Фильм Георгия Шенгелая 1969 года рассказывает биографию самого известного в мире грузинского художника Нико Пиросминашвили. Режиссёр сближает фильм со стилистикой живописи Пиросмани. Сама постановка кадра, простые декорации, их расположение в кадре напоминают нам картины художника. Помимо того, в фильме почти отсутствует игра света и тени, что создает некоторую плоскость, которая задает нужную атмосферу – как раз под наивные картины. Режиссёр как бы предлагает посмотреть на мир глазами художника. Не мы следим за его жизнью, а наблюдаем её вместе с ним.
И сейчас мы рассмотрим сюжеты, которые можно встретить в фильме.
Застолья — типичный сюжет Пиросмани, он часто называется «кутеж». На таких работах перед нами стоит стол с белой скатертью, на котором разложено множество снедей и, конечно, кувшины с вином. За столом пьют, поют, веселятся герои картин. Характерно, что под столом, ближе всего к нам, зрителям, Пиросмани часто располагал тушку свиньи.
Эти «кутежи» можно не раз наблюдать в фильме. Статичные кадры, ровно вписывающие стол с гостями и тушкой, оживляют сюжет подобных картин.
В фильме показана история создания некоторых его работ, например «Праздник св. Георгия в Болниси» или «Кутеж Гвимрадзе». Но насколько они документальны — сказать нельзя.
Помимо полноценных сюжетов, мы встречаем и отдельных героев, которых невозможно не узнать. Например, сцену с актрисой Маргаритой в таком же коротком пышном платье с красным поясом и полосатых колготках, что и на работе 1909 года.
Или знаменитая девочка с воздушным шаром сидит на одном из застолий в такой же шляпке. На многих работах встречаются характерные повозки с яркими крышами — в фильме они не раз будут проезжать мимо художника.
Или вот «Крестьянка с детьми идёт за водой»: в фильме её силуэт полностью повторяется, за исключением количества детей (на картине их всего двое). Мать покрыта чёрным платком, в белой рубашке и чёрной юбке, несёт на плече кувшин и держит за руку самого младшего из детей точно так же, как и на картине.
Еще одна сцена-картина «Гумно в грузинской деревне»: высокие стога сена, крестьянин провевает обмолоченные зёрна, волы промалывают пшено, в полосатой палатке сидит ребёнок, играющий с собакой. В тех кадрах мы смотрим не глазами художника, а будто уже смотрим на картину; В сцене стоит Нико Пиросмани, однако он не вписан в происходящее, оставаясь невидимым наблюдателем. Подмечу, что диалога в этой сцене нет, художник просто смотрит на работу крестьян, будто впитывая, чтобы потом передать увиденное на холст.
Ну и, конечно, героями фильма становятся и сами картины.
Примечательно, что по ходу фильма количество картин и вывесок, которые рисовал художник, меняется. В начале их немного — Пиросмани только-только начинал. К середине фильма мы встречаем их всё чаще: на улицах, в кабаках. Его работы многим нравились, и трактирщики ждали, когда к ним придёт Пиросмани, чтобы что-то нарисовать. А в конце картин становится меньше. К тому времени о творчестве Пиросмани выпустили критическую статью, в которой написали, что он совсем не умеет рисовать, и все горожане от него отвернулись. Кабаки перестали украшать его работами свои заведения, вывески были убраны в подсобки. Его концом как художника становится сцена с жирафом — картина Пиросмани, с которой начался фильм. Теперь она стоит никому не нужная на улице, художник сам её оттуда и забирает. После мы увидим ещё одну его картину — «Праздник св. Георгия в Болниси», — но режиссёр акцентирует внимание, что эта работа выполнена как бы из-под палки. По сюжету Пиросмани запирают в сарае с красками и холстом, чтобы он смог написать картину к Пасхе. Так на примере картин показывается взлёт и падение Пиросмани как художника в обществе.
Таким образом, фильм Шенгелая знакомит нас не просто с биографией Пиросмани, а показывает, как творчество художника непрерывно связано с его жизнью.