Раньше суды разрешали учесть реальные расходы расчетным путем, даже если контрагент – «техничка». Теперь – только при условии, что бизнес сам раскрыл схему и назвал фактического исполнителя
Верховный суд РФ в деле петербургской компании «Вокфорс» ограничил право бизнеса на налоговую реконструкцию при использовании фиктивных контрагентов, поставив возможность учесть реальные расходы по налогу на прибыль в зависимость от добровольного раскрытия схемы налогоплательщиком, сообщает Forbes.
История вопроса:
Верховный суд принял решение по делу компании «Вокфорс» (входит в ГК «Мегатэкс»), которое юристы называют прецедентным. Согласно тексту определения, бизнес, использующий «технические» компании и не раскрывший схему официально, лишается права на налоговую реконструкцию. Как следует из оценки юристов, опрошенных Forbes, это решение фактически закрывает путь к «налоговому компромиссу», который ранее позволял снимать вычеты по НДС, но сохранять расходы для налога на прибыль.
Глава юридической компании «Архитектура права» Андрей Зуйков пояснил механизм, действовавший ранее. По его словам, при использовании фиктивных контрагентов бизнес мог добиться учета реальных расходов для налога на прибыль, тогда как налоговые органы аннулировали только вычеты по НДС. Старший юрист налоговой и таможенной практики CLS Ирина Лоскутникова уточнила: реконструкция позволяла налогоплательщику учесть суммы расходов, понесенных реальными исполнителями по сделке. Даже при отсутствии точных данных о расходах или подтверждающих документов бизнес мог воспользоваться расчетным методом, когда инспекция определяет размер возможных расходов исходя из рыночной оценки.
Фабула дела «Вокфорс» такова. Налоговая инспекция в ходе проверки установила, что работы якобы выполняли сторонние подрядчики, однако на самом деле подрядчиков не было. Согласно материалам дела, работы выполнялись силами группы компаний «Мегатэкс», в которую входит «Вокфорс», в том числе неоформленными работниками. Инспекция доначислила налог на прибыль в размере 95,3 млн рублей и выставила штраф. «Вокфорс» обратилась в суд, указав, что привлекала трудовых мигрантов без предоставления документов и оплаты. Суд первой инстанции встал на сторону бизнеса: поскольку налоговая сама подтвердила наличие трудовых ресурсов и реальность работ, следовало рассчитать действительные обязательства, а не применять санкции. Апелляция и кассация подтвердили это решение.
Верховный суд изменил эту логику. Как отметил Андрей Зуйков, ВС решил, что даже при очевидности реальных затрат на зарплаты мигрантам реконструкция невозможна без официального раскрытия схемы самим налогоплательщиком. Партнер Б1 Дмитрий Книженцев указал, что теперь судам нужен не расчет затрат, а восстановление или раскрытие реальных данных, подтвержденных документами. По его мнению, если инспекция докажет наличие схемы, подконтрольность «технических» звеньев и умысел, попытка сохранить расходы без раскрытия реальных исполнителей, скорее всего, не сработает. Реконструкция становится возможной только при прозрачности и доказуемости подлинных операций, полагает эксперт.
Советник юридической фирмы «ЮСТ» Игорь Пастухов напомнил, что ранее суды ориентировались на определение Верховного суда 2021 года, согласно которому выявление нарушений предполагает доначисление реальной суммы налога, а не превышающей потери казны. Этот компромисс, добавил Андрей Зуйков, базировался на фундаментальной экономической и правовой логике.
Председатель координационного совета АНО «Центр защиты бизнеса» Екатерина Авдеева назвала решение прецедентным, несмотря на то что Россия формально не относится к странам прецедентного права. Определения ВС, пояснила она, являются ориентиром для нижестоящей судебной системы и налоговых органов, а это решение фактически закрывает путь к компромиссу там, где раньше он казался неизбежным.
Представитель ФНС в комментарии Forbes разъяснил позицию ведомства, поддержанную Верховным судом. Налоговая реконструкция по налогу на прибыль при умышленных действиях недобросовестных налогоплательщиков, использующих «технические» компании, возможна только после получения налоговым органом сведений и подтверждающих документов о лице, осуществившем фактическое исполнение, и действительных параметрах операции. Право на вычет фактически понесенных расходов может быть реализовано налогоплательщиком, содействовавшим в устранении потерь казны, то есть раскрывшим сведения и документы, позволяющие установить фактического исполнителя.
