- К румынам они не пойдут. Зачем им к румынам? К хохлам они шли, к хохлам.
- Тогда в городе залегли, - махнул рукой капитан. – Выждут и дальше поедут. Деньги есть, могут год тихориться. Если заранее хату подготовили.
- Год, говоришь? Ну ладно, я поеду, ты смотри тут.
Полковник, махнув рукой, сел в машину. Капитан направился в будку.
- Что-то ты полковник темнишь, - Виктор поднял левую руку. Едва полковник скрылся за деревьями, повернул браслет на Рожок и сжал пальцы. Потом вернув невидимость, побежал к машине.
Машина полковника съехав в кювет не перевернулась. Выдернув из неё полковника. Виктор оттащил его в сторону и посадив к берёзе, привёл в чувство.
- Ты кто? – покрутив головой, уставился мужик на Виктора.
- Смотри сюда, - тот показал Скарабея.
- Готов служить господин! – дёрнулся полковник.
- Рассказывай про грабителей.
И полковник рассказал. Ограбление банка задумал он со своим школьным товарищем, бывшим теперь директором этого банка. Нанятые полковником бандиты должны были взять прибывшую перед этим в банк крупную сумму, предназначенную для переправки дальше в Румынию. Деньги банкир заменил на фальшивые. Они с полковником наладили выпуск таковых и потихоньку подменивали в его банке. А тут решили сорвать сразу много и затихориться пока. Но с самого начала всё пошло не по плану. В банке бандиты зачем-то расстреляли охрану. Хотя им было велено просто вырубить её. Затем пущенный в погоню полицейский автомобиль. Хотя именно этот автомобиль должен был подстрелить машину бандитов. И те, уходя, поджечь её вместе с деньгами.
- Бандиты знали, что они взяли фальшивые деньги?
- Нет, конечно, зачем?
- Поэтому и не соблюли ваш план, - усмехнулся Виктор. – Рука не поднялась сжечь столько зелёных.
- Где теперь они?
- Не знаю. Сам в растерянности. Их телефон молчит. Других вариантов связи у нас нет.
- Уплыли ваши денежки, получается.
- Лучше б они сгорели.
- Те деньги, что ты с другом взял, где сейчас?
- У меня в гараже спрятаны.
- Не доверяешь подельнику. Это хорошо.
Позвав Джина, Виктор передал ему разговор. И попросил поменять деньги. А полковника оставить в гараже застрелившимся с кучей фальшивок на руках.
- А банкира? Банкира тоже к нему?
- Ну, если найдёшь, тоже. Пусть узнают, кто есть, кто.
Джин исчез вместе с полковником. Виктор вернулся к парням, оставив машину полковника с капитаном в кювете. И они продолжили путь к границе. На ночь остановились ночевать в каком-то маленьком городке. Ужиная в местном кафе, прослушали новости. Взволнованный диктор поведал телезрителям, что украденные из банка деньги были найдены в гараже начальника отделения полковника Пацюка. Рядом оказался и директор этого банка господин Наливайло. Как два уважаемых человека
оказались в гараже с мешками украденных денег следствию предстоит ещё выяснить. Но уже
выдвигаются интересные версии. Оказалось, все найденные деньги фальшивые. Деньги кто-то подменил или они изначально были фальшивыми? Ответы на эти вопросы могли бы дать полковник и банкир. Но они, увы, уже ничего нам не скажут, - заключил тираду, ведущий с трагическим лицом. – Следствие в тупике.
- Фальшивки штамповали прохиндеи? – фыркнул Иван. – Так им и надо тогда.
- Командир, а мы какие взяли, не фальшивые? – наморщил лоб Юрка.
- Фальшивки вон в гараже, глухой? – ткнул пальцем в телевизор Иван.
- Поменять не успели, значит? – хмыкнул Юрка. – Бывает.
- А станок нашли? – спросил Влад.
- Тебе зачем? – все посмотрели на него.
- Пригодился бы, - пожал Влад плечами.
