Начало и середина десятых годов для кого-то упорно ассоциируется с графичными стрелками и прайм-эрой социальных сетей. Однако для глубоко посвященного обывателя это время упорно ассоциируется с жанром подростковых антиутопий.
Практически у каждого десятилетия есть свой доминирующий жанр кино и литературы. И всего пару лет назад полки в книжных магазинах ломились от историй о молодых людях, решивших пойти против системы, а с постеров в кинотеатрах на нас смотрела хмурая Джениффер Лоуренс с луком в руках.
Первопричиной бума на этот жанр стал успех известного всем романа Сьюзен Коллинз «Голодные игры».
Книги выходили с 2008 по 2010 год, а первая экранизация увидела свет в 2012. Фильм собрал аж 625 миллионов долларов в прокате и, конечно же, после головокружительного успеха франшизы в работу сразу же пошла экранизация второй книги серии. Более того, все остальные киностудии тут же захотели себе свои «Голодные Игры». Уже спустя пару лет кинотеатры наводнили похожие фильмы, студии отчаянно скупали права на все, хотябы удаленно напоминающее историю Китнисс.
«Голодные Игры» стали не просто родоначальником этого жанра, они создали формулу успеха для фильмов этого жанра. Обязательными элементами подростковых аниутопий стали главные герои, зачастую подростки лет шестнадцати, избранные для борьбы со злыми капиталистами, акцент на любовных линиях, зачастую классические любовные треугольники и обязательно постапокалиптический мир будущего.
Из самых известных представителей жанра можно вспомнить серии «Бегущий в лабиринте» и «Дивергент».
Если первый стал крепкой кинофраншиизой, состоящей из трех фильмов достойного качества, то франшиза «Дивергент» к третьему фильму рухнула из-за спадающего бума на жанр.
Конечно, говоря о жанре, можно вспомнить и Филиппа Рива с его «Смертными машинами», и «Гостью» Стефани Майер, и «Пятую волну» Рика Ясни. В какой-то момент подростковых антиутопий стало настолько много, что зрители стали уставать от них, рынок перенасытился, а крах «Дивергента» лишь подтвердил эти доводы. Мода на борьбу с системой сменилась модой на новые книжные романы, которую задали книга и фильм «Виноваты Звезды».
Однако жанр подростковых антиутопий, не смотря на потерю популярности, навсегда изменил рынок. Во-первых, он доказал, что подростковая аудитория способна обеспечивать кассу на уровне взрослых блокбастеров и задал тренд на «сильных женских персонажей» в кино.
Сегодня, в середине 20ых, мы наблюдаем ностальгическую рефлексию по этому периоду. Выходят приквелы «Голодных Игр», а в сети выросшие поклонники подростковых антиутопий все чаще обсуждают социальную критику, актуальную для посткризисных 2010ых годов. Возможно, когда-нибудь этот жанр вернется к нам, как отражение нашего неспокойного времени. Однако, он точно не будет таким, как раньше.