Утром в Московском университете было прохладно. Аудитории длинные, с высокими окнами, свет ложился в них неравномерно. У окон было светлее, а в глубине почти сумрак. Столы старые, потертые, чернильницы с подсохшими краями, тетради, в которых писали быстро. Учёба здесь строилась вокруг текстов. История, филология, древние языки, все это требовало внимательного чтения. Летописи разбирали по слогам, сравнивали версии, искали расхождения. Работа была медленной. Московский университет к началу XX века уже был одним из главных центров образования в стране. Его основали в 1755 году, и почти полтора века он оставался местом, куда приходили за классическим образованием: с историей, языками и строгой академической школой. К 1910-м годам университет жил по привычному укладу. Аудитории длинные, с высокими окнами, подробные, медленные лекции. ПРофессора читали курс, опираясь на тексты, а не пересказы. И основой обучения была работа с источниками. На историко-филологическом факультете учили не пр