💎«Установка „деньги — зло“ и ко мне относится, хотя я слышала её много раз и никогда не могла связать с собой.
Но Вы вчера подробно рассказали, что за ней стоит, и я поняла: мама всегда практически была злая и уставшая. И зло, чаще всего, срывала на нас.
Напрямую я всегда думала, что у нас никто не считал деньги злом, что это ко мне не относится. А в итоге даже на примере мамы связь уже есть, не говоря уже о родственниках, которым пришлось бежать ночью из собственного дома из-за того, что утром их должны были расстрелять за то, что не отдали своё имущество в колхоз».
✍️Такой отклик написала одна из участниц Практикума Денежный потолок после первого эфира
Знаете, что здесь самое важное?
Очень редко, когда в семье прямо говорят:: «деньги — это зло». Обычно этих слов никто не произносит.
Но ребёнок делает выводы не из слов. Он считывает состояние.
Мама уставшая. Злая. Срывается.
И деньги часто связаны с этими состояниями.
Их не хватает - мама злится. Они приходят - мама не становится спокойнее. Она всё равно уставшая, всё равно напряжённая.
Ребёнок не думает: «деньги — зло».
Ребёнок думает проще и страшнее:
«Деньги делают маму злой».
«Когда есть деньги, мама не становится счастливее, она всё равно злая».
«Значит, деньги опасны».
И этот вывод остаётся с ним на всю жизнь. Даже если потом, взрослым, вы сто раз слышали про «деньги — зло» и говорили себе: «это не про меня».
Но это ещё не всё.
В этой истории есть слой глубже. Родственники, которые бежали ночью из дома, потому что утром их должны были расстрелять за имущество.
Они выжили. Но программа осталась.
И она передалась дальше. Не через слова. Через состояние. Через страх, который живёт в теле и не имеет имени.
И теперь уже взрослая женщина удивляется: почему деньги не идут? Почему она не может заработать? Почему вроде всё делает, а результата нет?
А тело помнит.
Так же и с установкой «быть хорошей».
Многие думают: «я просто хочу, чтобы меня любили».
Но программа, которая сидит в подсознании, может быть намного глубже:
«Если я буду хорошей, меня не будут бить, не будут драть за волосы, не будут орать».
Это не про любовь. Это про выживание.
И когда вырастаешь с такой программой, «быть хорошей» становится не способом получить радость, а способом избежать боли.
Мы не выбираем эти программы. Мы их впитываем. Через мамину усталость. Через папино молчание. Через страх, который никто не называл вслух.
И потом, уже взрослыми, мы удивляемся: почему я не могу расслабиться? Почему мне так страшно просить? Почему деньги приходят и уходят, как песок сквозь пальцы?
📍А тело помнит.
Спасибо за эту честность.
Это и есть работа с телом: когда программы, которые жили годами, начинают раскрываться. Не через «я должна понять», а через «я вдруг увидела».
