Внимательный, очень спокойный, даже какой-то отрешенный взгляд. Окладистая борода. Крепкое рукопожатие. Он похож больше на священнослужителя, чем на боевого командира. Но еще знаменитый художник Михаил Нестеров, автор красочных исторических полотен, отмечал сходство лиц воинов и иноков. Наверно дело вот в этой отрешенности, готовности в любой момент принять смерть как Божью волю.
Алексей Гапонов, позывной Аркон - командир батальона противодействия беспилотным системам добровольческой бригады "Барс-Курск". Подразделение было создано, когда отброшенные на территорию Сумщины украинские неонацисты принялись массово атаковать мирные города и поселки Курской области, но теперь уже с неба. И не только Курской. Ежедневно сотни дронов ВСУ устремляются в центральные регионы России.
"Страж неба": Военный командир Аркон рассказал, как его подразделение борется с БПЛА (СМОТРЕТЬ ФОТО)
Сегодня косвенной оценкой работы ПВО добровольческой бригады, воюющей в составе группировки войск "Север", служит даже не количество сбитых БПЛА (губернатор региона Александр Хинштейн в своем Telegram-канале отмечал, что за 2025 год бойцы отряда "Барс-Курск" уничтожили 4 тысячи беспилотников ВСУ), а тот факт, что с некоторых пор украинские дроны все чаще ищут пути в обход границы с Курской областью.
Аркон - откровенно - о своем подразделении и о себе - в интервью "РГ".
Читайте "Российскую газету" в Max - подписаться
Алексей Алексеевич, расскажите о вашем подразделении. Какие задачи оно выполняет?
Аркон: Противодействие беспилотным системам противника мы осуществляем мобильными огневыми группами, зенитной батареей, ПЗРК, группой операторов БПЛА, а также при помощи установок РЛС. Есть у нас и свой учебный центр, где проходят подготовку необходимые для выполнения боевых задач специалисты. Создали собственную технико-эксплуатационная часть (ТЭЧ), которая обеспечивает техническую составляющую подготовки бортов, прошивки и всего, что связано с тестированием новинок, а также научно-технический центр, который занимается вопросами внедрения инноваций в то оборудование и вооружение, которое мы получаем.
Читайте также:
Доставка особого значения: Припасы на передовую на себе приносят боевые курьеры
А из боевых подразделений?
Аркон: У нас несколько боевых рот. FPV-ПВО - это группа противодействия беспилотным системам противника по принципу "воздух - воздух", рота мобильных огневых групп (МОГ), которые поражают БПЛА из пулеметов, а также зенитная батарея.
По каким целям работаете?
Аркон: Основные цели - это БПЛА дальнего действия, которые летят с территории Украины вглубь России. По ним на больших высотах как раз работают наши дроны-перехватчики, а на малых высотах не дают пройти мобильные огневые группы и расчеты зенитной батареи.
Важным моментом этой работы является взаимодействие со смежниками - с различными подразделениями Министерства обороны, Росгвардии и пограничной службы. Также в прифронтовой зоне мы работаем по разведывательным дронам противника, и достаточно успешно, надо сказать.
Значит, есть какой-то единый центр, куда стекается и где анализируется информация по украинским БПЛА?
Аркон: Да, действительно, у нас есть собственный пункт управления, координирующий деятельность боевых подразделений. Соответственно, там же анализируется и оперативная обстановка, которая поступает не только от наших расчетов и подразделений, но и от смежников, и доводится до расчетов, которые находятся в постоянной боевой готовности.
Примерно за какое время до подлета вражеского дрона до определенной точки в прифронтовой зоне к вам поступает информация?
Аркон: Как правило, мы видим движение дронов в нашу сторону еще до того, как они пересекли границу, и передаем информацию где-то за 10-15 минут до передовых рубежей, на которых дежурят наши МОГи.
Читайте также:
"Соберут хоть птичку, хоть танк": как готовят элиту дроноводов
И они успевают их перехватить?
Аркон: Это достаточное время, чтобы МОГи успели занять позицию для атаки. Наши мобильные группы постоянно дежурят близ границы, за каждым из них закреплен свой участок, как раз для того, чтобы они успели среагировать и приехать в нужную точку.
Расскажите о себе. Вы профессиональный военный?
