Отрывок из работы Томас Р. Дай, Л. Хармон Зиглер «Демократия для элиты. Введение в американскую политику». М.: Юридическая литература, 1984.
Многие путешественники из аристократических стран Европы отмечали отсутствие знати в Америке и преобладание духа равенства. Безусловно, фермеры и жители пограничных территорий не столь явно отличались по социальному положению от вышестоящих групп населения, как крестьяне Европы. И все же в Америке существовали классовые различия. На вершине социальной структуры находилась узкая элитарная прослойка. Она состояла в основном из привилегированных лиц, хотя некоторые добились успеха лишь собственными силами. Эта элитарная группа определяла социальную, культурную, экономическую и политическую жизнь нового государства. Один из французских дипломатов писал в отчете за 1787 год, что хотя в Америке нет «знати», там есть «джентльмены». Они обладают большими «преимуществами» по праву богатства, образования, происхождения и занимаемой должности. Некоторые из этих видных джентльменов принадлежали к лагерю тори и были вынуждены покинуть Америку после революции. Но еще оставались Пинкни и Ратледжи в Чарльстоне, Адамсы, Лоуэллы и Джерри в Бостоне, Шуллеры, Клинтоны и Джей в Нью-Йорке, Моррисы, Миффлины и Ингерсоллы в Филадельфии, Дженниферы и Кэрролы в Мэриленде, Блэры и Рэндольфы в Виргинии.
Ниже этой тонкой прослойки торговцев, плантаторов, юристов и банкиров располагался значительный слой удачливых фермеров, владельцев мастерских и независимых ремесленников «среднего» сорта, как их называли в революционной Америке. Этот первоначальный средний класс не составлял большинства населения в новом государстве и заметно отличался по своему положению от массы фермеров-должников и жителей пограничных территорий, которые и были самой многочисленной группой населения. Он обладал определенной политической властью даже во времена Конституционного конвента. Он пользовался правом голоса, и его взгляды находили отражение в действиях правящих кругов, хотя и не доминировали в конвенте. Особенно прочными позиции среднего класса были в легислатурах штатов [Законодательные собрания отдельных штатов. (Прим. отв. ред.)]. Его интересы отстаивали такие видные деятели революционного периода, как Патрик Генри, Лютер Мартин и Томас Джефферсон.
Большая масса белых американцев в революционный период состояла из «фригольдеров»—мелких фермеров, обрабатывавших собственный участок земли и тем обеспечивавших скудное существование себе и своим семьям. Они почти не интересовались государственными делами и мало что понимали в них. Обычно мелкие фермеры, которые в соответствии с имущественным и налоговым цензом обладали правом голоса, были прежде всего обременены долгами и насущными делами или жили в слишком глухих местах, чтобы воспользоваться избирательным правом. Почти восемь из каждых десяти американцев еле-еле сводили концы с концами, занимаясь земледелием, один из десяти занимался рыбной ловлей или лесным промыслом, и один из десяти (от грузчика и моряка до юриста и купца) каким-либо образом был связан с торговлей.
У подножья социальной пирамиды белого населения в новой республике находились законтрактованные слуги и арендаторы. Этот класс составлял в то время примерно 20% населения. Нет свидетельств того, что данная социальная группа имела хоть какой-либо доступ к политической власти. Наконец, еще ниже располагались негры-рабы. Хотя они также составляли почти 20% населения и вносили важный вклад в деятельность американской экономической системы, они считались собственностью — в стране, провозгласившей естественные права и равенство «всех людей».