– Маруся, я официально заявляю: этот балкон — не склад, это филиал городской свалки. Я сейчас вынесу эту старую оконную раму, или она вынесет меня. – Ванечка, положи инструмент. Это не рама, это будущая «витрина нашей жизни». – Маша, «витрина жизни» должна быть из стекла и бетона, а не из трухлявого дерева с пятью слоями облупившейся краски. У меня сейчас случится инженерный инфаркт. – Вот и неправда! Посмотри на эти трещинки — это же чистый «кракелюр». Знаешь, сколько за такой эффект в модных салонах дерут? – За эффект «старого сарая»? Мария Ивановна, мы живём в двадцать первом веке, кругом нейросети и нанопластик, а ты хочешь повесить на стену кусок истории из хрущёвки. – Именно! Нанопластик души не имеет, Ваня. А в эту раму мы вставим не стёкла, а зеркала и фотографии из нашего похода на Байкал в семьдесят пятом. – И куда мы это чудо инженерной мысли пристроим? В прихожей и так места нет, Бим вечно хвостом всё сносит. – А мы её сделаем функциональной. Смотри, я нашла в твоём ящике с
Как хлам из 70-х заставил нас взяться за дизайн, или наш дерзкий ответ Икее
2 дня назад2 дня назад
1
3 мин