Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Вопрос? = Ответ!

Каким писателем восхищался Н. В. Гоголь?

Когда мы заводим разговор о классиках, в голове невольно рисуются строгие портреты в золоченых рамах. Но ведь за каждым великим текстом стоит живой человек со своими страстями, сомнениями и, конечно же, кумирами. Задаваясь вопросом, каким писателем восхищался Н. В. Гоголь?, мы неизбежно приходим к одной монументальной фигуре, которая буквально освещала весь его творческий путь. Речь, разумеется, об Александре Сергеевиче Пушкине. Знаете, это не была просто обычная привязанность коллеги по цеху. Для Гоголя Пушкин стал чем-то вроде путеводной звезды или, если хотите, живого воплощения самой поэзии. Удивительно, но их первая встреча едва не сорвалась из-за банальной робости Николая Васильевича. Рассказывают, что молодой Гоголь, придя к поэту, так разволновался, что заглянул в кондитерскую «для храбрости». А когда всё же решился постучать, слуга огорошил его фразой, мол, хозяин почивает, ибо всю ночь работал. «Верно, над стихами?» — с придыханием спросил Гоголь. «Да нет, в карты играли», —
Оглавление

Когда мы заводим разговор о классиках, в голове невольно рисуются строгие портреты в золоченых рамах. Но ведь за каждым великим текстом стоит живой человек со своими страстями, сомнениями и, конечно же, кумирами. Задаваясь вопросом, каким писателем восхищался Н. В. Гоголь?, мы неизбежно приходим к одной монументальной фигуре, которая буквально освещала весь его творческий путь. Речь, разумеется, об Александре Сергеевиче Пушкине.

Солнце, осветившее путь Николая Васильевича

Знаете, это не была просто обычная привязанность коллеги по цеху. Для Гоголя Пушкин стал чем-то вроде путеводной звезды или, если хотите, живого воплощения самой поэзии. Удивительно, но их первая встреча едва не сорвалась из-за банальной робости Николая Васильевича. Рассказывают, что молодой Гоголь, придя к поэту, так разволновался, что заглянул в кондитерскую «для храбрости». А когда всё же решился постучать, слуга огорошил его фразой, мол, хозяин почивает, ибо всю ночь работал. «Верно, над стихами?» — с придыханием спросил Гоголь. «Да нет, в карты играли», — последовал приземленный ответ.

Но разве это могло поколебать веру молодого таланта? Ни капли! Разбираясь в том, каким писателем восхищался Н. В. Гоголь?, понимаешь: он видел в Пушкине идеал русского человека, который явится нам, может быть, через двести лет. Гоголь буквально ловил каждое слово мастера, считая его критику высшим судом.

Сюжеты в подарок и горечь утраты

Интересно, что многие знаковые вещи родились именно благодаря этому творческому союзу. Мало кто не слышал историю о том, как Пушкин «подарил» Гоголю идеи «Ревизора» и «Мертвых душ». Казалось бы, такая щедрость — редкость для писательской среды, где каждый дорожит удачной задумкой. Но Александр Сергеевич видел масштаб таланта своего протеже.

Гоголь писал о Пушкине с таким восторгом, который граничил с религиозным трепетом. Для него уход поэта стал личной катастрофой. «Всё мое наслаждение, всё мое высшее наслаждение исчезло вместе с ним», — сокрушался он. По сути, отвечая на вопрос, каким писателем восхищался Н. В. Гоголь?, мы говорим о вечном ученичестве перед лицом абсолютного гения.

Не Пушкиным единым?

Конечно, круг интересов Николая Васильевича был шире. Он зачитывался Гомером, черпая в античности величественную простоту, уважал Вальтера Скотта за исторический размах. Однако все эти симпатии меркли по сравнению с тем чувством, которое он питал к создателю «Евгения Онегина». Это было не просто чтение, а попытка соотнести каждый свой шаг с пушкинским эталоном.

Подводя черту, можно сказать, что Гоголь не просто любил литературу. Он жил ею, постоянно оглядываясь на того, кого считал вершиной русской словесности. Так что, если вас спросят, каким писателем восхищался Н. В. Гоголь?, ответ будет коротким, как выстрел на Черной речке, но глубоким, как само русское слово: Пушкиным. Без этого влияния мы, вполне возможно, никогда не узнали бы того Гоголя, которого сегодня цитирует весь мир. Хорошо, что судьба свела их в одном Петербурге, не правда ли?