Сильнейший российский скелетонист Владислав Семенов, выигравший в минувшем сезоне все четыре этапа Кубка Европы, в интервью ТАСС рассказал о том, как встретили его зарубежные соперники, почему считает себя одним из сильнейших спортсменов мира, а также оценил шансы украинца Владислава Гераскевича на медали Олимпиады-2026, если бы того не сняли с соревнований из-за политического демарша
— Совсем недавно вы завершили сезон, в очередной раз победив на чемпионате России. Это было сделать труднее, чем стать первым на этапе Кубка Европы?
— Могу сказать, что победа на чемпионате России мне точно далась очень непросто. Посмотрев Олимпиаду, я принял решение внести технические изменения в свой скелетон, поработать в этом направлении. На тренировочных заездах перед чемпионатом страны я проигрывал сильно по скорости, несмотря на хорошую езду. Поэтому в последний день официальных заездов мне пришлось вернуться к старому варианту, после чего в итоге сумел в очередной раз победить.
Было сложно немного перестраиваться, психологически всегда это чуть подбивает твою уверенность, когда ты на тренировках не лидируешь. Но я с этим справился.
— Второе место на чемпионате России занял Евгений Рукосуев, который является вашим основным соперником уже на протяжении нескольких лет. Выступай он с вами на Кубке Европы, мог бы там добиться столь же высоких результатов?
— Если бы Женя поехал туда, то на Кубке Европы зрители стали бы свидетелями нашего острого противостояния. То, что у нас из года в год проходит на сочинской трассе. Он является сейчас моим главным соперником. Именно Женя выиграл осенью Кубок России, а мне, в свою очередь, недавно удалось в третий раз подряд стать чемпионом страны.
— Из-за пропуска предыдущего международного сезона вам не удалось сразу после возвращения выступить на Кубке мира. Смогли ли вы своим успешным выступлением на Кубке Европы решить задачу выхода на Кубок мира в следующем сезоне?
— В завершившемся сезоне мы ехали на международные старты довольно-таки поздновато, из-за чего у нас изначально не было возможности отобраться на Олимпийские игры. Мы с Даниилом Романовым выступили на четырех этапах Кубка Европы, и нам не хватило буквально одного международного старта, чтобы заработать себе право начать следующий сезон сразу с Кубка мира.
Поэтому нам осенью нужно будет еще буквально один этап выступить на каком-нибудь международном старте рангом пониже — Кубке Америки, Европы или Азии. Любые соревнования, любая трасса, буквально одни соревнования, и потом мы будем готовы залетать на Кубок мира. По очкам квоту мы себе уже заработали по итогам прошедшего сезона. Нужно просто еще одно соревнование и одна трасса.
— Сохранится ли за вами нейтральный статус в следующем сезоне?
— Насколько я знаю, нейтральный статус остается за нами на протяжении всего времени. Подтверждать или перепроверять его не нужно, заново платить деньги международной федерации тоже, насколько я знаю, не нужно. Этот нейтральный статус остается со мной на весь период, пока есть в нем необходимость.
— Смотрели ли вы трансляцию олимпийского турнира по скелетону с Игр-2026 в Италии? Или вам было морально тяжело следить за соревнованиями, на которые точно бы отобрались, если бы вернулись на международные старты в начале сезона?
— Такого, чтобы выключить телевизор, точно не было. Я люблю свой вид спорта и, конечно, смотрел соревнования. И не только скелетон смотрел, но и сани, бобслей.
Мне, как профессионалу, в любом случае нужно было это делать, чтобы получить хотя бы какое-то представление о новой трассе, где я еще не катался. В следующем году в Кортине пройдет этап Кубка мира, где можно себя проявить, если хорошо к этому старту подготовиться. И если это мне удастся — стартовать в декабре в Италии и показать там высокий результат, — то не только я буду понимать, что способен выступать не хуже, чем призеры Олимпийских игр.
— История не терпит сослагательного наклонения. Но если бы вам в итоге представилась возможность выступить на Олимпиаде-2026, какой результат там могли показать? Все-таки турнир проходил на новой трассе, и все его участники находились в приблизительно равных условиях.
— Вместе с тренером Александром Николаевичем Зайцевым мы проводим хорошую техническую работу. Мы были подготовлены в любом случае к этой Олимпиаде и в техническом плане, и плане стартового разгона. На этапах Кубка Европы мне удалось, считаю, доказать, что нахожусь на уровне мировых лидеров в стартовой скорости. На Олимпиаде шансы взять медали есть у многих, и я не был бы исключением.
