Рассказываем о съемках в арктическом поселке, где жизнь кочевников находится в «пограничном» состоянии: между кочевьем и оседлостью.
Заметка 1. «Место, где добывают огонь»
Так с ненецкого языка переводится название поселка Тухард сельского поселения Караул. А факел — символ поселка. Сюда мы приехали, чтобы снять переходное состояние между оседлым и кочевым образом жизни — важный сюжет «Людей белой земли». Нас интересовало, чем живут люди в северном поселке в 300 км за Полярным кругом, в каких условиях, как держат связь с большой землей.
Жизнь Тухарда строится вокруг добычи газа — этим занимается «Норильсктрансгаз». Добраться до поселка можно разными путями: по зимнику на спецтехнике, на снегоходе, на вертолете и в теплое время года — по воде. По данным на январь 2020 года здесь живет около тысячи человек, большая часть — представители коренных народов Севера. Мужчины основном занимаются оленеводством, рыбалкой. Женщины — шьют одежду на продажу. Рабочие с предприятия работают вахтой.
В Тухарде живут коренные, которые перешли на оседлый образ жизни. Еще поселок — нередко «перевалочный пункт» для оленеводов, особенно для тех, кто кочует рядом. Здесь закупаются продуктами, обращаются в местную больницу за помощью. Живут и пожилые оленеводы, которым уже тяжело дается кочевье. Жилье в Тухарде — в основном покосившиеся домики и самострой. Рядом строится новый поселок, куда должны переселить людей.
Для людей из мегаполиса оказаться в северном поселке in the middle of nowhere — испытание.
⚪️ В первую очередь, тишиной. Казалось, что в будний день на улице только наша съемочная группа и случайные прохожие. Изредка слышен гул вертолетов и рычание двигателей техники. А еще тут почти нет связи, ловит только МТС — так тихо и спокойно без вечных уведомлений.
⚪️ Во вторую — климатом. После московских +20 в апреле мы оказались в таймырских -20, что выбивается из наших представлений о весенней погоде. А зимой в Тухарде бывает до -50.
⚪️ В третью — ощущением времени. Оно здесь будто замораживается и по ощущениям течет в разы медленнее. Но работать надо было оперативно, чтобы успеть всё снять.
✔️ Спойлер: именно поездка в Тухард дала нам кадры, которые мы очень хотели снять, но не совсем представляли, как это реализовать. Без удачи не обошлось.
Заметка 2. Григорий Тоги: «Оленевод домом считает тундру, где его стадо. Поселки не для меня»
Оленеводу Григорию Тоги за 60. Живет с женой в тундре. У него 9 детей, почти все учатся или создали свои семьи. Летом собираются вместе.
В ночь перед интервью у героя с женой сломался снегоход по дороге из Дудинки, ехали с праздника. Для оленевода поломка снегохода в тундре — катастрофа и потеря мобильности. Хорошо, что была связь: позвонил родственнику — тот приехал и забрал.
В Тухарде Григорий остановился передохнуть после дороги. Так делают многие оленеводы. Например, наш герой бывает в поселке пару раз в месяц. Здесь у него есть дом из двух вагончиков. Один он купил в другом поселке, на тракторе привез в Тухард. Знакомые помогли обустроить, пока сыновья были в тундре со стадом. Второй сделал пристройкой — так и живет.
Заметка 3. Маленькая школа на краю земли
Раиса Каярина живет в поселке 25 лет. Родилась и выросла в тундре, потом закончила школу №1 в Дудинке, отучилась на педагога и вернулась на малую родину: хотелось быть рядом с родителями.
Работает учителем начальных классов и ненецкого языка в малокомплектной школе Тухарда. Тут всего 3 кабинета и 16 детей кочевников. Ребята учатся до 4 класса и потом уезжают в Дудинскую школу. Именно Раиса с коллегами закладывает базу для этого. С каждым годом детей становится меньше: люди уезжают из поселка. В будущем героиня тоже планирует переехать в Дудинку: все-таки современному человеку нужна инфраструктура, образование, развитие, спортивные секции для детей.
Заметка 4. Добраться до Тухарда — сложный квест
Зимник есть, но на внедорожнике по нему не доедешь. Пройти эту миссию нам помогли пройти Иван и Роман из Арктического поисково-спасательного подразделения МЧС России в Дудинке. Отвезли нас из города в поселок и обратно на снегоболотоходе «Бурлак».
Такой транспорт впечатляет: 6 колес размером с человека, может перевозить до 3 тонн груза, проходит почти везде и даже умеет плавать. Спасатели рассказывали, как ездили на нем до Диксона и обратно — а это больше 1000 км в обе стороны по замерзшему Енисею и тундре.
Ехать на «Бурлаке» довольно комфортно: можно пристегнуться или даже лечь, внутри тебя не мотает по салону и трясет меньше, чем в трэколе. «Бурлак» более устойчив, едет плавнее, поэтому можно было не переживать, что с техникой что-то случится в пути.
Общий язык с Иваном и Романом мы нашли через 5 минут после встречи. Это были очень душевные 6 часов пути: 3 туда и 3 обратно. По дороге мы много общались, шутили, останавливались сделать подсъемы в тишине тундры. Видели куропаток, лис, оленей, встречали другие вездеходы. На память сделали пару совместных кадров: спасатели, мы, махина «Бурлак» и белый плен кругом.
Благодарим Ивана, Романа и их ведомство — без них мы бы не сняли жизнь арктического поселка.
Заметка 5. «Ребят, там оленеводы собираются аргишить»
Мы ехали из Тухарда на снегоболотоходе «Бурлак» с МЧС, как вдруг спасатель Иван сказал: «Ребят, там оленеводы собираются аргишить», — то есть переезжать на другое место. Через полминуты мы наперевес с техникой уже договаривалась с ними о съемке.
Герои оказались победителями и призерами гонок на оленьих упряжках в Дудинке — а мы их снимали. Виктория Силкина выиграла заезд среди женщин, Виктор Яроцкий пришел третьим в гонке мужчин. Оленеводы держали путь в сторону Тухарда: через пару дней после нашей встречи там тоже проходил «День оленевода». Собирались еще раз попытать удачу в гонках.
Аргиш обычно происходит так: кочевники цепляют балок к одному снегоходу, нарты с вещами — к другому. Олени бегут следом. Третий снегоход их подгоняет, чтобы не разбрелись. Увидеть такое и тем более снять — огромная удача: народы на Таймыре проживают кочевые, вот мы и застали кочевье.
Времени на съемки было очень мало: от первого разговора режиссера с героями до аргиша прошло минут 10. За это время успели записать два интервью, сбегать за батарейкой от камеры и поменять ее, сделать подсъемы, подготовить коптер к взлету и снять ценные кадры аргиша с воздуха. Ситуацию усугубляли мороз и рыхлый снег: в него проваливаешься, даже когда стоишь. Коптер запустили буквально секунда в секунду, когда снегоход с балком уже заезжали в кадр. В такие моменты команде особо важно работать слаженно и быстро — у нас это получилось.
Дальше расскажем, каким вышел фильм «Люди белой земли» и где мы его презентовали.