Это случилось на большой перемене, когда Маша привычно собирала на поднос школьный обед — тарелку куриного супа, гречку с подливой и абрикосовый компот. Парни из ее класса не обедали, среднее звено обедало переменой раньше, а потому в столовой было малолюдно, столы сверкали чистотой.
—О, Филатова! Если так много жрать, то раскоровеешь как биологичка!
Абрамченко, или Абрам, как его звали с шестого класса, ввалился в столовую с дружками — «Серым» Вовой Свиридовым и «Клопом» Женькой Клопкиным. Они дружили с начальной школы и были что называется не разлей вода, и пакостили вместе, и отбивались от замечаний, и с уроков сбегали тоже вместе. И все вместе недолюбливали Филатову с тех же начальных классов.
Маша сделала вид, что одноклассников не заметила. Взяв поднос двумя руками, отошла от стойки раздачи и направилась к ближайшему столу. Подумав, решила сесть подальше и сделала еще один шаг.
— Что это у тебя? — Иван подскочил со спины и повис на плечах, очевидно, намереваясь опереться и подпрыгнуть над головой одноклассницы. Но это была плохая идея. И будь Абрамченко поосмотрительней, он бы такого не сделал. Здоровенный амбал, которому Филатова едва дотягивалась до плеча, буквально перевернул девушку. Суп, второе с подливой, компот — все полилось на ее форму. Посуда с грохотом посыпалась на кафельный пол, разбилась. Парни ошарашенно отскочили, переглянулись и залыбились. И шире всех Абрамченко.
Если могла быть последняя капля, то это была именно она — улыбка Ивана. У Маши потемнело в глазах.
Никто из них не предполагал, что своей выходкой достигли той самой точки кипения одноклассницы, из-за которой она набросится на них.
— Вы идиоты?! — Маша растерянно рассматривала новенькую рубашку, купленную на распродаже, модные брюки, полученные по случаю дня рождения в подарок. Тонкая ткань напитывалась оранжево-красными жирными пятнами, Вещи были безнадежно испорчены. И обида из-за этого, вкупе с испорченным обедом, придали Филатовой решимости. — Вам что, делать больше нечего?! Мама с папой родили, а мозгов положить забыли в ваши паршивые бошки?!
Она наступала на них, не отдавая отчета, что говорит и как. Видела только, как вытягиваются лица парней, а улыбки становятся бледнее. Филатова замахнулась на них подносом, который все еще держала в руках. Тяжелый, еще «совковый», он со звоном опустился на голову Кло́па — ему не повезло первым подвернуться под руку. Первый удар сработал будто спусковой крючок, после него Мария вообще перестала себя контролировать; напитываясь какой-то сумасшедшей яростью, она металась между обидчиками, поднос дрожал под ее пальцами, а ярость выплескивалась, и к ней примешивались обиды, которые за годы совместной учебы скопились в голове Филатовой.
Абрамченко поскользнулся на компоте и растянулся на полу, прикрыл голову рукой — поднос опустился на нее.
— Эй, кто-нибудь остановите ее! — орал он. Пытаясь отползти к стене, но вовремя сообразив, что расстояние далековато и его придется преодолевать под градом ударов, которые приходились то на плечи, то на голову парня. Спине и пояснице тоже доставалось. Поэтому он сиганул под стол.
— Мажоры проклятые! Ты мне эти шмотки покупал, чтобы портить их? — задыхалась Маша.
Кто-то схватил ее со спины за талию и приподнял над полом. Филатова яростно задергала ногами.
— Пусти, ублюдок!
— Абрам, беги! — Клоп заорал над ухом Филатовой. — Успокойся ты, придурошная!
Но Маша не могла остановиться. Ярость сменилась истерикой, и, повиснув на руках подручного Абрама, она разрыдалась.
— Да не специально я, — оправдывался Абрам, выбираясь из-под стола.
На разборку уже торопились повара и проходившие мимо учителя.
Филатова рыдала в голос:
— Ненавижу! Какие же вы уроды!
— Маш, ну я правда не хотел… подумаешь, суп, — он сунул руки в карманы брюк. — Куплю я тебе новый обед.
Он правда не ожидал, что так получится. Не думал, что перевернет одноклассницу — не то, что совсем не хотел, но не подумал, что они уже давно в разных весовых категориях. А потому чувствовал себя виноватым. Но Филатова ревела так, будто у нее кто-то умер, и Абрамченко этого не понимал.
— Да засунь этот обед себе в задницу! — орала Филатова. — Мажор гребанный! Ты думаешь, всё только бабками измеряется?! Все можно купить, всех продать?!
— Маш, ну это-то тут при чем?
Рядом с ними уже собралась толпа. Взрослые, будто заговоренные, не могли тронуться с места и смотрели, как Филатова ревет. Серый жался к стойке раздачи, оттесненный толпой. Клоп все еще удерживал брыкающуюся Филатову, которая норовила дотянуться до Абрамченко и выцарапать ему глаза.
— А ни при чем! Тебе все можно! Шмотки дорогие, смартфоны, девки к тебе липнут! А у меня это была новая блузка! Новая!
Лягнув Клопа, она вырвалась, но вместо того, чтобы наброситься на Ивана, махнула рукой и бросилась прочь.
— Чума…
Клоп растирал оцарапанные запястья, а Абрамченко продолжал смотреть туда, где только что исчезла Филатова.
— Уберите здесь, — приказал парням, а сам побежал из столовой.
Он выскочил в коридор, надеясь увидеть Филатову. Но та будто растворилась. Он схватил мелких, проходивших мимо.
— Девушку здесь видели, в одежде перепачканной? Куда пошла?
Он встряхнул мелюзгу, те пискнули, дружно качнули головами:
— Не видели!
Он отпустил их.
Он искал Филатову всю перемену, заглядывал в туалеты, просил девчонок заглянуть в женские. Но девушка будто испарилась.
Евгения Кретова "Детки в клетке" - детектив, триллер. первая книга серии "Возраст ответственности". Следователь Чернова расследует убийство 17-летнего парня и его девушки. В центре событий триллера – способы вовлечения несовершеннолетних в преступную группу через интернет-пространство и сетевые игры, доксинг и шантаж, манипуляции.
Подписывайтесь на канал, здесь мы говорим о книгах и не только!
