Как известный философ учил сенаторов традиционным ценностям
«Ценность — это не то, что есть, а то, что должно быть. Так же, как и норма, так же, как и идеал. Это то, к чему мы идем. Может быть, мы этому не соответствуем — ни государство, ни политики, ни люди. Мы можем этому не соответствовать, но мы должны этому соответствовать! Таково решение нашего общества, нашей власти, нашего президента!» — напутствовал членов Совета Федерации философ Александр Дугин. Известный мыслитель объяснял на заседании комитета по соцполитике российские традиционные ценности, закрепленные в соответствующем президентском указе. О том, почему «цивилизация Эпштейна» — это не провал, а закономерность развития западного общества и как власти задумались над правками статьи Конституции об идеологии, — в материале «БИЗНЕС Online».
Чем традиционное общество отличается от современного?
Участие известного философа Александра Дугина в заседании комитета Совета Федерации по социальной политике заранее не анонсировали. Тем удивительнее было его появление в зале, еще и с лекцией на тему «Традиционные ценности: смыслы, содержания, определения. Укрепление российской идентичности и основы патриотического воспитания». В повестке заседания комитета вопрос стоял первым с пометкой «в рамках подготовки „времени эксперта“» — так называют небольшие выступления на заседаниях Совета Федерации приглашенных гостей из различных отраслей. Например, в 2020 году перед сенаторами выступали основатель Wildberries Татьяна Ким и председатель правления ПАО «Новатэк» Леонид Михельсон, а в 2015-м к трибуне выходил госсоветник РТ Минтимер Шаймиев. Ближайшее «время эксперта» назначено на сегодня, однако в повестке заседания Совета Федерации имя выступающего не указано. «Точной информации нет», — заявили «БИЗНЕС Online» в пресс-службе верхней палаты парламента.
Вчера на заседании комитета Дугина посадили во главе стола. Он начал с того, что дал определение типам обществ. Дело в том, что в социологии и философии существует дуализм понятий — традиция и современность. «В сфере научной терминологии это антитезы. Общество может быть либо традиционным, либо современным», — указал Дугин.
Причем нынешнее общество, в котором мы или иные народы живут сейчас, может быть как традиционным, так и современным. Современным именуется общество, обладающее определенными свойствами. Они противоположны отличительным особенностям общества традиционного. Дугин отметил, что в ходе общественных дискуссий этот момент часто ускользает из поля зрения, что ведет к недоразумению и смешению понятий. Поэтому, рассуждая о традиционных ценностях, сам философ всегда начинает с разграничения этих понятий. «Это два типа, они не имеют отношения ко времени. Они могут существовать сегодня, могли существовать раньше. Современность началась очень давно. Некоторые элементы современности мы находим вообще в Средневековье», — указал философ.
При этом он отметил, что современное общество, или общество модерна, возникло только на Западе. «Традиционное общество основано на принципе постоянства. Оно говорит, что если что-то существовало, то это уже само по себе, скорее всего, хорошо. И самое главное — поддержать то, что есть, сохранить его, не дать ему измениться. Изменения опасны, они, скорее всего, приведут к худшему, а не к лучшему», — описал мыслитель.
Такой взгляд на вещи порождает несколько характерных особенностей представителей такого социума. Они верят в Бога, убеждены в сакральности, считая, что всегда есть нечто выше, чем земное и материальное, убеждены в священности души. В таком обществе возникает представление об истории как о времени, идущем сверху вниз, «например, от рая к отступлению, от хорошего к плохому». «И цель традиционного общества — это препятствовать времени, препятствовать плохому, стараться соблюдать те принципы, которые достались от прошлого. Это не просто уважение к прошлому, это — восхваление прошлого, подражание ему», — рассказал Дугин. Из-за этого такие вещи, как прогресс, инновации, развитие, новые технологии, не являются самоценностью.
А современное общество прежде, чем рассказать о том, что оно несет комфорт, прогресс и изобретения, для начала поставит под сомнение уклад и постулаты традиционного. Мол, вечности и Бога нет, но есть время и человек. Отрицается также бессмертие души и прочие характерные для традиции понятия. И после того, как происходит отмена принятых ранее идеалов и постулатов и подмена понятий, в силу вступают новые критерии, и переворачивается взгляд на ход истории: раньше общество двигалось сверху вниз, теперь — снизу вверх. Во главу угла ставится эволюция и прогресс, на первый план выходят материальные ценности, поскольку духовные отрицаются: «Нет духа, есть только материя».
«Таким образом возникает два типа ценностей — ценности современные и ценности традиционные. Между ними оппозиция», — констатировал Дугин.
«Какие, собственно, наши ценности мы защищаем…»
По его словам, советское, а затем российское общество долгое время считало, что движение может идти только в одном направлении — развитие, прогресс, вестернизация. Поворотным моментом, по мнению Дугина, стал указ президента России Владимира Путина, которым утверждались основы госполитики по сохранению и укреплению традиционных российских духовно-нравственных ценностей. Он появился после начала спецоперации — 9 ноября 2022 года, когда Россия «начала входить в прямой конфликт с Западом». По мере развития противостояния на Украине российское общество стало осмыслять, с кем оно сражается и «какие, собственно, наши ценности мы защищаем».
