не приходят сообщения, не загружается медиа . Причем, по статистике, больше всего досталось владельцам Android — почти 40% жалоб от них . И это при том, что официальной тотальной блокировки мессенджера так и не случилось — только точечные ограничения, которые местами превращают работу с привычным сервисом в ад.

Но «прелести» 1 апреля этим не ограничились.

Налог на свободу доступа

В тот же день Минцифры запустило механизм, который эксперты уже окрестили «налогом на VPN». Операторам «большой четверки» спустили указание: с 1 апреля отключить возможность пополнения Apple ID со счета мобильного телефона . Формально — чтобы «стимулировать» Apple вернуть российские приложения в магазин. Неформально — чтобы перекрыть удобный канал оплаты подписок на те самые VPN-сервисы, которые позволяют обходить блокировки. Тем, у кого iPhone, теперь придется искать подарочные карты в рознице или мучиться с зарубежными картами . В Минцифры эту меру называют «сложным компромиссом» . Звучит грозно, но суть одна: каждый лишний гигабайт международного трафика, который раньше считался «бесплатным» в тарифе, теперь будет стоить реальных денег .

Как подсчитали эксперты, средний активный пользователь тратит около 20 ГБ в месяц, а в новых реалиях бесплатными останутся только 15 ГБ . За все, что выше, придется доплачивать. По оценкам главного редактора Runet Владимира Зыкова, ежемесячный счет может вырасти в полтора раза — с привычных 450–500 рублей до 750 . А если считать по-максимуму, как это сделали в Mash Money, то активные юзеры VPN (а их, по разным данным, от 20 до 30 миллионов человек) могут «попасть» на дополнительные 225 миллиардов рублей ежемесячно . Это, конечно, астрономическая цифра, но она наглядно показывает, насколько болезненным для кошелька может стать новый курс на «суверенизацию».

Вместо вывода: раскошеливаться на безопасность?

Получается парадокс: пока чиновники ищут способы усложнить жизнь пользователям VPN и иностранных сервисов, сами же россияне говорят: «Ваши методы бьют по нашему карману, либо платите, либо не трогайте». Опрос «Ленты.ру» — это не просто статистика. Это маркер. Люди согласны терпеть неудобства, но не готовы платить за них из своего кармана, особенно когда цели ограничений им не объясняют.

Пока же реальность такова: сидеть на двух стульях — одновременно требуя от бизнеса и граждан цифрового послушания и не давая четких пояснений — больше не получится. Либо власть внятно объясняет, зачем режутся скорости и блокируются мессенджеры (и тогда — никаких компенсаций), либо признает, что это «издержки производства», и компенсирует их. Третьего, как показывает настроение 80% опрошенных, не дано.