Старший юрисконсульт Jingsh Law Firm Russia Иван Федоров отметил, что налоговая реконструкция никогда не была поощрением искусственных схем, а служила инструментом для точного определения реального налогового обязательства. Ее смысл состоял в том, что налог нельзя рассчитывать в отрыве от действительного экономического содержания операции. Подход по делу «Вокфорс», по его словам, показывает, что компромисс больше не будет работать, когда налогоплательщик сам организовал фиктивный документооборот и умышленно снизил базу через завышение расходов. Дмитрий Книженцев согласился: реконструкция не предназначена для ситуации, где схема сознательно делается непрозрачной, а затем предлагается оценить себестоимость без раскрытия конкретики.
Андрей Зуйков назвал решение «закреплением опаснейшего прецедента» и «окончательной кристаллизацией профискального тренда». По его словам, ранее механизм позволял бизнесу при получении претензий по недобросовестным контрагентам, но при доказанной реальности сделок учесть фактические расходы расчетным путем, убирая из схемы звено с «техническими» компаниями. ВС занял позицию, что право на реконструкцию открывается только через раскрытие сведений о схеме и реальных бенефициарах.
Под удар могут попасть компании, которые сами не создавали фиктивных контрагентов, предупредил Зуйков. Он выразил надежду, что суд установит разграничение: для налогоплательщиков, чья сопричастность к схеме неочевидна (например, компания не проявила должную осмотрительность, но сделка была реальной), налоговая реконструкция останется доступной без требований о раскрытии фактического исполнителя, поскольку такие налогоплательщики могут просто не знать этих лиц. Точный ответ, по его словам, возможен только после публикации полного мотивированного текста определения ВС.
Старший менеджер группы разрешения налоговых споров Kept Наталья Файзрахманова предположила, что этот подход станет скрытой формой ответственности именно за умышленное создание схем.
Для реального сектора экономики – строительства, логистики, инжиниринга, производства – решение ВС означает кардинальный пересмотр оценки рисков, считает Андрей Зуйков. Теперь в актах выездных проверок формула «реальный поставщик не раскрыт – расходы не подтверждены» может стать автоматическим стандартом. Это, добавил он, избавляет инспектора от необходимости проводить сложные экономические экспертизы и оценивать фактическую себестоимость работ. Дмитрий Книженцев отметил, что для сфер с высокой долей человеческого труда – аутсорсинг, стройка, склады, клининг – резко растет ценность доказательств фактического выполнения работ. В итоге, полагает он, повысится стоимость непрозрачных цепочек и вырастет спрос на «раскрываемые» модели субподряда и комплаенс.
Юрист практики налогового консультирования и налоговых споров BGP Litigation Алина Макарова рекомендовала предпринимателям занять осторожную позицию в вопросах налоговой осмотрительности. Ключевое значение, по ее словам, приобретает документальное раскрытие реальных исполнителей и параметров сделок. Если в цепочке присутствуют спорные контрагенты, необходимо быть готовым подтвердить, кто именно фактически выполнял работы, какими ресурсами это обеспечивалось и как формировалась стоимость. Формальный сбор стандартного пакета документов уже не обеспечивает достаточный уровень защиты – важна оценка деловой цели, экономической логики сделки и реальности исполнения. Бизнесу стоит пересмотреть действующие модели взаимодействия с подрядчиками, особенно в отраслях с высокой долей субподряда.
Использование цепочек с непрозрачной структурой расчетов и исполнения в текущих условиях создает повышенные налоговые риски. Также Макарова рекомендовала заранее формировать альтернативную доказательственную базу, подтверждающую реальные затраты (внутренние расчеты, отраслевые показатели, сведения о трудозатратах), хотя с учетом позиции Верховного суда полагаться исключительно на расчетный метод без первичных документов становится все более рискованно.
Напомним, согласно исследованию «Контур.Фокус», за последние три года арбитражные суды первой инстанции возбудили 4,728 млн дел. Пик активности пришелся на 2023 год, когда было зарегистрировано 1,62 млн споров. В 2024 году этот показатель снизился до 1,58 млн, а в 2025-м – до 1,53 млн. Таким образом, падение количества новых дел в 2025 году относительно 2023-го составило 3,36%. LR