- Ну да, - кивнул Иван. – Наштамповали бы зелени и за океан. Устроили бы им экономическую Хиросиму.
Интересно было бы посмотреть на это.
- Думаешь, у них своих фальшивок мало? – фыркнул Юрка.
- Мало не мало, тут дело в масштабе и внезапности.
- Это как?
- Просто. Зарядили б, например, в их столице все банкоматы сразу фальшаком. Что б было?
- Да ничего. Я бы организовал обмен на настоящие и всё.
- Это ты. Думаешь, они тоже сразу сориентировались бы?
- Не спорьте, - махнул рукой Саид. – Я читал, что там наличка не так как у нас. Там в основном всё переводами. У всех карточки есть электронные.
- Карточки, говоришь? Так карточки заблокировать можно или опять же онулить.
- Успокойся стратег, - засмеялся Виктор. – Онулять ты полетишь?
- Не, я не умею. Это Андрея нужно посылать.
Переночевав, поехали дальше к границе. Чтобы не светиться, пересекли её прикрывшись невидимкой. За рулём микроавтобуса сидел Юрка. Ему приклеили усы, мушкетёрскую бородку и надели лохматый парик. Пограничник, осмотрев пустую машину, спросил.
- Куда едешь, Прыцко?
- Так за едой, пан начальник, - Юрка старательно подделывался под хохла. – Праздники скоро, вот жинка послала в Одессу за салом и рыбой.
- Обратно, когда? – прищурился насмешливо пограничник.
- Как поспею, пан начальник, - развёл руки Юрка.
- Ладно, езжай.
- На Одессу? – Юрка, миновав границу, прибавил газа.
- Ты ещё заори: “Слава салу и бычкам!” – фыркнул Иван.
- Почему бычкам?
- Я в кино видел. Их в Одессе на рыбном базаре вёдрами продают.
Из чего мы все сделаны, русские?
Что в моем отразилось народе?
Что от предков досталось в нагрузку мне,
В потайном генетическом коде?
Я рожден под Калиною красною,
Я сказаньями полон былинными,
Очарован Поляною Ясною
И чудесными добрыми фильмами.
Там, где в бой старики собираются,
Где Москва, что не верит слезам,
И Судьба, что с иронией парится,
И еще Белорусский вокзал.
Я заполнен напевами Брюсова,
Я пронизан Серебряным веком.
Перестал после первой закусывать,
Как увидел «Судьбу человека».
Разукрашен картинами Шишкина,
Разрисован я весь Айвазовским.
И поет во мне дивная Зыкина,
И играет великий Чайковский.
Я пропитан весь детскими книгами —
Маршаком, Михалковым, Чуковским.
И воспитан такими кумирами,
Как Гагарин, Чуйков, Рокоссовский.
В моем коде есть Пушкин и Лермонтов,
В нем Есенин, Бажов и Островский,
Лев Толстой и Шукшин, несомненно, там,
И, конечно, Владимир Высоцкий.
В нем вся наша хоккейная сборная,
Николай Николаевич Озеров.
«Современник» и «Малая Бронная»,
И балет «Лебединое озеро».
Есть во мне Пискаревское кладбище,
Ленинградская школьница Таня.
Там «Катюша» несется над Ладогой
И гремит баритон Левитана.
Нет во мне Пугачевой и Галкина,
Макаревича нет, не взыщите.
И, конечно же, чопорной Вайкуле,
Вы во мне и в себе не ищите.
У кого нет ни чести, ни совести,
Кому русским постыдно назваться,
Суждено на краю своей пропасти
Одному позабытым скитаться.
Мы ж останемся верными прадедам,
Мы — такие, не лучше, не хуже.
Навсегда, и в печали, и в радости,
Сохраним этот код в наших душах.
Не понять ни британцу, ни шведу,
Отчего мы так страшно сильны,
В чем величие нашей Победы,
И бессмертие нашей страны..
