Страна, которая за всю свою историю казнила всего одного человека — нацистского преступника Адольфа Эйхмана в 1962 году, — сделала резкий поворот в сторону высшей меры наказания. Но с важной оговоркой: смертная казнь станет обязательной для одной категории осуждённых и практически недостижимой для другой. Кнессет утвердил закон, который правозащитники уже назвали расистским и дискриминационным.
Цифры голосования: 62 против 48
30 марта 2026 года после почти 12 часов дебатов израильский парламент принял поправки в Уголовный кодекс, расширяющие применение смертной казни. 62 депутата проголосовали «за», 48 — «против». Премьер-министр Биньямин Нетаньяху лично поддержал инициативу, как и министр национальной безопасности Итамар Бен-Гвир, который появился на заседании со значком в форме петли.
Что меняется для палестинцев
Согласно новому закону, палестинцы с Западного берега, осуждённые военными судами за теракты, повлёкшие гибель людей, приговариваются к смертной казни через повешение. Приговор приводится в исполнение в течение 90 дней (с возможной отсрочкой до 180 дней по решению премьер-министра).
Военные суды обязаны выносить смертный приговор простым большинством голосов — без требования единогласия, которое раньше было обязательным. Апелляция не предусмотрена, как и право на помилование. По данным СМИ, под действие закона могут попасть около 500 осуждённых палестинцев.
Что меняется для израильтян
Для граждан Израиля, совершивших аналогичные преступления, правила совсем иные. Их судят гражданские суды, которые могут выбирать между смертной казнью и пожизненным заключением. Более того, смертный приговор для израильтянина возможен только в одном случае: если доказано, что преступление совершено с целью «отрицания существования Государства Израиль».
Юристы объясняют: эта формулировка делает применение высшей меры к израильским евреям практически невозможным.
Кто и как отреагировал
Палестинская администрация назвала закон «военным преступлением» и «легализацией внесудебных казней», призвав международное сообщество ввести санкции против Израиля.
ХАМАС осудил инициативу как «кровавую природу оккупации», основанную на убийствах и терроре.
Правозащитники подали иск в Верховный суд. Ассоциация гражданских прав Израиля заявила: «Закон неконституционен, дискриминационен по своей сути и для палестинцев Западного берега принят без законных оснований».
Европейские страны — Великобритания, Франция, Германия и Италия — выразили «глубокую обеспокоенность», указав, что закон рискует подорвать «приверженность Израиля демократическим принципам».
Верховный комиссар ООН по правам человека Фолькер Тюрк ещё в январе призывал Израиль отклонить этот законопроект, напоминая, что лишение палестинцев гарантий справедливого суда, закреплённых в Четвёртой Женевской конвенции, является военным преступлением.
Эксперты о последствиях
Марина Силкина, кандидат юридических наук, специалист по международному праву, комментирует: «Применение избирательного подхода при назначении смертной казни противоречит принципу равенства всех перед законом, закреплённому во Всеобщей декларации прав человека и Международном пакте о гражданских и политических правах. Создаётся опасный прецедент, разрушающий архитектуру международного права».
Парадокс на фоне истории
Особую остроту дискуссии придаёт исторический контекст: Израиль — государство, созданное народом, пережившим Холокост и системную расовую дискриминацию. До сих пор смертная казнь здесь применялась лишь однажды — к нацистскому преступнику Адольфу Эйхману.
Теперь же законодательно закреплена норма, при которой на одной территории действуют разные правила жизни и смерти для разных категорий граждан. Как отмечает депутат Кнессета Айда Тума-Сулейман: «В других странах смертная казнь — универсальное наказание для всех. Здесь же приговор зависит от того, кто убил и кого убили».
Что дальше?
Закон не имеет обратной силы и не распространяется на участников нападений 7 октября 2023 года — для них готовится отдельный законопроект. Однако уже сейчас он официально вступил в силу. Верховный суд Израиля рассмотрит петицию правозащитников, но пока что страна сделала шаг, который её критики называют легализацией «системы разделённых прав».