– Первый раз я пришел во внеочередной отпуск по семейным обстоятельствам через три с половиной месяца с начала службы в зоне СВО. Младшие сыновья были еще совсем маленькими: одному – год, другому – три. И вот я захожу в общежитие, где мы тогда жили, – они в коридоре стоят. А я их за эти сложные месяцы вдали от дома совершенно забыл, они так выросли и изменились. Я головой понимаю, что это мои дети, больше некому, но я их не узнаю. У меня слезы ручьем. Краем глаза вижу, что на общей кухне собрался народ, накрыли стол, встречают меня, но я даже повернуться и поздороваться не могу, у меня слезы так и текут. В комнату зашел с детьми, постоял минут пять, успокоился. И только потом смог выйти.
Боец с позывным «Баха» рассказывает мне эту историю уже в третьем своем отпуске. И детей у него уже не трое, а четверо. В кроватке сопит двухмесячная дочка. Старшему – 16. «Баха» говорит, что самое сложное – это оставлять детей, возвращаясь из очередного отпуска. Уходить с осознанием того, что Родину и своих и чужих детей надо защищать, при этом понимая, что неизвестно, когда вернешься и вернешься ли. А пока тебя нет, никто кроме их мамы, твоей жены, детей не обнимет, не поцелует, не возьмет на руки.
– Но вместе с тем знаю, что там, на СВО, нужен. Кто, если не я?! Хочешь изменить мир – начни с себя. Поэтому, выслужив льготную пенсию в Федеральной службе исполнения наказаний, в сентябре 2022 года я подписал контракт и ушел на СВО.
«Баха» служит в ВДВ, а значит, всегда на передовой. Начинал старшим стрелком-сапером. По факту – скорее первое. Он там, где жарко, я бы даже сказала, горячо. В переносном смысле. А в прямом – зимой очень даже холодно. Морозы в первую зиму до –15 доходили. А в окопе – ни печки, ни костра. Сразу обнаружат и подстрелят. Хочешь сухую одежду – выморозь ее. Тепло не будет – будет сухо. А дальше ты сам себе печка. Двигайся как можешь – согреешься.
– Мы первые два месяца в окопах вообще безвылазно жили. Противник – в 300 метрах, максимум в километре. И оборону держали, и ходили в наступление. Связи почти не было на Кременной. Чтобы позвонить домой, надо было выехать очень глубоко в тыл. Только спустя два месяца нас стали вывозить иногда в баню, и тогда мы могли позвонить родным.
Кременная, Сватово, Бахмут... Думал ли боец с позывным «Баха», что эти далекие города станут ему близкими. Не везде солдат и офицеров встречают как родных. Люди устали от боевых действий, постоянного присутствия военных и страха, что снаряд прилетит в дом. Но в целом – рады, потому что надеются на правильный исход.
– Я православный, в Бога всегда верил, в церковь ходил и посты соблюдал. Кто-то говорит: «Если я увижу Бога, я поверю». А я такие чудеса там, за ленточкой, видел: человеку в ноги снаряд прилетел, деревья поломало, а боец целехонек. Для меня очевидно, что Бог есть. И я считаю, что победит тот, у кого нравственности больше. Так что победа будет за нами. Тем более сколько за нас в монастырях молятся. А еще я все время думаю: «Как бы тяжело ни было в боях, выполняй свой работу с холодной головой, но не превращайся в зверя, даже по отношению к противнику. Всегда оставайся человеком».
Из стрелков «Баха» перешел в водители взвода огневой поддержки. Водит (хотя тут правильнее сказать возит) «кочующий огнемет». Смысл перемещений – быстрая смена огневой позиции. Обстреляли противника перед наступлением (считай, деморализовали) – и уехали. Еще одна его задача – доставлять на передовую личный состав, боеприпасы, питание, вывозить с «передка» людей.
– Едешь всегда ночью. И всегда со светом, без него невозможно по разбитым дорогам. «Птичкам» (дронам) вражеским тебя хорошо видно, они координаты своим дают, по тебе стреляют, взрывы рядом. А ты в бронике, в каске летишь в своем уазике. И так каждую ночь. Честно говоря, я, когда ехал в зону СВО первый раз, думал, что будет помягче. Одно дело, когда ты кино смотришь или слушаешь тех, кто там уже был. И другое, когда ты на своей шкуре все испытал. Раньше военные фильмы смотришь – там идет танк, за ним пехота бежит, прикрывается. А сейчас все по-другому: танк вперед не выйдет, его сразу засекут и подобьют.
Спрашиваю бойца с позывным «Баха», за что он получил Георгиевский крест, медали «За отвагу» и «За боевые отличия». Он пожимает плечами:
– Я не знаю, за что конкретно эти награды, но могу точно сказать: каждый боец за каждые сутки, проведенные на «передке», достоин медали.
Он не падает на землю от звука петард и салютов. Говорит, у него очень крепкая психика и способность быстро переключаться на мирную жизнь, минуя военный синдром. Он знает, что, вернувшись домой с победой, не останется без работы. Его ждут во ФСИН и других подразделениях внутренней службы. Он думает еще о том, не освоить ли гражданскую профессию. Потому что ему уже 47, а чтобы поднять четверых детей, нужно время. Время, любовь и вера. Вера в себя, в добро, в Бога.
Ольга Кадыкова, фото автора