Жизнь обладает таким жестоким чувством юмора и имеет столько способов проверить твёрдость убеждений что никогда не перестаёшь удивляться.
Недавно вспомнил я одного коллегу, назовём его Олегом, который был из так называемых «дамских угодников». Он ухаживал за дамами, как те говорят изящно и красиво. Был щедрым кавалером. Дамы же вычисляют таких обычно на «раз-два», и потому наш герой не был исключением в части регулярных вложений в «копилку с прорезью снизу». Он регулярно участвовал в «петушиных боях» за самок: то с обидчиками разбирался, то с бывшими, прочим людом, кто посмел только «косо глянуть на очередную даму его сердца». Доставалось даже мужьям его пассий. Только почему-то эти дамы были его лишь до тех пор пока у незадачливого «Казановы» не заканчивались деньги, либо за счёт его знакомств очередная «любящая дама» не выполняла свои задачи.
Олега сей факт не расстраивал и он снова бросался на поиски очередной любви. Так и привела его очередная дама под венец и в известное всем заведение – ЗАГС. Дальше Олег стал всех учить жизни. Ведь он стал мужем! Лез со своими советами везде, даже когда об этом не просят за что неоднократно посылался куда подальше.
Одним из любимых нравоучений Олега было следующее.
- При разводе мужчина обязан оставить своей бывшей жене всё своё имущество и уйти «красиво» в одних трусах. Добытчик добудет себе ещё, а лузер сколько себе не оставит так и останется лузером. А так, хоть какую-то пользу принесёт этому миру.
- Олег! А если жена изменила мужу?
- Сам виноват: нормальным мужикам жёны не изменяют.
- Даже если нагуляла ребёнка?
- Так признай, воспитай и обеспечь как своего и нечего по судам позориться. Сам же допустил.
- А если это тебе придётся пережить?
- Знал бы ты сколько я денег тратил на дам! Тебе и не снилось! Жил всегда красиво!
- Не потому ли ты на родительской шее сидел до тридцати лет и не съезжал из их квартиры?
- Да ничего ты не понимаешь! Зато я жил красиво. Да и не на родительской, а конкретно мама меня содержала в трудные времена.
- А что с отцом стало? Не сбежал ли от такого счастья?
- Да пошёл он! Бросил жену с ребёнком.
- Так от нормальных же не уходят.
- Ничего ты не понимаешь. Я про уход жён, а не всяких упырей бросающих своих детей.
- А не допускаешь ли ты мысль, что отец сбежал от твоей матери, а она и поспособствовала отсутствию вашего с отцом общения?
- Ты… (каждый вставит своё слово сам)! Мама у меня – глыба, которая меня и ещё двоих сводных сестёр тянула одна. Да и нечего вообще лезть в мою семью. Со своими разберитесь. Вообще надо воспитывать подрастающих мужчин чтобы они поступали как настоящие мужчины, а не маменькины сопляки! Красиво! А не цеплялись за копьё это. Заработать ещё можно.
- Так что мешает заработать женщине? Она имеет те же возможности.
- Зачем ей муж если она будет работать? Пусть дома сидит.
С таким мировоззрением Олег работал в одной из консалтинговых фирм. При работе по расторжению браков, разделу совместно нажитого имущества, спорам о детях и тому подобным наш герой никогда не принимался за защиту мужчин. Только женщины были его клиентками. Был только один нюанс: Олег всегда делал много больше, чем указано в договорах об оказании услуг. Эта черта «дамского угодника» постепенно надоела собственнику фирмы, который отчаявшись перевоспитать Олега и наставить его на путь истинный, указал нашему герою путь «в свободное плавание», либо в другую консалтинговую контору, где будут терпеть «дамское угодничество» в ущерб бизнес-интересам. Это не говоря уже о коллегах, которых Олег так «залюбил» своими нравоучениями, что его стали сторониться.
Так бы и забылся бы Олег, если бы недавно я не увидел его в коридоре одного из судов. Обычное место встречи нашей братии. Да, мы, чаще всего, встречаемся в судах, а не в иных местах. Специфика работы.