Дугин считает, что именно этот указ дал ответ на то, «за что же мы гибнем, за что страдаем, с кем воюем и что отстаиваем». И документ не случайно говорит именно о традиционных ценностях, а не, скажем, о российских или современных ценностях, или будущем. «Это указ о вечном, и слово „традиционные“ здесь — это главный акцент. Это наши ценности, и они являются традиционными. Если угодно, не подлежащие изменениям, если угодно, вечные, если угодно, неизменные вообще. И вот именно их неизменность противопоставляет их напору каких-то контрценностей. И если мы сложим антиценности из нашего указа номер 809, то мы получим современное западное мировоззрение», — подчеркнул философ.
Получается, что все западные ценности нетрадиционные, поэтому противоположны нашим. Именно этот указ открывает глаза широким массам на эту закономерность, которая для профессионалов — философов, социологов, политологов — давно является прописной истиной. Более того, документ провоцирует такой колоссальный рывок вперед, считает мыслитель, что наше общество и власть еще пока только готовятся осмыслить его масштаб и значимость.
«Традиционная ценность жизни на Западе представляется в качестве антитезы — Pro Life и Pro Choice. Чему противопоставляется понятие „жизнь“ — понятию свободы аборта, эвтаназии. То есть жизнь — это социальная опция, которая не является священной. Поэтому, когда мы утверждаем традиционную ценность жизни, мы утверждаем ее святость, мы утверждаем ее духовную ориентацию», — отметил Дугин.
Описав общие различия между традицией и модерном и подчеркнув значимость президентского указа, направленного на защиту традиционных ценностей, философ стал по порядку разбирать, что же это за ценности и чем отличаются взгляды на них в России и на Западе.
Тем не менее, как выяснилось, и на Западе есть люди, которые борются за жизнь еще до того, как ребенок родился. Они и формируют движение Pro Life. «А Pro Choice — это за смерть», — обозначил Дугин. Таким образом, казавшееся очевидным представление о том, что жизнь является традиционной ценностью, получает очень конкретное значение. «Жизнь — это бессмертная жизнь души. Жизнь не кончается со смертью тела. Это часть нашей духовной культурной традиции. А раз так, то, что мы делаем при нашем физическом существе, — это лишь прелюдия к нашей бессмертной жизни», — сказал он.
Этому понятию противопоставляется культура смерти, индивидуализма и материализма, отрицающая ценность души. И прямым следствием этой культуры становится система ценностей Pro Choice, выступающая за право на аборты и эвтаназию.
Дальше Дугин завел речь о достоинствах, правах и свободах человека. Казалось бы, эти понятия созвучны западным идеалам либерализма. Однако в русской духовной традиции права всегда неотделимы от обязанностей и ответственности. «Достоинство, права и свободы человека включались в понятия коллектива, они применялись сразу к соборному, общинному, коллективному началу — и в советское время, и в досоветское время. Это константа нашей истории», — указал докладчик. То есть формулируются эти понятия одинаково, а интерпретируются очень по-разному: Запад выводит из них индивидуализм, а мы, напротив, — коллективизм.
Затем Дугин обратил внимание на патриотизм, гражданственность и служение Отечеству. «Государство является священной ценностью, именно священной ценностью. И смысл нашего государства в его сакрализации. Это не просто ночной сторож, а у государства есть миссия», — продолжил философ.
В эпоху Российской империи эта миссия подразумевала, что русский православный царь — это та фигура, которая препятствовала пришествию антихриста. Советское государство тоже имело свою миссию, оно защищало для всего мира новые ценности справедливости. Так или иначе, на всех этапах истории нашей страны государство считалось священным, считает Дугин, соответственно, священными становятся служение Отечеству и его защита. «Это уже не социально-политический, а духовно-нравственный долг человека — любить и уважать свое государство и платить за бытие этого государства высшую цену — отдавать жизнь», — говорил Дугин.
На Западе же слово «патриот» стало едва ли не ругательным. Любовь к Отечеству там, как полагает философ, расценивается как насилие над индивидуальными правами. «Вот вам наша ценность традиционная и их антиценность», — констатировал он.
«Цивилизация Эпштейна» — это не провал или случайность, а закономерность
Кроме того, по мнению Дугина, современное западное общество также не придерживается высоких нравственных идеалов. Вместо этого оно предпочитает насилие и разврат, что превратило его в «цивилизацию Эпштейна». Западные элиты, навязавшие своему населению такую повестку, в начале насмехались над традиционными ценностями, называли их архаичными, затем через воспевание индивидуальной свободы создали постмодернистскую философию и в конце концов все это закончилось файлами Джеффри Эпштейна. «Это не случайность, не какой-то сбой системы. Если поставить себе задачу освобождения от всех традиционных ценностей, то мы приходим к тому, что высокие нравственные идеалы осмеиваются, потом считаются тоталитарными, ну, а потом мы получаем, что получаем», — резюмировал докладчик.