Александр Наумов
Над нами издевались в СССР
1
Над нами издевались в СССР, с тобой мы были попросту рабами…
Могу вам привести простой пример, он не исчез из памяти с годами:
Рабочий день – так 8 лишь часов, работать больше – просто не давали
За сверхурочно – приговор суров! Насильно всем зарплату поднимали…
И профсоюзы были ещё те! Нас мучили… Нам было нелегко…
Не вырваться из ПФК когтей… Талоны на парное молоко
Вручали нам насильно, каждый день… И ты попробуй, только откажись
Так сразу на начальство бросишь тень… А это всё… Испорченная жизнь!
2
В общаги нас пытались поселить, а коль женат – бесплатную квартиру!
Специально всех пытались приучить: Давали всё! Ты лишь паразитируй!
И верх цинизма, просто потолок, как вспомню – даже станет страшновато
Я до сих пор испытываю шок… От ужасов – тринадцатой зарплаты!
Но, если отвертеться от неё, попав к примеру, скажем, в вытрезвитель…
Возможно было… братцы, ё-моё, то от другой, хотите – не хотите
Вам не укрыться и не убежать… Пускай от пьянки ты уже багров…
Насильно, гады, будут всё ж вручать… Зарплату вам за выслугу годов!
3
Сливали на обочины бензин… А как иначе? А куда девать?
(У Зины был один такой грузин… Который его пробовал сосать…)
Ходили подневольно в ДНД… И в доноры записывали нас…
А после – выходной давали день, иль несколько… не спрашивая вас!
На «отдых на заслуженный» всегда, нас выгоняли, супротив желания
Сейчас, намного лучше, чем тогда… Не пенсия, а «возраст выживания»…
Мы полетели в космос! Стыд и срам! Земли вам мало? Захотели Марса?
Но… Ленина – всё вдалбливали нам… И изучали гада Карла Маркса…
4
Суббота, воскресенье - выходной! Застой, дурдом, прогнившее болото…
Вас развернут на вашей проходной… А вам, блин так хотелось поработать…
И, каждый год путёвку вам всучить, пытался тот же профсоюз проклятый
Ну не давали нам спокойно жить… Профилакторий! Тут же препараты,
Массажи, процедуры, душ Шарко, «игловтыкание», грязевые ванны…
Мы задыхались где-то далеко, как мученики вечные в изгнании…
Да и кормили нас, как на убой… 4 раза в день, попробуй сдюжить
А чтоб не поправлялись мы с тобой, так физкультурой мучили к тому же
5
И вот уже под вечер, мы, без сил, мечтали только о простом диване
Но нет! Затейник в номер заходил… Мы выдохлись… Мы зомби… Мы на грани…
Вновь танцы, игры… весь аттракцион… моральных пыток снова череда
Ты зол, рассержен, тупо раздражён…Нас так не унижали никогда!
А как там издевались над детьми… Мне даже страшно это рассказать
Учебники бесплатные должны детишки были в школе получать!
Их заставляли булки в школе есть… Бесплатный пить компот из сухофруктов
У деток просто отнимали честь! В автобусе – всегда сидел кондуктор..
6
Их заставляли место уступать… Бабуль переводить через дорогу…
И даже ветеранам помогать… Вот ужас то… Просто позор… Ей Богу…
Насильно каждый был там - пионер… Потом ещё ужасней – комсомолец
Вот что творилось в этом СССР… И жить иначе – каждый был неволен!
Детей - свозили летом в лагеря… Ребёнок рос забитым и зажатым
И мы не знали, что они творят… Попавши в лапы пионервожатых…
Ни покурить, ни пригубить винца, не уколоться, матом не ругнуться…
И это всё, блин, в тайне от отца и матери… Как тут не ужаснуться?
7
Нас развращали в этом СССР! Попробовали б вы прожить без секса…
От воздержаний станешь сам, как зверь. Лишь только почему - заныло сердце
Скажу серьёзно! Больше не шучу! Так задолбало кумовство и блатство!
Вернуться в СССР я… так хочу! Хочу я вновь вернуться в это «рабство»!