Алексей Гапонов: Нет, я не военный, но воин. Доброволец с 2014 года. Сам я из Подмосковья. Образований у меня несколько. И даже незащищенная по причине занятости кандидатская диссертация по социальной философии.
А чем вы занимались на гражданке?
Аркон: Моя гражданская профессия вообще далекая от военного ремесла, но это только на первый взгляд, потому что первое образование у меня - базовое экономическое, второе - системный анализ и проектное управление устойчивым развитием сложных систем и еще специальное - судебная экономическая и оценочная экспертиза. Ко всему прочему, фактически большую часть своей жизни я вел общественную деятельность, занимался анализом гибридной войны.
Мои учителя работали в КГБ СССР и других специальных организациях и ведомствах. Они рассказали мне, как устроен мир, кто в нем правит и какие цели ставит перед собой коллективный Запад относительно нашей страны-цивилизации. А главное, какими средствами он этих целей достигает.
Создавал и возглавлял ряд общественно-патриотических объединений, в том числе развивал вместе с Романом Зенцовым движение "Сопротивление". Стоял у истоков создания и был первым президентом Фонда русской цивилизации "Светославъ". Мы занимались защитой исторических памятников, традициями, поддержкой фольклорных и этнографических коллективов. В 2014 году в Серпухове вместе с соратниками из фонда "Русский Витязь" установили памятник князю Святославу, потом в 2019 году в Александрове Ивану Грозному. Да, много что сделано за эти годы.
Читайте также:
Разговор с поэтом-военкором СВО: Моя фамилия - Долгарева, от слова "долг"
В том же, четырнадцатом году, когда развернулись события на Майдане, мы с моим другом и соратником Маратом Мусиным, основателем агентства фронтовых новостей "Анна-Ньюс", зашли в Киев, чтобы наладить связь с прорусскими организациями и попытаться выровнять ситуацию. К сожалению, этого сделать не удалось. Но правду в информационном пространстве о тех событиях мы до России донесли.
В июле 2014 года наша группа отправилась в Луганск. Тогда там было жарко. Это был период, когда под ударами укронацистов в Луганске погибла группа Первого телеканала и все журналисты выехали. А мы, наоборот, приехали и оказались едва ли не единственными, кто в то время передавал оттуда информацию и картинку. Были приданы военной милиции и работали на самых горячих участках фронта и в зонах огневого поражения врага.
А где картинку размещали?
Аркон: В сети Интернет, а оттуда наши фото и видео разлетались по всем информагентствам и СМИ. Помните, например, знаменитый кадр священника, который погиб стоя и молясь на коленях, при этом истекая кровью? Во время налета украинской авиации мы находились недалеко от этого места. Был день памяти святого Серафима Саровского, и этот священник - отец Владимир Креслянский - как раз шел со службы из храма Иконы Божией Матери "Умиление злых сердец", перед которой в свое время молился преподобный. Много кадров и других зверств неонацистов мы тогда опубликовали. Например, массированный минометный удар по дому престарелых, где жили в том числе и ветераны Великой Отечественной войны. Погибли десятки стариков, многие были ранены. Били и по школам, и по детским садам, и по родильному отделению больницы - чтобы местное население дрогнуло и побежало из города. И кто-то после этого мне будет говорить, что мы не должны были их защитить?! Так что какой-никакой боевой опыт к началу СВО у меня уже был.
С какого момента вы приняли участие в спецоперации?
Аркон: В конце 2022 года мы с соратниками начали подготовку к созданию добровольческого батальона "Скиф", который в начале 2023 года вошел в боевой состав казачьей бригады "Терек" и отправился на фронт. Участвовали, в частности, в боях под Соледаром, и многие из тех, кто тогда со мной был, сейчас продолжают воевать уже в этом подразделении. Кстати, мой соратник по "Скифу" - атаман Севастопольской казачьей сотни и блестящий командир Александр Малышев с позывным Сотник сейчас возглавляет в нашей бригаде батальон противодействия БПЛА на объектах ТЭК.
Когда было тяжелее всего?