Разговорившись с ним я узнал, что Олег ждёт заседания в том же зале, что и я. Ну грешно же не подсмотреть что за дело ведёт коллега. Так и я, ведомый любопытством, заглянул в «судейский аншлаг», приколотый к двери кабинета. Меня «разразил гром».
Олег судился с… правильно! Со своей женой. А там – такая прелесть, что ни в сказке сказать, ни пером описать! Спор о расторжении брака, разделе совместно нажитого имущества и… оспаривании отцовства. Полный комбо-набор «твёрдых» убеждений Олега. Называется воспитатель всех, кроме себя воспитывал, да себя не воспитал.
- Олежек! А чего же ты по судам позоришься?
- Ты о чём?
- Как же уйти в одних трусах? Или чистых трусов не нашлось?
- Не знаешь ситуации – не … (вставьте глагол сами). Эта… (придумайте слово сами) мне изменила, подсунула… (придумайте кого), а потом ещё стала претендовать на квартиру, которую мне отдала мама.
- Стоп! Олег! Нормальным же мужикам не изменяют? Ты же так глотку драл в офисе. Что поменялось? Или это друхое?
Скажу честно, тут я стал откровенно глумиться над своим коллегой. Может не этично, но зато забавно потроллить вероотступника.
- Да пошёл ты! … (придумайте комплимент сами) Вику я застал под здоровым … (смуглый парень родом из Африки). На нашем ложе! Так этот … (культурно: смугленький) мне в «кабину» настучал, а потом в унитаз головой обмакнул под смех и подбадривание «любящей жёнушки». Ты мне это предлагаешь простить?
- Так не ты ли этим в молодости занимался? Ты же аналогично с мужьями и сожителями своих пассий поступал. А-а, это друхое?
- Мне надо было смотреть как избивают женщин?
- Не залазить в чужие постели не пробовал? Ты же всегда говорил «муж – не стенка…». А теперь этой «не стенкой» стал ты. В чём проблема? Да и поступили с тобой аналогично. Не находишь?
- Да чтоб ты… («хорошо и долго жил»).
Олег отошёл от меня к окну и стал молча смотреть в окно. Нашего «проповедника» трясло. Моё заседание прошло достаточно быстро и я решил послушать из коридора что будет твориться у Олега в процессе.
К началу процесса подтянулась и бывшая жена Олега – Виктория в сопровождении довольно возрастной женщины, наверное, своей матери, и ребёнка с кожей тёмно-кофейного цвета.
«Чунга-чанга! Синий небосвод. Чунга-Чанга – лето круглый год…» почему-то в моей голове заиграла эта песенка.
Начался процесс. Заседание сразу стало проходить на таких повышенных тонах, что через дверь было отчётливо слышно всё: вопли Олега, который бился за каждую копейку, Викторию, истерившую про своё скромное материальное положение и грозный глас судьи, которая периодически напоминала участникам процесса про необходимость соблюдения порядка в судебном заседании.
Я ни разу не пожалел, что остался слушать происходящее по делу Олега. Там было что узнать. Как уже догадался мой читатель, Олег бился за каждую вилку-ложку, естественно, отбивался от «загорелого отцовства» и так далее.
Было ли мне жалко этого «недопроповедника»? Чётко и уверенно скажу: «Нет, нет и ещё раз нет!». Я уважаю только подвижников, которые в любых обстоятельствах следуют своим убеждениям, даже если с ними я не согласен. Зато сам Олег оказался дешёвым лицемером, который не только предал свои убеждения, так ещё и закладывал очень вредные установки в неокрепшие головы активно способствуя появлению и процветанию бытовых и не только бытовых «прости…боже». Ведь сколько молодых неокрепших умов он сломал своим наставничеством про «мужчина должен»! Как и чем окончилось дело Олега мне неведомо да и не отслеживал я его судьбу. У меня есть дела поинтереснее. А кто тут прав каждый решит сам?
Что же Вы, мои дорогие читатели, думаете насчёт подобных «проповедников»?