Тонкая, почти невесомая, но такая надёжная, что за ней можно плакать в голос или танцевать босиком.
За ней можно быть никем — и всем. Снимать маски, развешивать их на гвоздики в прихожей, как пальто. А наутро — выбирать, что надеть в тот, внешний мир.
Дом — это вторая кожа, которую ты носишь наоборот: не снаружи, а внутри. Она помнит твои шаги, твою усталость, твоё молчание. Знает, где скрипнет