— Дыши, Леночка, дыши. Еще совсем немного, — шептала акушерка, прикладывая к моему лбу влажную салфетку. В воздухе висел тяжелый, стерильный запах спирта и какой-то тревожной чистоты. Боль накатывала волнами, как тяжелый океанский прибой, стирая всё: прошлое, планы, обиды. В тот момент я думала только об одном — как вытолкнуть это маленькое, отчаянно бьющееся сердечко в наш мир. Я ждала Максима. Он обещал быть рядом, он клялся, что первым возьмет сына на руки. — Он приедет, — шептала я себе, вцепляясь пальцами в края казенной простыни. — Он просто в пробке. Он просто волнуется. Меня вывезли в коридор на каталке, чтобы перевезти в предродовую. В ушах стоял гул, перед глазами плыли белые круги. И вдруг мир замер. У окна, рядом с огромным фикусом в кадке, стоял мой Максим. Но он не смотрел на двери приемного покоя. Он бережно обнимал за плечи женщину в ярком, совершенно неуместном здесь красном пальто. В руках у неё был огромный букет лилий — тех самых, на которые у меня была жуткая аллер
Познакомься, это мой сын! — Встреча с мужем и его любовницей в коридоре роддома стала концом моей прошлой жизни.
2 дня назад2 дня назад
208
3 мин