Есть у меня любимая категория новостей — тихие. Без громких заголовков, без срочных эфиров и без привычного интернет-хора из серии «всё пропало». Они просто происходят. И, что характерно, касаются миллионов людей. Вот, например, апрельская индексация государственных пенсий. Вроде бы вещь привычная: каждый год происходит, никто особенно не удивляется. Но если посмотреть внимательно, масштабы у этой «обычной процедуры» довольно внушительные. В этом году Социальный фонд России повысил пенсии по государственному обеспечению — включая социальные. Индексация составила 6,8%, а затронула она 4,3 миллиона человек. Из них около 3,6 миллиона — получатели социальных пенсий, и ещё примерно 700 тысяч — люди, получающие государственное пенсионное обеспечение. Размер индексации, кстати, берётся не «с потолка», а считается довольно приземлённым способом — исходя из роста прожиточного минимума пенсионера за прошлый год. То есть механизм вполне понятный и регулярный. Но лично меня в этой истории больше в