Аркон: Вы знаете, в написанной мной с товарищами книге, которая называется "Зов Вечный", объясняется суть и сущность этой войны и нашего врага, природа украинства, что такое Русская цивилизация, за что мы воюем и что будет после. Русский человек не может воевать без смыслов. Для него каждая война - всегда только Отечественная. В 2014 году я шел воевать за Донбасс не по контракту, а вопреки всему, потому что сегодня передний край против мирового зла здесь. Тогда никаких "социальных гарантий" у нас не было, была только убежденность, что по-другому нельзя. Конечно, если государство еще и деньги платит за увечья или смерть - это хорошо, потому что семье будет попроще. Но добровольчество - оно про служение, а не про владение.
Читайте также:
19-летний штурмовик - рядовой Лаврик: "Тут уже дядьки все. Таких, как я, пока нет, что странно..."
Поэтому, отвечая на ваш вопрос, в душевном плане всегда легче, когда понимаешь, за что воюешь. Что же касается тяжести физической, то тяжелее всего было под Соледаром. Мы там держали рубежи во время украинского контрнаступа с апреля по август 2023 года. Это было тяжелое испытание. Волны врага накатывали одна за другой практически ежедневно. Были участки, где наши окопы от небратьев отделяли всего лишь какие-то 300-400 метров.
Это был самый драматический момент вашей фронтовой биографии?
Аркон: Да. Поскольку на меня замыкалось сразу несколько функций, от замполитской до обеспечения и выстраивания взаимодействия со смежными подразделениями, а до ближайшего места, где были мобильная связь и интернет, ходу было два с половиной часа по фронтовым дорогам. Честно говоря, в какой-то момент наступило ощущение, что не вытяну эту нагрузку, не справлюсь. Но Бог дал сил. Ситуация была тогда на этом участке фронта очень сложная.
Много погибло тогда ваших бойцов?
Аркон: Вы знаете, это несомненное чудо, никто не верит, но! С 16 апреля, когда мы начали держать оборону своего участка фронта, и вплоть до середины июня у нас не было ни одного "двухсотого". "Трехсотых", правда, было немало. Первый наш погибший боец, отличный молодой парень - пал 20 июня от английской бесшумной мины, которая залетела прямо в его окоп. Когда я его привез в медпункт смежников в Соледар и спросил у начмеда, куда определить "двухсотого", он мне ответил: "Куда обычно". Я ему: "А я не знаю, куда обычно, я ж вам до этого только раненых привозил". У начмеда глаза на лоб полезли: "Так вы ж тут с апреля стоите, и ни одного "двухсотого?!"… За Соледар я был награжден медалью "За отвагу". Много там было всякого. Длинная, но интересная история. Опыт хороший…
А "Барс-Курск" - это уже другая история?
Аркон: "Барс-Курск" изначально создавался по типу народного ополчения. Изначально вообще не планировались никакие подразделения противодействия БПЛА как противовоздушной обороны. Во многом это стало возможным благодаря генерал-майору МВД Игорю Витальевичу Чечулину, который по приглашению губернатора Курской области возглавлял нашу бригаду на протяжении более года.
После того, как у меня и у моих товарищей по "Скифу" закончился добровольческий контракт, мы некоторое время искали, куда снова зайти для участия в СВО. Когда узнали, что Игоря Витальевича назначили на должность командира бригады, то приняли решение встать с ним рядом. К тому времени мы уже знали его как человека чести и вместе с тем как крепкого, волевого командира, заботящегося о личном составе, хорошо понимающего, какова современная война, как работает противник, в чем его сильные стороны, и что нужно делать нам, чтобы его превзойти.
На нашу радость, Игорь Витальевич добился того, чтобы его проект эшелонированной обороны воздушного пространства Курской области был принят в верхах. Вот в рамках новой концепции и был создан наш батальон противодействия беспилотным системам, а затем и батальон ПБС на объектах ТЭК.
Министерство обороны обеспечивает нас всем необходимым, но без народной поддержки тоже не обойтись. Курская область и лично губернатор Александр Хинштейн также вносят неоценимый вклад в развитие подразделения. Всем миром создаем новое-небывалое. Добровольческую бригаду ПВО. Учимся, осуществляем боевую апробацию и внедрение современных передовых технологий БПЛА, РЭБ, РЭР и т.д. Воюем и делаем все возможное, чтобы, с одной стороны, сберечь личный состав, с другой - выполнить все поставленные боевые задачи.
Читайте также:
Автор: Андрей Полынский