- Господи, помилуй! Господи, помилуй! - со слезами молился и стонал мужчина.
Время уже перешагнуло за полночь, а Михеич ещё не выбрался из леса. Где-то далеко выли волки, перекликаясь друг с другом. Полная круглая луна освещала ему путь. Мрачный, темный лес был наполнен странными звуками. Он жил, дышал. Изредка ухал филин. Слышался треск сучьев и чьи-то тяжкие вздохи... Лесник был не из робкого десятка, но от всего этого дрожь пробирала до костей. Сломанная нога распухла и не давала подняться. Открытая глубокая рана на бедре кровоточила. С четырех часов дня он, превозмогая боль, полз домой. Каждый метр давался ему с большим трудом. Часто приходилось отдыхать, чтобы немного набраться сил для дальнейшего продвижения вперёд. И зачем его угораздило пешим делать обход? Пожалел, видишь ли, молодого, ещё мало обьезженного жеребца, а сам попал в ловушку. И забрался же, вдобавок, далеко от дома. Вот и напоролся...
Кто-то опять начал в лесу безобразничать по-крупному. Яма вырыта несомненно на мишку косолапого. Она так искусно была замаскирована, что Михеич даже не заметил, и провалился в эту проклятую яму прямо бедром на заострённый кол. Слава Богу, что не другим местом, а то могло быть и хуже. И хорошо, что аптечка всегда с собой. Перевя́зал порванную ногу и стал выбираться. А это не так просто со сломанной конечностью. Но через полчаса, опираясь на ружье, Господь сподобил вылезти из ловушки. Пока выбирался, нога сильно распухла и очень болела. Изготовленная из древесной коры шина, не умерила боль. И до сего времени лесник ползком стремился к дому. Уже был слышен вдалеке собачий лай, а силы покидали человека. Он боялся потерять сознание. Ночной лес опасен. Всякий зверь в это время охотится. Может встретиться волк или кабаны. И не только зверь... Не приведи Бог остаться в лесу одному в полнолуние. Ещё старики предупреждали не выходить на улицу в это тревожное время, иначе добра не будет.
Михеич коротко помолился: "Крестная сила с нами!" Перекрестился и на боку, по-пластунски, подтягивая раненую ногу, пополз к деревне. Кое-как добрался он до первого дома, стоявшего в отдалении от других, деревенских, и силы покинули его. Успел только постучать ружьём в окно и отключился. Хозяйничала в этом доме, ещё довольно моложавая женщина, Ксения. На вид ей было не более сорока пяти лет. Одним словом, ягодка в самом соку - белотелая, кровь с молоком. Но в жизни ей что-то не везло. До сего времени не могла подобрать себе пару. Странные явления с ней случались. Бывало, подружится с хорошим здоровым мужичком месяц, два, а там смотришь и разошлись в разные стороны. Она молодеет, сияет вся и цветет, как роза, а он сохнет. Деревенские бабочки говорили, что от любви большой сохнет, а в действительности кто знает, от чего... Так вот мужики стали побаиваться её и обходить стороной. Но, говорят: "Любовь зла, полюбишь и козла". Вот так и Михеич положил глаз на деревенскую ягодку. Был он вдовым уже без малого пятнадцать лет. Одиноко и тоскливо жить одному. Годков уже многовато, виски поседели и лысина заблестела. Но силой ещё Бог не обидел. Пока совсем не состарился, хотелось ему определиться, завести ласковую хозяюшку. Пытался ухаживать за Ксенией, только она смеялась над ним. Говорила: "Ты Бога любишь больше меня, а я хочу наоборот..."
Время шло, а у Михеича ничего и не получалось с ней. И теперь вот, волею судьбы попал к любимой женщине в дом.
Сколько пролежал в беспамятстве, мужчина не знал. Только очнулся в какой-то бессознательной тревоге. Пошевелил ногой и боли почти не почувствовал. Память быстро возвращалась. Лесник вспомнил всё до последнего момента. Он привстал и огляделся. В комнате стоял полумрак. В маленькое оконце светила луна. Её бледный свет отбрасывал живые движущиеся блики на стены. Мужчина лежал на широкой лавке. Было тепло и тихо. Но всё равно, какое-то внутреннее беспокойство не проходило. Похоже, что я в бане, подумал Михеич. Сколько же я пролежал здесь? - подумал он.
- Почти сутки! - раздался рядом с ним чей-то скрипучий голос.
Он повернулся и увидел в уголке, сидящую старуху с большим скрюченным носом. Мужчина пригляделся. Его поразили холодные сверкающие стальным блеском глаза незнакомки.
- Кто ты?
- Не узнал? - проскрипела она. - Я твоя избранница, Ксения. Или забыл? Вот мы и свиделись!
Она встала и сгорбившись, подошла и села к нему на край лавки.
- Почему я здесь, в бане? - волнуясь спросил гость.
- Потому, что я не могла одна втащить тебя на высокое крыльцо. Дотащила только до баньки. Я её стопила. Здесь тепло, хорошо. Ты весь больной, а я лечила тебя травками и вот, соломкой. Скоро ты выздоровеешь, не беспокойся! Я поставлю тебя на ноги!
И старуха засмеялась странным противным смехом. Подняла руки и потрясла перед его лицом пучком соломы. Мужчина обратил внимание на ее морщинистые, старые руки. На них вместо ногтей виднелись длинные, как у зверя, крепкие когти. Лесник похолодел от ужаса. Страх сковал его язык. А она, тем временем стала расстёгивать его порванную рубашку.
- Сними это, - сказала, - сними, он будет мешать нам.
Ведьма потянула за шнурок и тут же отдернула руку, словно обожглась. Её палец с острым когтем больно царапнул его по груди, и Михеич почувствовал, как потекла его кровь.
- О, какой ты ещё молодой и сильный, а я вот внезапно что-то сдавать стала. Но мы наверстаем упущенное, только люби меня!
И старуха стала поглаживать его шею и лицо. Она протянула ему свою страшную седую голову для поцелуя. Лесник близко увидел ее ледяной взгляд и клыкастые зубы. Мороз пробежал по его коже, каждая волосинка на теле встала дыбом. Но он нашел в себе силы и, схватив в руку нашейный крест, закричал: "Чур меня, чур!"
Ведьму, как ветром сдуло с лавки. Тут пропел первый петух и старуха попятилась к порогу, грозя ему пальцем. За окном стала заниматься зарница и чудовище исчезло. А мужчина стал молиться Богу и Матери Божией, непрестанно крестясь. Наконец к нему пришло успокоение, и он стал выбираться на улицу. Как раз мимо проходили косари, они-то Михеича подобрали и отнесли к фельдшеру. А тот после осмотра отправил его в больницу, где мужчина пролежал две недели. Хирурги все удивлялись, что на нём всё заживает, как на собаке и ничего не болит. А когда лесник объяснял почему не болит и кто его травами с соломкой лечил, они смеялись, считая его рассказ анекдотом. "Видно целительница у тебя на соломке была хороша, - говорили они, - вот бы нам такую! Смотри, не потеряй!" Иногда Михеичу и самому уже начинало казаться, что старуха просто ему приснилась, но шрам на груди от её когтей, свидетельствовал об обратном. Люди не верили, только лесник знал, как опасно ходить по ночам в полнолуние.
*. *. *
Уважаемые читатели, просьба отзывы оставлять на этой странице под рассказом. Желающие могут ПОДПИСАТЬСЯ на мой блог, чтобы всегда быть в курсе дальнейших публикаций! Благодарю за внимание!