Тем более, как вы правильно заметили, соревнования проходили на трассе, где ни у кого не было большого наката. Поэтому очень многое зависело от того, как спортсмен сумел психологически настроиться на этот старт. Ну и от техники тоже. Считаю, мы могли бы побороться там за высокие места. И бороться за медали были точно готовы. И физически, и технически.
— Насколько Кубок Европы, где вы не уступили ни на одном старте, уступает Кубку мира?
— Не буду лукавить. Конечно, Кубок Европы — это соревнования менее высокого уровня, чем Кубок мира. Но многие спортсмены, с которыми я соперничал в этом сезоне, еще в прошлом или позапрошлом сезонах выступали на Кубке мира, попадали там на этапах в первую пятерку или десятку, показывали высокий уровень результатов и боролись за медали. Уровень мастерства спортсменов в мировом скелетоне очень вырос за последние годы, поэтому в Кубке Европы сейчас выступают тоже сильные атлеты.
Я себя позиционирую как спортсмен, входящий в топ-6 в мире, и поэтому на этапах Кубка Европы должен был доминировать.
— Когда в начале января вы приехали на первый для себя этап Кубка Европы, то допускали ли, что одержите победы на всех четырех стартах?
— Если бы мне вначале сказали, что я так успешно выступлю, то я, конечно, не поверил бы, что все эти четыре этапа будут за мной. Когда мы только приехали в Европу, то о победах я точно не думал. Потому что было непонятно, насколько мы отстали в технике от иностранных спортсменов за те несколько международных сезонов, которые вынуждены были пропустить. Мы не знали вообще, на каком уровне находится сейчас мировой скелетон. Это было можно только предполагать.
Сейчас уже можно сделать определенные выводы. Я точно стал сильнее, чем мои зарубежные соперники, которые соревновались со мной. Они в том же старте не так сильно прибавили, как я. Мне, тренируясь и выступая в России, удалось сделать куда больше шагов вперед, нежели моим иностранным конкурентам, продолжавшим спокойно выступать на международных соревнованиях.
Весь тот опыт, который я получил до нашего отстранения, он никуда не делся, он был приумножен на трассе в Сочи за четыре года. И именно это позволило мне побеждать на этапах Кубка Европы после четырехлетнего пропуска.
— Позволю себе опять вернуться к Олимпиаде-2026. Наверно, все это время, пока шли те соревнования, вас терзала обида от того, что вы, четырехкратный победитель этапов Кубка Европы, имеете куда больше оснований выступить на главном старте четырехлетия, нежели многие другие олимпийцы.
— Такие мысли меня точно не беспокоили, потому что нет никакого смысла думать, как могло бы повернуться, если бы я был там. Вот приедем в следующем сезоне на международное соревнование и посмотрим, как все там будет. Я себя считаю сильным спортсменом, поэтому не должен думать о таких вещах.
— Правильно ли я понимаю, что Игры-2026 были для вас не первой Олимпиадой, которую вы были вынуждены пропустить не по своей вине?
— Да, это так. Отношения с Олимпиадами у меня пока не складываются. Это началось с Игр 2018 года в Южной Корее. На осенней контрольной тренировке в Сочи, по результатам которой отбирались три претендента на поездку в Пхёнчхан, я уступил только Александру Третьякову и Никите Трегубову. Но меня не взяли на международные соревнования из-за каких-то проблем с моими документами, поэтому я не смог дальше претендовать на участие в Олимпиаде.
Игры 2022 года в Пекине прошли мимо меня, потому что за неделю до отбытия в Китай у меня был обнаружен ковид. Олимпиада-2026 стала для меня третьей, которую я пропустил не по своей воле. Хотя на все Игры я честно зарабатывал себе место в числе участников и в каждом олимпийском цикле становился еще сильнее. Это меня и держит в спорте. Пока у меня растут результаты, я готов продолжать свою карьеру в скелетоне.
— Теперь вы живете мечтой выступить на Олимпиаде-2030? Хватит ли сил и терпения продолжать прогрессировать дальше, чтобы через четыре года поехать на Игры во Францию?
— Конечно, хватит. Надеюсь, что теперь у нас здесь образуется с международными соревнованиями, с допусками. Мы просидели столько лет дома, а теперь после долгожданного допуска наши результаты не стали хуже. Мы, как акулы, сейчас почуяли запах крови, теперь все, держите нас семеро.
— Вы обратили на себя внимание всех, когда четыре года назад в дебютном для себя Кубке мира сумели на восьми этапах из девяти попасть в первую десятку, а один раз даже стать четвертым. Вас знают иностранные соперники. Как они отнеслись к вам после столь длительного вынужденного отсутствия?
