Аня вышла в тамбур электрички - следующая остановка была её. Тамбур стал быстро наполняться другими пассажирами. Рядом с Аней оказался молодой человек в слегка поношенной форме защитного цвета.
- На работу? С утра пораньше? - подмигнул Ане молодой человек и улыбнулся.
Аня не очень любила такие разговоры с незнакомыми ей людьми. Но быть невежливой тоже не хотелось. Тем более, скоро она выйдет, пути их разойдутся. Ни к чему этот разговор не обязывает, в конце концов.
- Ага, - ответила девушка. - Надо, куда деваться.
- Вот и я. Что, работы много?
- Так. Более-менее.
- Более, менее, - им накласть на наше мнение! - рассмеялся молодой человек. - А вы кем трудитесь?
- На заводе. Тут недалеко. Специалист по охране труда.
- Эх, жалко, вы не мой труд охраняете. А то он у меня вредный. Сварщик я. Тоже тут недалеко от станции. Я - Рома. Рома Носов. "Ромоносов" - меня так ребята называют, - и тут он снова рассмеялся.
Аня невольно улыбнулась. Она даже была теперь рада этому тоже отчасти невольному разговору.
- Так-то ничего, - продолжал Рома, - платят нормально. По сто - сто двадцать зарабатываю в месяц.
Аня уважительно покивала головой. Время до остановки ещё было, они продолжали непринуждённую беседу и даже успели обменяться аккаунтами в ВК.
Электричка остановилась. Народ хлынул в сторону станционного павильончика - нужно было пройти через турникеты. То есть предъявить билеты.
Раньше можно было обилетиться в вагоне электрички, по которому курсировали кассиры-контролёры. Но потом они почему-то перестали ездить. И Аня стала заранее брать билеты через приложение РЖД.
Рома же подошёл к станционной сотруднице, стоявшей возле турникетов и как бы стесняясь, опустив глаза, стал говорить:
- Пропустите, пожалуйста, я не успел билет купить.
- Пропущу, только вы в кассе заплатите, - и сотрудница кивнула в сторону будки, расположенной за турникетами.
- Конечно, конечно, - расплылся в улыбке Рома, - заплачу обязательно.
Ни в какую кассу он не пошёл.
Уже на выходе из станции они с Аней снова встретились. Рома кивнул в сторону касс:
- Всегда меня пропускают. Наивные. Верят, что я платить буду. Ну, пусть держат карман шире. Всё, бывайте, хорошего дня! - он помахал Ане рукой и скрылся.
Аня улыбнулась, но у неё это вышло как-то дежурно. Что-то такое неприятное зашевелилось в душе - но пока ещё маленьким, еле заметным червячком.
...
- А вы через приложение билет берёте? Всегда?
- Ага.
Вот уже неделю они встречались в тамбуре, перед выходом. Рома по-прежнему улыбался и много разговаривал, но Аня старалась хотя бы внутренне держать "границу на замке". Ей всё больше и больше не давало покоя, что молодой человек раз за разом, спокойно и улыбчиво обманывает контролёров на станции.
"Билет стоит 50 рублей. А у него зарплата 120 000 в месяц, как он говорит. Неужели трудно заплатить? И если он склонен по мелочам обманывать - то, наверное, и по-крупному может. А может, это я такая отсталая и не умею жить? Действую по шаблону, а правильность моя - просто из страха, вот и всё? А он... А что, разве он умеет жить? Ведь с таким упоением рассказывает про то, как ловчит - видимо, это для него самое главное в жизни. И пусть даже я ограниченная, ладно. Но ведь он от этого не лучше..."
Снова Роман подошёл к контролёру станции слегка виноватой походкой.
- Я двоечник сегодня. Откроете? А я в кассе сейчас рассчитаюсь.
Аня всё это видела. Ей хотелось закричать: "Не верьте ему, не пропускайте! Он врёт!". Но слова застревали у неё даже не в горле, а где-то в самых глубинах души. Молча ругая себя и всех, она пикнула свой билет на телефоне и вышла на улицу. Она не хотела встречаться с ним, разговаривать - но он её ждал.
- Жить, как говорится, хорошо!.. - широко осклабился Роман. Он весело и несколько требовательно смотрел на неё, ожидая, что она так же весело подхватит и продолжит известную цитату.
Но Аня молчала.
- А хорошо жить ещё лучше! - продолжил он. - Что-то вы скучная сегодня. Рассказали бы что-нибудь.
- Нет, - вырвалось у неё.
- Ну, на нет и суда нет. Но завтра чтобы были весёлой! - он подмигнул ей и двинулся в свою сторону.
Работалось ей в тот день трудно, она чувствовала какой-то камень на душе. И ещё чувствовала: скажи она кому-нибудь, её бы на смех подняли. Тебе-то что, сказали бы, смотри на всё проще.
А она не могла смотреть проще.
В обеденный перерыв Аня решилась: написала Роману в мессенджере:
"Роман, простите, что лезу не в своё дело. Но мне очень неприятно видеть, как вы каждый раз врёте, что заплатите за билет - а потом спокойно идёте мимо кассы. Как-то это подло, по-моему. Я не могу вас убедить перестать врать - но я прошу вас больше ко мне не подходить и не заводить разговоров. Я бы рада общаться, но не могу - душа у меня не принимает такого поведения, как у вас ".
Её трясло. Пока писала - и потом. Она увидела через некоторое время, что сообщение прочитано. И ощущение приговоренности больше её не отпускало.
А на следующее утро в электричке ей и вовсе заплохело. Она сидела, закрыв глаза, и в голове проносилось: "Зачем, зачем, дура я набитая! Куда я лезу? Может, сейчас извиниться перед ним - если увижу? Сразу же, не давая ему ничего сказать?".
В тамбур она шла как на эшафот. "Ромоносов" был уже там. Смотрел пристально. Она заставила себя не отвести взгляд.
- Так значит, да? - произнёс он вместо приветствия.
- Да, - выдавила она из себя. И отвернулась.
Идти на станцию было уже легче. Аня уже с любопытством смотрела вслед Роману: как он сегодня себя поведёт?
Его сценарий был прежним. Но в этот раз контролёрша оборвала его бубнеж:
- Молодой человек, касса теперь переехала, она сзади вас. Оплатите билет, а потом проходите.
Аня встретилась с ним взглядом. Её неподдельная радость на мгновение соприкоснулась с его неподдельной досадой. А потом они разошлись.
В следующие разы Аня видела, что Рома, так и не желая платить за проезд, не заходит теперь внутрь станции, а спрыгивает с платформы и обходит контроль стороной.
"Ну что ж, по крайней мере, - не хочет платить деньгами, пусть терпит неудобства".
А потом Роман куда-то исчез. Аня особо и не думала о нём, но что-то в душе свербило. Прошла ещё неделя. И вдруг под вечер Аня получила сообщение в мессенджере:
"Забыли уже меня? А я в больнице. Неудачно с платформы спрыгнул, ногу сломал. Теперь вот лежу и думаю, не дурак ли я был, когда деньги всё пытался выгадать".
Думала Аня над ответом недолго. Она всегда старалась откладывать часть зарплаты на благотворительность. Для животных переводила понемногу, для детей. И на общее дело тоже. И в этот раз она перевела некоторую сумму.
А после написала:
"Выздоравливайте. После выздоровления первые 20 поездок можете оплатить из этих денег - как раз привыкнете, увидите, что это не страшно. А потом уже сами начнёте в это вкладываться.
И напишите, в какой вы больнице. Я приеду, вас проведаю. Честно. Без обмана..."
_______________
Автор - Тимофей Михайлов (г. Самара)