Оба лоис вернулись в комнату компьютерщиков-наблюдателей и удивленно задрали брови, от того, как на них смотрели пацаны.
Паренёк с россыпью веснушек на лице угрюмо спросил:
– Вы вообще представляете, с какой подлюкой связываетесь?
– Как вы её! – хмыкнул Ксен.
– Неужели здесь сидят все пострадавшие от Нины Павловны? – усмехнулся Глеб и вздрогнул чистой эмоции ненависти, полыхнувшей от четверых юношей.
Став серьёзным, он смахнул со стула какие-то папки, кивнул Ксену, тот сел на соседний стул.
– Рассказывайте, нам это важно! – Ксен смотрел открыто и внимательно.
Через несколько минут они узнали историю, как попали в Центр эти парнишки. У всех этих ребят родители погибли в НИИ, в котором вырвались на свободу гачи. Они тогда не знали: ни тем, чем занимались родители, ни места, где те работали. Именно рекомендация Нины привела к тому, что они оказались на Службе.
Парни сначала говорили, перебивая друг друга, видимо, слишком долго это копилось у них, но, осознав, что Глеб и Ксен не собираются уходить, заговорили по очереди.
– Она была среди комиссии, когда с нами, так сказать, беседовали после реабилитации, когда мы узнали о пожаре в НИИ. Она с нами разговаривала индивидуально, так сказать, и каждому намекнула, что нам нужна женская забота, так сказать, ласка и уют, – говорил черноволосый парень, с татуировкой на щеке, изображавшей какой-то иероглиф. – А мы взяли и не заметили, так сказать, её предложения.
– Нина всем насвистела, что мы талантливы, но не выдержим давления на нас. И нас сюда, сообразно интересам. Пaдлa! – веснушчатый сивый паренёк зло оскалился. – А Центр это – комфортабельная тюрьма! Представляете, нас даже в другой регион увезли! Нет, мы нашим помогаем изо всех сил. На вашего шерифа было страшно смотреть, когда из тридцати его ребят, вернулось двое. Их же после ЧП в Самару привезли, так как здесь всё наиболее скрыто от обывателей. Когда мы узнали, как в этот раз среди бела дня ребят майора зомби порвал, то вообще башку сломали, как улучшить контакт между бойцами.
– Спокойнее! – проворчал Глеб.
– Спокойнее? – юноша почти выкрикнул. – Мы давно успокоились и сами… Понимаешь? Сами решили. Нас не заставили, а мы сами!
– Фи! Надо скрывать свои эмоции, – нахмурился Ксен, переглянулся с лоис и перешел на мысленную речь. – Слушай, надо быть осторожными, пацанам даже двадцати нет!
– Ксен, есть возможность сплести сеть для лова информации о нашем психологе. Думаю, что ребята готовы помочь.
– Парни, а чем она вам не понравилась? – прямо спросил Ксенофонт. – Внешне она очень и очень.
– А она, когда мы с девицами из заграждения пepeпuхнyлuсь, на нас донос настрочила, а сама с майором! – взвизгнул черноволосый.
– Нет, почему вы её не oприxoдoвaли, если она намекала? – прямо спросил Ксен.
– Да не в кайф! – проворчал паренёк, похожий на молодого медведя. – И противно почему-то, ну мне во всяком случае.
– Парни, я полагаю, здесь не прослушивается комната? – отстранённо поинтересовался Глеб, теперь от ответа ребят зависело многое.
– Почему же? Прослушивается, более того мы знаем, что есть камера, в которую сейчас подглядывает наша психологиня, – фыркнул паренёк с кудряшками, похожими на пух одуванчика.
– И что она слышит? – сощурился Глеб.
– Как мы обсуждаем параметры новых чипов для собак. – Парень подмигнул ему. – У нас на такой случай программка давно написана. Я уверен, что от нас, она немедленно поскакала... Шпионить.
– Хотите на свободу? В смысле выйти отсюда, – усмехнулся Глеб. – Однако учтите, дороги назад не будет.
– На свободу?! Что надо делать? – подскочил парень с татуировкой на щеке, а у остальных загорелись глаза. – Мы, так сказать, на многое готовы, и нам эта тюрьма уже обрыдла.
Ребята взволнованно пододвинулись к неожиданным гостям, они почувствовали веяние ветра перемен.
– Нас кое-что настораживает в этой психологине, – честно признался Глеб. – Однако мы никак не разберёмся, что ей действительно надо.
– Кое-что мы сразу можем сообщить. Она раньше наблюдала за всеми боевыми группами, а теперь только за вами следит, – сообщил парень, похожий на медведя.
– Даже так?! Вот негодяйка! Надо её вывести на чистую воду. Поможете её разыграть? – Глеб подмигнул им.
– А как? – парни это не сказали, а выдохнули хором.
Лоис переглянулись, ребята имели чистые мысли и несли гены доргов. Глеб, понизив голос, проговорил:
– Вы сильно изменитесь и, возможно, навсегда покинете этот мир.
– Как изменимся? – опять спросил парень с татуировкой.