— Здесь вообще все было комфортно. Процентов 80 участников Кубка Европы сезона-2025/26 — это те ребята, с которыми я лично начал соревноваться еще в 2016 году на международных стартах. Мы начинали кататься все вместе, половина из нас выступала на юниорских чемпионатах мира. По нам соскучились, с нами приятно соревноваться, мы со всеми поддерживаем хорошие отношения.
Единственное, за что нас можно не любить, — только за то, что мы у них выигрываем на их трассах. А так у нас остались замечательные отношения. Нас приняли очень тепло, поэтому не было даже намека на какую-то дискриминацию или какое-то плохое отношение к нам.
Хотя вы, наверное, слышали, что на первом после нашего возвращения этапе Кубка Европы в Иглсе была одна провокационная акция. Но организаторы жестко отреагировали на это, вызвали полицию. И больше этого не повторялось, потому что люди тоже не хотят терять возможность выступать на соревнованиях. Я говорю про украинцев, латышей и, по-моему, шведов. А остальные страны — немцы, итальянцы, швейцарцы, — все отлично к нам относились.
— Лидер сборной Украины по скелетону Владислав Гераскевич, попытавшийся превратить олимпийскую трассу в политическую трибуну, был не допущен в итоге до участия в Играх-2026. Его снятие значительно облегчило другим спортсменам борьбу за место в тройке призеров?
— У него не было никаких шансов на получение олимпийской медали. В принципе, как пилот он хорош, но ему не хватает стартовой скорости. Он бы не смог чисто из-за своего слабого старта бороться за награды, максимум, на что мог бы рассчитывать при идеальной езде, — на места с четвертого по шестое.
Но все равно этот спортсмен способен показывать результаты высокого уровня и находится в десятке лучших спортсменов в мире. Он хороший пилот, но, повторюсь, на Олимпиаде он бы побороться за медаль не смог.
— За почти четыре года отстранения не приходили ли вам в голову мысли отказаться от российского гражданства, начать выступать за условную Сербию и спокойно ездить на все международные старты?
— Такие мысли у меня никогда не появлялись. Моя страна в развитие меня как спортсмена вложила очень много денег. Большой вклад внесли и Москва, и Федерация бобслея России, и мой личный тренер. Я не считаю для себя возможным сменить не только страну, но даже регион. Поэтому я живу и тренируюсь здесь, надеюсь, что буду продолжать выступать на международных стартах, пусть даже в качестве нейтрального атлета. Но нейтрального атлета из России, а не из какой-то другой страны. Надеюсь, что еще смогу порадовать отечественных болельщиков медалями.
— Осуждаете ли вы тех, кто принял решение покинуть Россию и выступает сейчас за другую страну?
— Никого не осуждаю, у каждого своя жизнь. В отношении себя у меня категоричная позиция. Но все знают, что век спортсмена недолог, и если он идет на какой-то кардинальный шаг, чтобы выступить на Олимпиаде, то я не буду такого человека осуждать.
— Про то, что все соревнования на олимпийской санно-бобслейной трассе вы смотрели, мы теперь знаем. А следили ли вы за тем, как выступали в Италии нейтральные спортсмены из России в других видах спорта?
— Я смотрел всю Олимпиаду, где наши ребята выступали, за всеми наблюдал. И за наших паралимпийцев также у экрана монитора не менее активно болел. Им удалось доказать, что, как только представится шанс выступить, они цепляются за него и забирают свои медали. Высокий уровень мастерства у наших спортсменов сохраняется, и своего они никогда никому не отдадут.
— В своем профиле на сайте международной федерации вы указали, что вашими любимыми спортсменами являются ямайский бегун Усэйн Болт и наш Александр Третьяков. Почему был сделан такой выбор?
— Они являются для меня, пришедшего в скелетон из легкой атлетики, эталонами в каждом из двух видов спорта. Просто отдаю им, так сказать, должное, респект и уважение. Я всегда за красивый спорт, будь то фигурное катание, легкая атлетика, лыжи или скелетон.
— Один из ваших кумиров, олимпийский чемпион 2014 года Александр Третьяков, на недавнем чемпионате России занял третье место, после чего заявил, что будет думать над тем, продолжать ли ему, 40-летнему, свою карьеру в спорте.
— Для всех нас Саша является маркером стабильности, он всегда ровно проходит трассу, стабильно показывает тот старт, на который способен. И когда другие ребята допускают ошибки, Александр Третьяков за счет своей стабильной езды опережает их. Это было и на последнем чемпионате России, когда с пятого места после первого заезда он в итоге переместился на призовое третье.
Ребята смотрят на него и обращают свое внимание, над чем нужно еще поработать, чтобы стать лучше. Я думаю, Александр должен сам для себя решить, что ему делать дальше. Мы же рады быть с ним в одной команде.