Еще одна традиционная для нашего общества ценность, противостоящая этому разврату, — библейская семья. Она представляет из себя не просто союз мужчины и женщины, а союз двух начал. Такая семья священна, поскольку это воплощение замысла Бога, создавшего два пола. Такое обоснование совершенно меняет представление о семье. На Западе же считают, что семья — это договор между двумя индивидами, причем любого пола. Таким образом, западная цивилизация ведет к ликвидации института семьи.
Досталось жителям западных стран от Дугина и за отношение к созидательному труду, который у нас также относится к числу традиционных ценностей. «На Западе самое главное, когда они измеряют успех, — это меньше работать и больше получать. Идеальный человек вообще не работает и получает максимально много. Соответственно, труд рассматривается как пытка», — добавил философ.
А вот в России, напротив, трудиться почетно, поскольку это означает быть нравственным и делать что-то важное. В нашей стране совсем иное представление о труде, заключил философ. Из этого проистекает верховенство духовного над материальным. «У нас в стране после указа номер 809 в качестве доминирующей философии, мировоззрения властью утверждается идеализм. Идеализм, а не материализм! Утверждение вертикального духа, души, Бога, идеи, веры — то есть все то, над чем смеялись материалисты, мы провозглашаем как высшую ценность», — подчеркнул Дугин.
Различается в России и на Западе отношение к гуманизму. У нас гуманист — это тот, кто делает что-то для других. А на Западе это некий богоборческий гуманизм, утверждающий, что индивид превыше всего. Более того, сейчас многие представители западных стран даже не стремятся как-то трактовать понятие гуманизма, пусть и по-своему, а просто говорят, что оно себя исчерпало.
Кроме того, россиянам свойственны и такие понятия, как милосердие, справедливость. Последнее же «вообще с точки зрения современности считается чем-то неприемлемым». Дело в том, что само понятие справедливости, по мнению Дугина, говорит о том, что нельзя быть счастливым, когда рядом с тобой человек несчастлив. Соответственно, если ты что-то получил, то должен этим поделиться с ближним. Развивая эту мысль, философ выразил мнение, что когда на Западе богач видит бомжа, то утверждается в своем величии, а отечественный богатей становится несчастным и испытывает солидарность с бедными.
Более того, нравственный фундамент российского общества укреплен историческим самосознанием. А вот на Западе считают, что каждое следующее поколение подобно новой модели смартфона — однозначно лучше предыдущего. И нет никакого смысла углубляться в изучение истории и преемственности поколений.
Наконец, принципиально отличается отношение к национальному вопросу. «Это высшая ценность, а не наше бремя, что у нас много народов живет в стране. Это наше богатство. У русских есть гордость за то, что они живут в окружении братских народов и открыты по отношению к ним. А гордость наших братских народов — что они солидарны с русским народом, вместе с ним воюют и сражаются», — подчеркнул мыслитель.
И единство народов России, прописанное в президентском указе, — это не абстрактная вещь, а то, что каждый россиянин проживает в качестве своей истинной идентичности. Поэтому национализм в России является полной антиценностью, которая призывает к развалу страны.
В реальности все наоборот…
Завершая выступление, Дугин напомнил, что в Конституции России существует запрет на установление государственной идеологии. Однако власть, по словам Дугина полагает, что необходимо «что-то делать с этой статьей, потому что она препятствует консолидации нашего общества». Пока же вместо слова «идеология» используется «мировоззрение». Именно оно и сформулировано в указе президента. Появляется историческая преемственность, включающая в себя опыт и Российской империи, и Советского Союза. «У нас в этом указе содержится мировоззрение, которое мы должны транслировать народу», — напутствовал сенаторов философ.
При этом Дугин обратил внимание, что если с этими постулатами идти в народ, то люди удивятся предложенным тезисам и покажут, что в реальности все наоборот. И сенаторов вместе с философами поднимут на смех, сказав, что предложенные ценности, закрепленные в указе, не имеют никакого отношения к действительности. А в реальности «рыба ищет, где глубже, а человек — где слаще».
«Ценность — это не то, что есть, а то, что должно быть. Так же, как и норма, так же, как и идеал. Это то, к чему мы идем. Может быть, мы этому не соответствуем — ни государство, ни политики, ни люди, мы можем этому не соответствовать, но мы должны этому соответствовать! Таково решение нашего общества, нашей власти, нашего президента!» — резюмировал Дугин.
А пример обществу должны дать как раз представители власти, отметил философ. Сенаторы внимательно слушали философа словно прилежные студенты. Но по итогу не задали ни одного вопроса… «То, что мы услышали, — это замечательно. Мы, конечно, переосмыслим собственное поведение», — подытожил председатель комитета Совфеда по социальной политике Алексей Синицын.