В ночь на 18 марта 1991 года в небе над Уралом разыгралась драма, о которой тогда почти никто не узнал. Самолет Ил-86, совершавший рейс №181 из Москвы в Новосибирск, полный людей — среди них десятки детей, — едва не превратился в огненный факел. Среди 367 пассажиров оказался террорист Евгений Володин — на борт он пронес три бомбы, и возле кабины экипажа взорвал две из них.
К счастью, всех пассажиров удалось спасти благодаря действиям экипажа. Но история долгие годы была засекречена. 35 лет дети, летевшие тем рейсом, сейчас уже ставшие взрослыми, встретились со своими спасителями.
«ЖЕНЬКА, САМОЛЕТ ГОРИТ!»
17 марта 1991 года рейс № 181 следовал по маршруту Москва — Новосибирск. Огромный Ил-86 — гордость советской авиации — поднялся в воздух с 365 пассажирами на борту. Среди них была 13-летняя школьница Евгения Щукина.
— Я была на соревнованиях, фестиваль детских танцев на льду, — рассказала Евгения Романова в программе «Малахов». — Когда садились в самолет, не было никакого предчувствия или волнения. Самолет был полный, когда мы на него поднимались — кажется, что было много детей. Рядом со мной сидела моя подруга, и она вдруг говорит: «Женька, самолет горит!» На нас пошли клубы дыма, а потом самолет резко пошел вниз.
Дыма становилось все больше. Люди кашляли, плакали, хватались за кресла. Что же случилось?
ТЕРРОРИСТ В ШУБЕ
Это был взрыв: его устроил 26-летний житель Новокузнецка Евгений Володин. Истинные его мотивы действий до сих пор остаются загадкой. Пассажиры вспоминали, что еще в аэропорту он вел себя странно. В салоне, несмотря на духоту, сидел в лисьей шубе.
В те годы досмотр был другим: Володин смог пройти контроль контроль с взрывчаткой.
— Я была тогда маленькой, только три года было. Но родители рассказывали, что за нами, через два-три ряда, сидел виновник случившегося. Он шумел, пел песни, рассказывал анекдоты. К нему подходили, успокаивали. Сначала он дважды ходил в туалет и обратно. А потом был взрыв, — рассказала пассажирка Екатерина Походяева.
По плану террориста, через десять минут в трех салонах должны были прогреметь взрывы. Но произошло иначе — детонатор попал в багажное отделение, загорелись только две бомбы.
Взрывы произошли над Уральскими горами. Пламя мгновенно охватило часть самолета — дым за секунды заполнил салон и кабину пилотов.
Стекла кабины покрылись нагаром. Видимость стала почти нулевой, пилоты задыхались, теряли сознание, но продолжали вести машину. Самолет начал стремительно уходить в пике.
Пока экипаж боролся за управление, в салоне бортпроводники действовали четко и без суеты. Передавали огнетушители, снимали подголовники кресел, мочили их водой и раздавали пассажирам — чтобы те могли закрывать лица от дыма. Пассажиры до сих пор вспоминают бортпроводницу Зою Нейман, которая своим спокойным голосом просила людей выполнять команды. Так удалось предотвратить панику на борту.
«У НИХ БЫЛИ ЧЕРНЫЕ ЛИЦА И ОБОЖЖЕННЫЕ ВОЛОСЫ»
— Мне все это виделось из кабины. Я был вторым пилотом, сидел на своем месте. Когда первый взрыв произошел, мы не поняли, что это было. Ощущение, будто кто-то ударил в дверь. Потом — второй удар. В глазок ничего не было видно, потому что салон уже наполнился дымом. Когда мы открыли дверь, с ревов ворвалось пламя и дым. Брови, волосы, нос — все обгорело, — рассказал второй пилот рейса Юрий Сытник.
Огонь тушили почти двадцать минут — на это ушло четырнадцать огнетушителей. Тем временем пилоты пытались посадить машину практически на ощупь: самолет снижался со скоростью 90 метров в секунду.
Другие самолеты помогали им корректировать курс. Военные истребители поднялись в воздух для сопровождения. Самолет сначала сбросил топливо, а затем пошел на экстренную посадку в свердловском аэропорту Кольцово. Посадка была жесткой, но все пассажиры остались живы.
Когда люди начали выходить из самолета, у трапа стояли пилоты.
— У них были черные лица. Волосы подсожженные, как ежики колючие, — вспоминает Евгения Щукина. — Каждый подходил, обнимал, плакал и говорил: «Спасибо тебе, родной…»
Злоумышленника нашли в туалете. При нем была записная книжка с аккуратным списком целей — еще девять самолетов, которые, по плану, должны были сгореть. Среди версий следствия были и покушение на летевших бортом генералов КГБ, и след западных спецслужб.
Но окончательный ответ так и не прозвучал. Суд признал Володина невменяемым и отправил его на принудительное лечение в психиатрическую больницу.