– Будете такими как мы, – улыбнулся Глеб.
Парни разволновались так, что у них пот выступил на носу. «Медведь» что-то настучал на клавиатуре компа и потребовал:
– Слушайте о вас тут все так или иначе говорят. К слову, только хорошее! Девчонки мечтают пoтpaxaться, охранники считают, что вы классные. Конечно, внешне вы классные, но ведь не внешность главное! Думаем, судя по тому, как бесится психологиня, она в вас чует что-то необычное. Объяснитесь, какие вы!
– А вы сможете не испугаться и не закричать? – Ксен внимательно рассматривал их.
– Ты нас не пугай, мы уже пуганные! – отмахнулся «медведь». – Мы здесь всего нагляделись! Не волнуйтесь, я такую защиту поставил, тараном не прошибёшь! Фимка, закрой дверь, на щеколду!
– Хорошо! – улыбнулся Ксен.
Мгновение и на молодых компьютерщиков смотрели два дорга в боевой трансформации. Секунда, и два акера, с трудом поместившиеся в комнате, заставленной коробками из-под компьютеров, распотрошёнными компами и стульями, снесли со стульев наваленные на них диски, бутерброды и банки с соком и кока-колой.
– Я знал… – просипел дрожащим от волнения голосом веснушчатый. – Мне бабка в детстве сказки рассказывала, а я не верил. Я знаю, кто вы. Давай, дорг, я готов! У нас в роду были дорги.
– Мы все готовы, так сказать! – рассердился черноволосый с татуировкой. – Не только ты, Севка.
Мальчишки, вскочив, переглядывались, дрожа от внутреннего озноба. Они много знали о мире то, что не знали обычные люди, более того начитавшись фантастики и фэнтези давно были готовы к приятию неведомого.
Гибель бойцов в схватках с неведомым навсегда их отвратила от зависания в игрушках – в жизни было много страшнее и интереснее, чем в виртуальных мирах. Теперь у них появилась крохотная надежда полноценно жить в этом реальном и опасном мире.
– Ксен, ты не боишься мальчишек привлекать?
– Не боюсь, более того, у них мы последняя надежда на свободу. Поверь, эта тюрьма для них пожизненная, – Ксен тряхнул кудрями. – Глеб, то, что ты придумал – великолепно, и сеть будет мелкоячеистой.
Ребята, волнуясь, смотрели на лоис. Конопатый прошептал:
– Мы не подведём. Вы нам можете верить так же, как мы поверили вам!
– Знаем, – кивнул Глеб.
– Парни, для начала Вы станете участниками безобразной, можно сказать, извращенской сцены, – Ксенофонт лукаво улыбнулся. – Надо нам этой даме мозги заморочить, пусть попереживает.
Пацаны захохотали, а похожий на одуванчик, что-то включил на компе.
– Вы что сделали? – спросил Глеб
– Помехи. Видишь, как она бесится, – паренёк показал на экран, на котором было видно, как Нина, ругаясь, рассматривала настройки, пытаясь устранить помехи. – За всеми следит, подлюка, по собственной инициативе! Прикиньте, ведь её никто это не заставляет делать. Есть же службы слежения, мы про них знаем, знаем и почему такое происходит. Трагедия в том НИИ всех научила осторожности, так эта, подлюка, просто на всех стучит начальству. Причём так изыскано, что не придерёшься. Изобретательная дама. Ничего пусть попрыгает! Рассказывайте, что придумали!
Глеб зло улыбнулся.
– Отключай помехи и звук, а изображение оставь. Она должна видеть согласно своей натуре. А вы станете нашими лоис.
– Лоис? – заволновался, парень-одуванчик с белыми кудрями. – Как это лоис?
– Лоис – это кровные браться. Ну что же, намекнем психологине на голубизну во всей красе? Не боитесь? – подмигнул им Ксен.
– Мы готовы! – одновременно сказали компьютерщики.
– Тогда мы начнём с тебя, – сообщил парню с татуировкой Глеб. – Но придётся потерпеть.
– Давайте! Я не боюсь!– просипел тот.
Ксенофонт впился поцелуем в губы парня, а Глеб – зубами в его шею. Его друзья, затаив дыхание, наблюдали. Нина с потрясением смотрела, как черноволосый парень дрожал в руках Глеба и Ксенофонта.
– Опять вдвоём?! Невероятно, с этими зaсpaнцaми! – психолога затрясло от возбуждения. – Это что же такое? Невероятно, этот сопляк тащится от них! Не понятно, как они его уговорили? Нет, они не голубые, они… Даже не знаю кто они. У этого засранца от поцелуя… О!!!
Черноволосый парень плюхнулся на стул, а оба мачо подтянули второго к себе, сивого, теперь Глеб целовал задыхающегося паренька, а Ксен кусал его. Психолог, как и молодые компьютерщики, обмерла.
– Какие ненасытные! О-о! – она закрыла глаза, представляя себя на месте этого паренька, потом очнулась. Вспомнила разговоры и мечты девиц из заградотряда и обозлилась. – Почему этим типам никто не отказывает? Даже эти мальчишки, а ведь эти сопляки отказали мне. Мне!! Мерзавцы! Ведь они потом встречались с девицами из заградотряда, а теперь эти бугаи буквально их ломают. Боже! Невероятно, ведь эти сопляки на всё готовы!
Звука не было, но Нина боялась оторваться от экрана и позвонить. Она даже не представляла, что такое может так заводить. Наконец, включился звук, и она услышала жёсткий голос Глеба.
– Они лучше, чем Фил, и их выбрал я.
– Меня! – просипел черноволосый. – Ты выбрал меня.
– Закройте дверь, да не щеколду, а на ключ, и раздевайтесь. А ты иди сюда. Быстро! – приказал Глеб.
– И я? Я тоже?! – задохнулся парень, похожий на медведя-подростка. – Меня зовут Сашка.
– Конечно. Иди сюда, малыш! – проворковал Ксенофонт.
– Можно я потрогают твою руку? Не обидишься? – севшим голосом просипел Сашка. – Я просто представить себе не могу, таких мышц. Смотрел в фильмах, но не в живую. Я даже не знал, что так можно накачаться!
– Нет, он будет трогать тебя, а ты смотреть, – жёстко проговорил Глеб и вцепился зубами в его шею.
Ксен ахнул, когда паренёк с белыми кудрями, хитро улыбнувшись, обнял его сзади и стал покрывать поцелуями его спину, а потом нырнул в его объятья и стал целовать его грудь. Один из парней сорвал майку и отбросил её. Изображение исчезло.
Приступ похоти скрутил психолога так, что ей на всё стало наплевать.
– Ай!!! – завизжала Нина. В голове шумело, судорога opгaзма сотрясала тело. Она с трудом пришла в себя от пережитого и стала ругаться. – Трусиха глупая!! Они бы уже тогда меня… Ненавижу этих сопляков, эти компы, эти помехи!
Теперь, когда ничего не было видно, но почему-то слышно, звук тяжелого дыхания и стоны сводили с ума, а воображение рисовало невероятные картины. Она трясущимися руками набрала номер, позвонила в охрану:
– Я должна уйти по делам.
– Нина Павловна, Вам нужно сопровождение?
– Нет! Я должна кое-что сделать дома. У меня там остались записи. Не волнуйтесь, завтра я приду вовремя, – Нина знала, когда ЧП из Центра без предупреждения не выйти, она быстро собралась, и вспомнила о просьбе Майора. – Чуть не забыла! Надо бы заглянуть к шофёру полковника.
Заглянув в столовую, Нина обнаружила завтракающего шофёра и подсела к нему.
– Привет, Петрович! Ждёшь шерифа?
– Просто завтракаю. Присаживайтесь. Сегодня пончики объеденье!
Психолог широко улыбнулась.
– О! То-то я видела парней Полковника, тащивших целый пакет пончиков.
– Это кого же они кормить собрались? Наверное, девчонок угостят, – шофёр тоже не любил Нину – она донесла на него, когда он отвозил на служебной машине тещу в больницу. Правда она не знала, что он получил разрешения от их шерифа, но с тех пор он решил, что как-нибудь, но отплатит ей. Теперь случай представился, причем ничего не надо было выдумывать, а просто сказать правду.
Нина улыбнулась ему.
– Компьютерщиков решили подкормить. Видимо, им какие-то программы нужны.
– Это точно! – Петрович хохотнул. – Девки и так для них всё сделают. Эх, Нина Павловна, знали бы Вы какие это кoбeлu! Просто атас!
– Да ладно тебе, Петрович, парни, как парни.
– Не скажите! – шофер понизил голос. – Сам видел, они в дороге четверых того. Молоденьких и ядрёных. Уж так те были довольны!
– Невероятно! Это как же они согласились?
– Да кто вас баб знает?! Парни им поулыбались в окно и всё. Готово!
– Ой, ты меня засмущал, – Нина допила чай и, помахав рукой, отправилась в свой кабинет, сопоставляя факты. Осознав, что Петрович возил их мачо в Сызрань, она опять выругала себя за трусость, так как парни, не получив желаемого с ней, удовлетворили себя дорожными знакомствами. Она лихорадочно облизывала губы и шептала. – Всё! Теперь они мои. Мои, хотя и вдвоём. Надо им это позволить, а потом я, что захочу, то и буду с ними делать. Они у меня на коротком поводке ходить будут.
Даже от этих мыслей, она почувствовала возбуждение. Включила запись, но взбесилась, обнаружив, что она с помехами и ничего не разобрать, но даже слова «Вот так. Хорошо» довели её до точки. Она расслабленно лежала в кресле, пережив ещё раз странное удовлетворение.
Нина опять включила камеры наблюдения, помехи так и не исчезли, но она обмерла, услышав густые голоса, обоих мачо, которые обсуждали, смогут ли они завтра заглянуть к ребятам.
– Надо же, какие они! – прошептала Нина, потом вспомнила, что надо всё подготовить дома, вскочила и помчалась привести себя в порядок.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: