Дядя Миша умирал тяжело. Последние три года он почти не вставал. Я, его племянница, жила с ним: мыла, кормила с ложечки, читала газеты. Своей семьи у меня не было, и я искренне любила дядю. У дяди Миши было двое родных детей — сын Олег и дочь Ира. Оба живут в столице, успешные, богатые. За все 10 лет болезни отца они приехали ровно ноль раз. Звонили только на Новый год, и то не всегда.
— Ой, Ленка, ну ты там пригляди за батей, нам некогда, бизнес, — говорил Олег и бросал трубку. Дяди не стало во вторник. Я позвонила им.
— Да вы что? — наигранно всхлипнула Ира. — Ладно, приедем к похоронам. Они приехали. На дорогих машинах, в брендовых очках. На поминках сидели с кислыми лицами, брезгливо ковыряя вилкой салат. А как только последний гость ушел, Олег встал и громко заявил:
— Ну что, Лена. Спасибо тебе, конечно, за уход. Но тебе пора съезжать.
Я замерла с полотенцем в руках.
— В смысле?
— В прямом, — поддакнула Ира. — Папина квартира теперь наша. Мы наследники первой очереди. Квартиру бу