Съездить отдохнуть в конце недели, положив рядышком в багажнике и летние спиннинги, и горные лыжи, с утра покататься на последних среди сугробов в полтора-два раза выше твоего роста, а после обеда того же дня разгуливать по сухой земле у открытой воды в накинутой на футболку лёгкой ветровочке нараспашку – такое можно совершить не только в курортном горно-морском Краснодарском крае, но и у нас в Красноярском весной. В моём случае маршрут, позволивший это сделать, пролегал из Шушенского к горнолыжному комплексу «Ергаки», а затем – в обратную сторону мимо того же Шушенского на водохранилище Майнской ГЭС.
В горах в последние дни марта ещё ничто не предвещало скорое приближение тепла, кроме, разве что, сталактитами наросших по краям крыш гостиничных домов сосулек. Снегопад же был такой, что, к сожалению, нельзя было увидеть и сфотографировать не только живописный хребет Ергаки вдали от автотрассы, но и Ойское озеро прямо рядом с ней. Да что там – ослепляющая белизна снега не позволила мне даже сделать, прости господи, селфи без горнолыжных очков, чтобы сразу кое-кому отправить (на базе отдыха нынче работают все или почти все большие операторы связи с быстрым мобильным интернетом), потому что мои попытки поменьше щуриться перекашивали физиономию до какого-то слишком уж нездорово-неадекватного вида.
Но стоило потом спуститься в Минусинскую котловину, как вернулась полноценная, набирающая силу весна, в которой от снега практически не осталось и следа даже в лесах, включая красивейший Шунерский бор напротив Саяногорска на правобережье Енисея. Я не ошибся в написании и не спутал его с нацпарком «Шушенский бор»: лесной массив, о котором я говорю, назван по имени расположенного на его восточной окраине села Шунеры, а в недрах бора на берегу енисейской протоки стоит село Саянск, примечательное тем, что на этом месте в петровскую эпоху был построен острог с целью утверждения позиций России в этих землях перед претендовавшими на них монгольскими феодалами. Его раскопки новосибирскими учёными в конце ХХ века стали первым в нашей стране и за рубежом случаем полного изучения русского археологического объекта в Сибири, а остатки земляных укреплений Саянского острога можно наблюдать в селе и поныне. Что же касается бора, то растёт он на песке, отчего под соснами почти нет ни травы ни папоротников, а только чистый оранжевый ковёр из хвои.
Вообще, дорога в Майну по правому берегу из Шушенского нравится мне гораздо больше, чем из Абакана по голому левобережью, особенно в светлую погоду, как на второй фотографии в галерее, сделанной днём позже первой:
По приезду на Майнское водохранилище меня также удивило почти полное отсутствие снега в лесу под крутой горой по правую сторону от реки, несмотря на то, что бо̀льшую часть дня он остаётся в тени. Вода же впечатляет чистотой и прозрачностью, а на камнях не видно водорослей, в отличие от поросшего зеленью дна Енисея сразу за плотиной. Правда, пришедший с другого континента бич наших водоёмов – элодея канадская – добрался и досюда:
На этом же пляже я обнаружил частично вымытые из песка мумифицированные останки трицератопса с грустной мордой:
С левого берега вдалеке над плотиной Майнской ГЭС просматривается Церковь преподобной Евфросинии (Евдокии) великой княгини Московской в деревне Голубой, что приютилась рядом с Сизой, где провёл детство знаменитый борец Иван Ярыгин. Храм и плотину ГЭС с той стороны я фотографировал летом.
А в этот раз мы с напарником заехали сюда после катания на лыжах как бы на разведку – попробовать определить на будущее перспективность Майнского ВХ в плане рыбалки – и пару-тройку часов безрезультатно помахали спиннингами. На самом деле, в отличие от Красноярского моря, я никогда не слышал, чтобы кто-то отсюда особо хвастался уловами окуня или щуки или, допустим, сазана, но знаю ребят, которые в это же время года успешно ловили радужную форель, периодически попадающую в реку из хозяйств возле самой плотины и в нескольких километрах выше. Правда, они ходили по водохранилищу на лодке, а мы свою брать даже не стали, так как заскочили ненадолго, просто осмотреться.
Привлекательность данного водоёма в том, что он не замерзает, и теоретически на нём можно начинать спиннинговый сезон раньше, не дожидаясь, как обычно, пока растает лёд на КВХ (как правило, это происходит в начале-середине мая). Ну а когда уже достаточно тепло для того, чтобы становились доступны другие места, Майнское водохранилище видится мне скучноватым, ведь тут нет ни заливов, ни интересного рельефа дна с перепадами глубин, и, как я уже сказал, по каким-то любопытным причинам мало кому удаётся что-то ловить.
Форелью постоянно грезит мой напарник, а лично мне же она почти неинтересна. В смысле, я не против, чтобы она попадалась в прилове, но специально гоняться за ней, если нет другой рыбы, я не хочу. Однажды мы половили форель в Красноярске на Абаканской протоке, которую эта рыба заполонила после прорыва отчего-то садков местной рыборазводческой фермы: да, она умеет привнести в процесс рыбалки острые ощущения своей способностью, попавшись на крючок, каким-то непостижимым уму образом буквально пешком бежать по воде на хвосте, с огромной скоростью нарезать круги и без устали делать свечки, как ни одна из наших домашних рыб. Но всё же я гораздо больше радуюсь поимке простого родного окунька или щуки (про более благородные виды я уж и не говорю). Почему? Потому, что, если они ловятся и ловятся хорошо, – значит, водоём в норме, а именно осознание этого и приносит мне радость. Вот и напрашивается вопрос: что же тогда не так с Майнским водохранилищем и почему?
Впрочем, здесь, по крайней мере, чисто и очень красиво, и с выводами я пока повременю.
Справочные данные о Майнском водохранилище:
● длина – 21-22 км;
● площадь зеркала – около 11 км²;
● глубина (по неподтверждённым данным) – до 13 метров;
● Майнская ГЭС была построена с целью сглаживания колебаний уровня Енисея ниже по течению в результате водосбросов большой Саяно-Шушенской ГЭС.
Подписывайтесь на мою страницу фотографа в ВК, где я периодически выкладываю интересные снимки
Похожее в моих публикациях: