(Небольшое исследование парных отношений как социального мифа)
«Строго на север, порядка пятидесяти метров,
расположен туалэт типа «сортир»,
отмеченный на схеме буквами «Мэ» и «Жо»»
«В нашем деле главное этот, как его - реализьм!»
(Лелик, «Бриллиантовая рука»)
Итак, к чему бы это мы вспомнили бессмертную фразу Лелика из не менее бессмертной «Бриллиантовой руки»?! И при чем тут игра в четыре руки и сортир?
А вот к чему…
…
В центре Москвы, в районе Китай-города и Чистых прудов есть одно уникальное место, а точнее, уникальнейший Собор. Этот Собор принадлежит московскому приходу Евангелически-лютеранской церкви и носит название Кафедрального собора святых Петра и Павла. Построен он в великолепном неоготическом стиле в Немецкой слободе в самом конце 19 века на месте не раз, начиная с 17 века, горевших церквей, в строительстве которых в разные времена принимали участие императоры Петр I и Александр I и даже король Пруссии Фридрих Вильгельм III.
Собор знаменит на всю страну не только своей историей и уникальной архитектурой, но и редчайшим органом романтического звучания немецкой фирмы «Вильгельм Зауэр», переданным Лютеранской церкви взамен другого органа, уничтоженного в годы Великой отечественной войны.
История органа от «Вильгельма Зауэра» начиналась в церкви святого Михаила в Немецкой слободе, в которой в 1898 году он и был изначально установлен. В начале 21 века орган, изрядно обветшавший, отреставрировали и вновь он зазвучал уже в Кафедральном соборе Петра и Павла. На сегодняшний день орган является одним из старейших органов в России. Он сопровождает церковные богослужения, а также многочисленные концерты органной и иной музыки, что проводят в Соборе. Послушать его мощнейший и чистейший звук приходят тысячи людей…
…Но давайте на этом месте остановим поток лирики. Думаем, что вы уже догадались, что наш Дневник не будет посвящен славословиям в честь Собора и его органа: мы же пессимистический оптимист и нас интересует нечто иное. Так что же? И где та самая ложка дегтя, которую мы непременно должны обнаружить в бочке сладчайшего меда?
Вот она…
Приходя в Собор на мессу или же просто на концерт, как, например, мы, люди в подавляющем большинстве своем не знают, что начиная с 1928 года, после закрытия лютеранской церкви святого Михаила и аж по 2005 год орган звучал… в главном Московском крематории…
Символично, не правда ли? Так по чему же и по кому же он звучал и звучит? Что оплакивает и о чем одновременно предупреждает?
Впервые мы услышали звук этого исторического органа не так давно, когда пришли в собор на концерт органной музыки, сопровождающийся сопрано. Вокальное выступление происходило под музыку И.С. Баха, играли самые известные его произведения и играли фантастически – в четыре руки, что было просто подарком для слушателей.
Тогда нам повезло – органистов было двое, мужчина и женщина, оба заслуженные органисты России и Европы. Такая игра – большая редкость, ибо требует особого профессионализма от исполнителей, но именно для такой парной игры и предназначены все самые большие органы в мире. И это понятно: звучание, созданное двумя руками, сильно отличается от звучания в четыре руки: звуковая палитра и шире, и глубже одновременно, а возможности инструмента используются более полно.
Что же вообще до Баха-отца, то подавляющее большинство его произведений нужно исполнять только так: в четыре руки. А еще игру органиста нужно видеть, и это выступление было организовано таким образом, что на экране-стене перед нами воспроизводилось исполнение, происходящее высоко под куполом у нас за спиною!
Безусловно, нам повезло. Мы наслаждались величественными звуками нашей любимой токкаты и фуги ре минор. Зрелище было непередаваемым, чарующим и завораживающим… и одновременно что-то такое напоминающим… Да настолько напоминающим, что засосало под ложечкой, а на глазах сами собой выступили предательские слезы, хотя пупсик мы отнюдь не сентиментальный.
Две пары рук, одни – поизящнее и помельче, другие – погрубее и покрупнее, бегали по многоуровневой черно-белой клавиатуре органа. Видео на стене воспроизводило все, от морщинок на руках до выбоин на клавишах. Руки разбегались в разные стороны, сталкивались, пересекались и переплетались, порождая уникальнейшую палитру звуков, которую невозможно воспроизвести одному органисту, если только он не индуистское многорукое божество!
Узор взаимодействия был не менее великолепен, чем само звучание великого Баха. То было красивейшее парное взаимодействие, рождающее самые красивые звуки, которые мы когда-либо слышали! Пожалуй, лучшего, чем это парное, исполнения мы не посещали. Хотелось, чтобы сие волшебное действие не заканчивалось никогда-никогда, все продолжаясь и продолжаясь...
Завороженные зрелищем, мы только к окончанию фуги поняли, что же это фантастическое мелькание четырех рук на экране нам напоминает… А напоминало оно нечто совсем не фантастическое, а очень даже обыденное, с чем человек не один раз сталкивается в своей жизни. Вспомнили, ахнули, всплакнули, утерли слезы собственным шарфом, дали сами себе по шее, а по приходе домой задумали написать вот этот Дневник.
И вот он перед вами и вынесен на ваш суд.
…
Думаем, вы и сами все поняли: четыре руки разбегались, сталкивались, пересекались и переплетались – чуете, куда ветер подул?! Правильно, подул он в сторону «Мэ» и «Жо», как выразился великий Лелик из «Бриллиантовой руки».
Речь идет и пойдет дальше о ПАРНЫХ ОТНОШЕНИЯХ – об игре по жизни в четыре руки, о которой все грезят и которую ищут; по которой страдают и которую строят; которую пытаются усовершенствовать и от которой плачут; которую бросают и потом снова ищут; о которой поют и пишут, снимают фильмы и ролики; которой отдают все свои жизненные и ментально-эмоциональные силы – короче, об отношениях двоих, так удачно названных В. Полуниным «Асисяй, любофф».
Вот тут вы имеете полное право спросить нас, что мы лично имеем против парных отношений – ведь очевидно, что не восхвалять их очередной одой собрался наш Пессимистический Оптимист, а скорее наоборот. И вы можете даже предположить наличие у нас печального опыта, а наиболее «начитавшиеся» из вас могут даже поговорить за нашей спиной о «травме».
Поверьте, мы ничего против парных отношений не имеем – мы против только мифа о них. А еще точнее, мы против их абсолютизации – и против категорически. Мы даже готовы подтвердить вашу догадку о наличии у нас печального опыта игры по жизни в четыре руки, но только не допустить вывод о том, что мы, якобы, против парности. Возможно, именно в силу печальности нашего опыта мы и смогли выйти из-под всепроникающего обаяния божества по имени «Асисяй, любофф», и если бы не набитые шишки, мы бы до сих пор были верными его последователями и носились бы с подношениями, как, предположительно, все еще носится большинство наших читателей.
Да, вы совершенно правы, и много лет своей жизни, а фактически большую ее часть, мы искали свою «вторую половинку», «близнецовое пламя», «идеального партнера» – назовите все это как хотите – в виде ли друга, супруга, возлюбленного или же просто партнера. Ох, как долго, и ах, как много, так что знаем, о чем говорим. Популярные идеи о «единстве душ» нас вдохновляли, и при каждой новой неудаче заставляли вновь и вновь подниматься с колен и поднимать изрядно потрепанное «знамя» партнерских отношений – скорее всего, как и вас. Много лет это порядком выцветшее и дырявое полотнище все еще высоко держали наши руки – возможно, как и ваши сейчас.
Как и многие другие, мы наивно полагали, что игра в четыре руки заставит нашу жизнь звучать сильнее, ярче, величественнее, чем только две наши собственные. Следуя за буквой и словом мифа о «Мэ» и «Жо» – назовем его так, с легкой руки Лелика, – мы, как и вы, полагали, что звучание органа нашей жизни будет от этого особым: мол, две дополнительные руки способны заставить ее раскрыться так, как четыре руки заставляют раскрыться орган. И что только это и является содержанием нашей человеческой жизни, а если попытки окончатся удачей – то и целью... И только со временем и только благодаря обломам выяснилась одна небольшая, но существенная деталь: жизнь, она, видите ли, не музыкальный инструмент, и у нее есть свои собственные содержание и цель!
Так что отвечая на заданный вопрос, чем же нам не угодила игра по жизни в четыре руки, отвечаем: мы ничего не имеем против и даже «за»! Но маленькая просьба – обойтись без абсолютизации! Игра в четыре руки великолепна… но только в концертном зале, например, на органной клавиатуре, но никак не на клавиатуре жизни! Вот там играйте себе пожалуйста, хоть в четыре, хоть в шесть рук, хоть в восемь, если сможете, конечно.
Но жизнь имеет свое собственное содержание и свою собственную цель, которые не совпадают с целью исполнения на музыкальном инструменте. И эта цель и это содержание не предполагают второго и второй пары рук!
Только для помощи, но никак не для подмены!
Только по форме, но никак не по сути!
Жизнь она вообще не может быть ограничена рамками «Мэ» и «Жо» – ни по срокам самой жизни, ни по ее содержанию, ни по цели! И парные отношения – только форма жизни, и то одна из, но никак не содержание, а уж тем более не цель! Так что будьте любезны исполнить партитуру своей жизни сами!
Так как такое могло произойти, что форма стала содержанием?
Почему форму возвели в цель?
Каким образом в голове у человека что-то заклинило, и обычная форма его жизни вдруг стала ее целью и содержанием?
…Но тут мы немного забегаем вперед и сразу же переходим к выводам. Давайте разбираться с этой абсолютизацией по порядку: крокодила за раз не проглотишь, лучше всего частями.
Вначале мы попросим у вас прощения за то, что, возможно, заденем ваши чувства и, скорее всего, не совпадем с вами в своих выводах. Уж больно щекотлива тема парных отношений. И уж больно сложно писать о «Асисяй, любофф» – слишком большой пласт, слишком масштабен миф – это вам не миф о затонувшей Атлантиде. Здесь сложно сохранить объективность – и любые попытки объективности будут обвинены в субъективности.
А коль так, то мы решили сделать хитрый ход, который позволит нам сочетать и объективность, и субъективность одновременно: со страниц субъективных дневниковых заметок мы попробуем поговорить с вами о парных отношениях языком объективной социальной науки. Вот такой «финт ушами»: личный дневник по форме и социальная аналитика по содержанию.
И, если в этом мы с вами договорились, то сегодня парные отношения будут нас интересовать только как один из видов социального взаимодействия и мы рассмотрим их как социальный, мировоззренческий и психологический феномен, а не как «Асисяй, любофф», опуская все «охи», «ахи» и прочую лирику.
Итак…
…
Оговоримся сразу же, что мы ведем речь конкретно о «Мэ» и «Жо», или же о любовных отношениях, не затрагивая при этом гендерный аспект. Не будут нас интересовать и дружеские отношения. Нам и отношений по типу «Асисяй, любофф» вполне хватит и не на одну статью – парных любовных отношений, перипетии которых сегодня считаются чуть ли не «альфой и омегой» человеческого существования.
Именно «альфой и омегой»:
- Ну а как же иначе, если в наше время не один спектакль, фильм или же роман не обходятся без соответствующего любовного сюжета, а масс-медиа рисует человеческую жизнь исключительно как поиск «своего» партнера, по сценарию: немного героизма и карьеры, еще меньше служения и совсем мало Бога в фильме, книге, пьесе, песне или же в самой жизни – и много-много «Асисяй, любофф».
- Как же иначе, если вокруг только и разговоры, как об этом – дома, в офисе и даже на улице. А маленькой девочке или же маленькому мальчику с детства рассказывают сказки о прекрасном принце/прекрасной принцессе, поиски которых подаются как содержание их жизней, а удачное нахождение – как цель. Вырастая, они продолжают слушать все те же увещевания друзей или же разговоры коллег про сражения за этих самых принцев и принцесс, и сами очертя голову бросаются в бой с драконом-судьбою за свою прекрасную «половинку». Ну а если найденная «половинка» оказывается прекрасной только снаружи, бросаются искать другую – и так до тех пор, пока к старости не сделают вывод, что это драконы, мол, виноваты в том, что пожрали всех прекрасных, оставив несъедобных, а не сама сказка, которой они так слепо следовали.
- Как же иначе, если общественное мнение, не теряя времени даром, начиная с самого раннего детства, формирует у человека представление об одиночке как о чем-то ограниченном или же даже постыдном. Одинок – ну значит ты публично обкакался, не одинок – значит ты состоялся как человек. Причем монахи, отшельники и прочие чудики не в счет: что с них взять, если они - общественное отклонение. Эффект общественного мнения здесь ничем не отличается от эффекта «белой обезьяны» – когда все говорят о ней, она начнет повсюду мерещиться, и ты тоже волей-неволей будешь ее искать, даже если этой самой белой обезьяны в природе просто-напросто не существует, да и нафиг она тебе не сдалась.
- Как же иначе, если выработанное социумом понятие здоровой социальной жизни предполагает только двоих, а одиночное существование оценивается как прямая социальная неадекватность, и прощается ну разве что служителям церкви и монахам, да и то со спрятанной ухмылкой в рукаве. Обществу выгодно, человеку спокойно – будет, мол, кому в старости стакан воды подать. Страх одиночества и беспомощности – сильное оружие, особенно если оно в руках социума и его институтов: оно способно пронзить не одно человеческое сердце. Обзаведясь масс-медиа, и научившись влиять на общественное сознание, социум испугал до полусмерти не одну душу, обрисовав перспективы добровольного одиночества: темнота, грязная одежда, всклокоченные волосы и обязательно почему-то тараканы!
- Как же иначе, если вся структура социального взаимодействия и функционирования в обществе, особенно сегодня, построена на шаблоне «один плюс один», где тур – на двоих, социальные пособия – на двоих, льготный кредит – тоже только на двоих, и даже приглашение на концерт – на двоих! Интересно, а на аудиенцию у Бога, на которую мы все вроде как записаны после смерти – приходить тоже нужно только вдвоем? А грехи – они тоже будут считаться на двоих или?..
- Как же иначе, если удачное партнерство выделено массовым сознанием как критерий психологического здоровья и даже зрелости человека, а частенько вообще выдается за содержание и цель человеческой жизни. Святые, похоже, сегодня в гробах и мощевиках переворачиваются, слыша, что они упустили в своих земных жизнях: ведь, как оказывается, не их святость, а только состоявшиеся отношения являются мерилом духовной зрелости. Так что, рыдайте, святые отцы, рыдайте!
Коль вы не столкнулись со всем этим, значит вы – замаскированный зеленый человечек, инопланетянин с миндалевидными глазами и большой головой, свалившийся на Землю с другой какой-то планеты с невиданным менталитетом, в приоритетных ценностях которого находится нечто иное, а не «Асисяй, любофф». Тест на инопланетность очень прост: веришь и следуешь без разговоров за божеством «Асисяй, любофф» - значит вы свой, землянин, нет – ну точно зеленый человечек!
Ведь в менталитете планеты по имени «Земля» «Асисяй, любофф» или же «Мэ» и «Жо» – это что-то вроде устойчивого, тысячелетнего священного культа, выработавшего за века своего существования свой ритуал поклонения и свое мировоззрение: у обитателей Земли жизнь становится жизнью с «большой буквы», только если она посвящена поиску своей «половинки», а человек считается состоявшимся, коль обретает «близнецовое пламя», ну в крайнем случае «родственную душу»!
Над созданием этого культа и его обряда с собственным мировоззрением веками, рука об руку, трудились социум и государство со своими институтами, в том числе и официальная церковь, привлекая к работе то богословие, то философию, а сегодня еще и психологию.
За весь период своего существования культ парных отношений не раз менял свои социальные формы, от простого обмена взглядами до института брака. Если раньше все решалось очень просто – дубинкой по голове и в пещеру плодиться, потом разрешалось держаться за ручку – но затем сразу же тащили под венец или же в ЗАГС, то сегодня можно обойтись и без первого и без второго, а уж без третьего тем более. Но все это было одним и тем же культом с одним и тем же божеством на алтаре.
На алтарь этого божества ежедневно, начиная с раннего возраста и до поздней старости, а иногда даже до самой смерти, люди вне зависимости от цвета кожи и убеждений каждый божий день приносят свои пожертвования в виде внешности, денег, собственности, профессии, карьеры, своих чувств, мыслей и даже жизни. Культу «Мэ» и «Жо» жертвуется все, что только под руку попадется: материя, тело, жизнь, психика – и даже своя собственная бессмертная душа. А тем временем священный культ оправдывает даже человеческие жертвоприношения в виде мужей, родителей, друзей и детей «презумпцией невиновности» – поиском «своей половинки»!
Под культ парных отношений подстроена и вся общественная структура со всевозможными «рекламными» социальными, экономическими и политическими ходами по продвижению «Асисяй, любофф» как желаемой формы социального бытия. «Священная триада» социума – это секс, власть и деньги, причем предпочтение очевидно отдается первому, оформленному для пущей привлекательности и меньшей очевидности в культ «Асисяй, любофф», от алтаря которого ниточки тянутся и ко всем остальным составным частям триады.
Тысячелетия на этой планете социумом и государством ведется рекламная акция по продвижению партнерских отношений как приоритетных для общества под разными лозунгами: «божественной воли», «здоровья нации», «государственного и национального единства», «семьи и брака», «исправления демографической ситуации», «психологического здоровья человека». Да в таком масштабе, что за века весь земной шар оказался натыкан плакатиками с большими буквами «Мэ» и «Жо».
Акция обещает всем неземное счастье, социальный успех и материальное благосостояние, но только если вы поймаете за хвост невиданного зверя под названием «моя половинка». И хотя этого зверя, очевидно, видать не видели, а если и видели, то только в рекламных зоологических музеях, в которых чучело сего чуда природы показывают с целью привлечения новых последователей для культа – люди ведутся, да еще как! И вот они уже готовы отдавать всю свою витальность, все свои чувства и мысли… нет, что вы, не Богу, а новому социальному божеству со звучным именем «Асисяй, любофф».
Этот же культ активно продвигается и официальной церковью, за тысячелетия забывшей первоначальное религиозное учение о непривязанности к мирскому и о поиске Бога, а не своего «близнецового пламени» как цели человеческого существования. Культ столь масштабен, рекламная акция по его продвижению столь выгодна, что церковь как социальный институт долгое время боролась с государством за право «освящать» культ. Государство в этой борьбе за людские души победило, но это не мешает церкви и сегодня отыгрывать свое, продвигая якобы традиционное, а на самом деле грубое домостроевское представление о партнерских отношениях, абсолютизирующее их до предела!
Да и сами жрецы культа «Асисяй, любофф» – а сегодня это ведущие многочисленных современных семинаров, вебинаров, публичных лекций и блогов про «это» – во всю стараются, причисляя все новые и новые души к числу последователей культа. Их призыв к современному человеку звучит приблизительно так: «Веруешь ли ты, дитя, в «Мэ» и «Жо»? И когда ты в последний раз исповедовался в уклонении от своего божественного долга – от «Любофф»? Ах не получается? – Так мы тебя за пять сеансов по умеренной цене обучим, слушай внимательно…»
Ну просто языческий культ какой-то, как будто бы современное человечество вернулось не только в дохристианские времена, а и еще дальше - к неандертальцам, которые еще не знали религии и не имеют религиозных взглядов. Вот такие нео-неандертальцы, у которых появились ныне особые шаманы по парным отношениям, которые на месте прежних капищ, развалин церквей и монастырей, выстроили палатки «женских клубов», «лекториев про то, как жить в семье», «марафонов как найти пару», «вебинаров про это». Сии шаманы популярно объяснили своей пастве в звериных шкурах, что прежние боги им только голову морочили про «поиск бога», «духовную зрелость», «служение». Конечно, дубинкой по голове и в пещеру плодиться – это тоже неправильно, ибо неэстетично. А надо вот так: «Асисяй, любофф!» - и обязательно с придыханием и полной самоотдачей. Так что несите, дорогие нео-неандертальцы, что имеете в качестве платы за обучение!
В результате – жизнь современного человека на 99 процентов образована либо поиском, либо пребыванием в парных отношениях, либо же борьбой с теми отношениями, что кажутся неудачными. И только если на самом деле вы – зеленый человечек и лишь прикидываетесь землянином, вас это может удивить.
А это должно удивить, ибо человек, как предположительно и наш зеленый человечек тоже, рождается один и один умирает; в одиночку предстает перед Богом и один дает ответы за свои поступки; один внутренне зреет и один деградирует – так откуда же такой акцент на парности существования? В жизни человека «Асисяй, любофф» – это промежуток не более 40 лет, при средней продолжительности в 80 – так чему же будет посвящена оставшаяся половина жизни? А что делать зеленому человечку, если он, допустим, живет дольше 80 лет – что, кстати, очень скоро станет доступным и для земного человека?! Недаром же наиболее находчивые менеджеры уже давно запустили рекламу ««Мэ» и «Жо» в 90 лет!»
Конечно, мы шутим про зеленого человека, но в нашей шутке слишком много правды. А еще мы предполагаем, что нашего выдуманного зеленого человечка удивит не столько сам масштаб культа парных отношений и его обрядовая сторона, и даже не столько факт подстройки всей социальной структуры человеческого общества под этот культ, столько его мифологизация или же абсолютизация.
И вот об этой абсолютизации мы сегодня и поговорим.
Так что, просим познакомиться: «Асисяй, любофф» как социальный миф. А тут шутки в сторону и переходим на «серьез».
…
Итак, как мы уже выяснили, в менталитете современного человечества «Асисяй, любофф» – это что-то вроде масштабного «священного» культа. Психологи и культурологи назовут «Мэ и Жо» базовым архетипом, социальные философы - основной социальной ценностью и формой социального бытия, социологи же – одним из видов социальных отношений, а брак - одним из социальных институтов.
Нас же будет интересовать не какой-то конкретный узко дисциплинарный аспект, но все это вместе взятое, образующее в совокупности некий социальный культ, имеющий длительную историю:
- За тысячелетия своего существования он оброс теми или иными общественными ритуалами и вокруг него сформировалось устойчивое общественное мнение.
- Этот культ поддерживался и поддерживается социальными институтами, различными на протяжении всей человеческой истории: общиной, обществом, государством, семьей.
- За весь период своего существования парные отношения не раз меняли свои социальные формы, от самого простого парного существования в общине, потом в семье через институт сначала церковного, а затем уже гражданского брака, и до современного понимания их как совместного проживания.
- Однако, несмотря на все изменения по форме, сам культ всегда оставался неизменным по самой своей сути, постулируя парность как приоритетную формы бытия человека.
Сделаем вывод: культ парных отношений – крайне сложный и многослойный социальный феномен, который в рамках одной публикации и даже десяти подобных публикаций не разобрать. Но есть нечто, что влезет в рамки одной заметки – это мифологический аспект этого культа.
Ведь любой культ – это только чуть-чуть объективность или же реальная необходимость, в случае же феномена парных отношений – социальная необходимость, и много-много-много субъективности, или же, выражаясь языком социальной философии, миф. Судя же по тому, насколько абсолютизируется роль парных отношений в жизни человека – мы имеем дело уже не столько с социальной необходимостью, сколько с мифом: устойчивым, привлекательным, но все же мифом. И если необходимость – необходима и даже полезна, то миф – не необходим и более того, он не может быть полезным. От слова «совсем»!
Поясним нашу мысль. Да, конечно, культ парных отношений порожден определенным социальным запросом: человеческому обществу, особенно развитому, крайне выгодно и во многом даже жизненно необходимо, чтобы социальное бытие протекало в форме пары - семейной или же простой парной - вот оно и настаивает на ней как на приоритетной. Парность принципиальна для социума, ибо упорядочивает общественную жизнь, способствуя воспроизведению человеческого рода, а также контролю за рождаемостью, да и за жизнью своих граждан, в целом.
Это все объективно, но остается вопрос – а при чем же тогда абсолютизация этого культа? Почему человеческая жизнь зачастую стала сводиться только к отношениям между «Мэ» и «Жо»? Откуда представление о поиске удачного партнерства как о содержании и даже цели человеческого существования?! Очевидно, что тут на сцену выступает субъективность культа, ставшего уже социальным мифом.
Но любой миф – это прежде всего психологическая конструкция и, в более широком смысле, мировоззрение. Действительно, чтобы культу верили и ему следовали, чтобы ему жертвовали и чтобы находились все новые и новые его адепты, должно быть сформировано определенное мировоззрение – нужна целая мировоззренческая система, его поддерживающая. И миф о «Мэ» и «Жо» заимел свою систему.
И она очень и очень даже очевидна. Давайте попробуем хотя бы в общем накидать основные постулаты, ее образующие:
(1) Даже зеленому человечку с другой планеты понятно, что главным мировоззренческим постулатом этого мифа является представление о том, что парные отношения – это самая здоровая и даже самая зрелая форма человеческого существования: наличие состоявшихся отношений является показателем проработанности человека и даже выступает критерием его личностной зрелости. Мол, сложились удачные парные отношения – значит, ты реализован не только социально, но и психологически и даже духовно.
Миф? – Конечно же, миф. Тут дело не в том, как к тебе будут относиться в обществе и как тебя назовут: «нереализованным одиночкой» или же «реализованным семейным человеком», «проработанным» или «не проработанным», «адекватным» или же «неадекватным» – в зависимости от того, посвятишь ли ты свою жизнь поиску своей «половинки» или нет, и найдешь ли ты ее, удачно или же нет. Все гораздо серьезнее – за всем этим стоит представление о парных отношениях как о содержании и цели человеческого существования!
(2) И это второй, не менее важный, мировоззренческий постулат мифа о парных отношениях: утверждение их в качестве содержания и цели человеческой жизни. Раздувая до неимоверных размеров культ «Мэ» и «Жо», абсолютизируя роль парных отношений, человеку навязывают представление, что только в поиске своей половинки или же партнера и заключается вся его жизнь, а ее целью будет нахождении этой самой половинки.
Тут проблема не столько в том, что это откровенная подмена традиционного религиозного понимания содержания и цели человеческого существования. И также не в том, что здесь ценности жизни как таковой и отношений как бы меняются местами: жизнь ставится в зависимость от парных отношений, когда наличие состоявшихся отношений приравнивается к состоявшейся жизни. И даже не в том, что таким образом все человеческое бытие сводится лишь к функционированию как «Мэ» или «Жо». Дело в том, что при таком представлении человека лишают самого себя, сводя лишь к «половинке»!
(3) Представление о человеке как о «половике» – третий постулат мифа о «Мэ» и «Жо». Последнее не столь очевидно – зачастую такая постановка вопроса скрывается жрецами культа и не понимается его адептами: скрывалось раньше, скрывается и сейчас, не понималось ранее, не понимается и сейчас. Ну разве что сегодня скрывается более искусно, с привлечением новейших психологических теорий и методов.
Но никакими уловками невозможно спрятать то, что очевидно: король-то голый! Ведь если парные отношения становятся содержанием жизни, то очевиден вывод – человек здесь рассматривается только как неполноценная половинка себя самого, но никак не более! Половинка, которой для «достройки себя», «полноты собственного существования», «реализации своего потенциала как мужчины/женщины» или же для «социальной и личностной реализации» – нужен второй!
Мы утрируем? – Не особо, ведь, по сути, именно так трактуется, так подается и так понимается миф о роли парных отношений в жизни человека. Вот и пичкают свою аудиторию его жрецы рецептами «простого человеческого счастья», в которых главный ингредиент, скрытый от глаз, но тем не менее основной – это представление о неполноценности человека.
(4) Еще один, четвертый мировоззренческий постулат мифа о парных отношениях – это выборочность по отношению ко второму.
Обратите внимание: ищется не просто второй, но конкретный второй, желаемый – а иначе какая же тогда из него «половинка», если он не сможет «достроить» своего партнера! Вот и говорится о «своем человеке», «родной душе», «общности интересов», «духовном близнеце» и прочем. И даже если произносятся правильные слова о «кармическом партнере», или же «богом данном», «положенном по судьбе» – все равно за всем этим мелькает светлый образ некого идеала или шаблона кармы и судьбы.
Зачастую сия деталь также ускользает от внимания поклонников «Мэ» и «Жо», но такая выборочность по отношению к предполагаемому партнеру очевидна, и ее не может не быть, а иначе не получится ни «достроить себя», ни «обрести полноту бытия», ни «реализовать свой потенциал как мужчина/женщина». Такая выборочность неизбежна, если человек предполагает партнерские отношения как содержание и даже цель своей жизни – слишком высоки, чтобы размениваться и обходиться тем, что есть. А уж тем более тем, что судьба пошлет: а вдруг она слепая и не понимает, как именно человека лучше всего достроить?!
Очевидно, что здесь происходит подмена традиционного религиозного представления о партнере как о ком-то свыше данном, а не самим человеком выбираемом. Выборочность по отношению к партнеру вообще не имеет ничего общего с религией, все равно какой: ведь если дает Небо, то вопрос о поиске и выборе вообще стоит, а значит и целью человеческой жизни является не поиск «достраивающего» тебя человека, а что-то совсем другое!
В мифологии же парных отношений все наоборот: на первое место ставится человек и его воля, его собственные представления о том, что ему лучше, а не Небо. Здесь все как в греческой мифологии: человек фактически уподобляется греческим мифическим героям – он спорит и даже борется с Небом, противопоставляя ему свою волю и веря только в свои собственные способности выбрать, в отличие от богов, лучше и точнее.
Причина для такой постановки вопроса все та же – коль парные отношения – содержание и цель жизни, то ставки, действительно, слишком высоки ставки, чтобы доверить их какому-то там Небу!
(5) И с этим связан и другой постулат мифа о парных отношениях: завышенные ожидания, приводящие к экзальтации. Миф «Асисяй, любофф» весь насквозь накачан нереальными образами: образами нереального партнера, самих отношений, их перспектив и их выгод. Отсюда - и почти поголовная экзальтация в них: экзальтация до отношений еще в процессе их поиска, экзальтация во время них, и даже экзальтация после них, когда нужно искать следующего партнера.
В этом мифе нереальные ожидания и экзальтация так же неизбежны, как и выборочность по отношению к партнеру. Ну а как же иначе, если вы абсолютизируете роль парности в своей жизни – вы с неизбежностью будете ожидать от них того, чего в действительности они дать не могут: некого фееричного и длящегося бесконечно праздника жизни, или просто спасения от одиночества, или же множество выгод – во всех случаях, неких дивидендов.
Да, в любом «Мэ» и «Жо» есть так называемый «конфетно-букетный» период, как правило, начальный, где присутствуют только конфеты, только букеты и сплошная «Асисяй, любофф». Но эта гармония - только небольшой промежуток времени, который быстро заканчивается и на место которого вскорости приходят суровые будни. Это и не плохо, и не хорошо, просто так есть, ибо все человеческие отношения, а не только партнерские – это всегда сложности, проблемы и неурядицы, а не только и даже не столько конфеты и букеты.
Жизнь есть жизнь, а люди есть люди - они самостоятельные существа со своими собственными судьбами и умом, что неизбежно будет порождать конфликт интересов. Искать длительно длящейся гармонии в отношениях невозможно – ибо ее попросту не существует, а существует, используя формулу гегелевской диалектике, только единство и борьба противоположностей: в парных отношения это единство, рожденное взаимодействием двух, зачастую противоположных людей. Единство, но отнюдь не гармония!
Логично предположить, что людям, вкусившим в начале отношений конфет и букетов и возлагающим от этого нереальные на них надежды, захочется продолжения банкета. И точно так же логично, что рано или поздно, эти ожидания породят экзальтацию, которая заставит человека ждать от отношений того, чего они дать не могут, а коль не могут, то бегать из одних отношений в другие, от одного партнера к другому в стремлении вновь окунуться в феерию чувств.
Все это неизбежно. В противном же случае, если принять те отношения, которые сложились по судьбе или же их отсутствие, и перестать абсолютизировать парность – исчезнет сам миф, и парные отношения сведутся просто к форме, в которой протекает человеческая жизнь, да и то не вся, и они перестанут быть ее содержанием и целью!
(6) Отсюда вытекает следующий мировозренческий постулат этого мифа: в нем никогда не говорилось о реальных отношениях, но только о выдуманных, нереальных: не о том, что есть сейчас и что может быть согласно судьбе, а об идеале. И это важно понимать.
Собственно говоря, весь миф о парных отношениях сводится к представлению, что существует некий идеал «Мэ» и «Жо» – отличный от того, что есть и что дано судьбою. И даже если на публику говорится о необходимости «проработать» то, что есть, сделать это «гармоничным» – за всеми этими, казалось бы, грамотными заявлениями, все равно подразумевается некий идеал «гармоничности», под который и нужно «проработать» отношения. В противном случае, во имя чего вы тогда будете «прорабатывать» и под какой шаблон «достраивать»?
Задумайтесь сами: чем умение находиться в парных отношениях отличается от умения жить вообще, проживать все другие стороны своего существования такими, каковы они есть? Например, детско-родительские отношения, дружеские, рабочие – здесь везде нужно умение быть в них. Но никто не собирается абсолютизировать, допустим, рабочие или же дружеские отношения – слава Богу, до этого еще не дошло, и люди относятся к ним с реализмом. Но отношениям между «Мэ» и «Жо» придается особенный смысл – так почему?
Делаем вывод – речь идет не о реальных отношениях, а о выдуманных, лишь для красивого словца названных «гармоничными» или «правильными», подразумевая под этим определенный идеал «гармоничности» и «правильности». Вот и обучают сегодня на многочисленных семинарах и вебинарах не умению проживать то, что есть - не реализму в отношениях, а «улучшению», «подстройке», «подтяжке» реальности под некий выдуманный идеал или шаблон, который, якобы, существует в природе и который один только способен сделать жизнь человека состоявшейся, а его самого – реализованным.
Есть шаблон этой самой «гармоничности», говорящий о том, какими должны быть отношения в паре и какая должна быть пара. Этот шаблон навязан человеку обществом посредством его институтов. Но лишь наполовину – оставшаяся половина принадлежит самому человеку, его желаниям и хотелкам. И именно такой шаблон «гармоничности» - наполовину социально обусловленный, наполовину рожденный обычными хотелками и тиражируется массово через книги, песни, пьесы и масс-медиа. И именно такой шаблон – не реальность, а шаблон! - и постулируется на обучающих «правильному, гармоничному партнерству» семинарах, вебинарах и лекциях.
Не думаем, что нам необходимо здесь подробно описывать этот шаблон – вы и сами его знаете, и скорее всего, волей или неволей, постоянно сравниваете свою жизнь с ним, пытаясь подогнать ее под идеал. Что будет равно попытке натянуть сову на глобус, что возможно, только если вы убьете сову, а заодно и своего реального партнера, как, впрочем, и самого себя... Ведь недаром брак сравнивают с убийством: при таком шаблонном подходе - да, это будет убийство.
Жизнь - она живая, и вы не можете отпилить от нее то, что не подошло под ваш шаблон, не убив ее саму. С этой точки зрения, ведущих всех этих семинаров по «гармоничным» или же шаблонным отношениям вполне можно отнести к убийцам – убийцам живой жизни. И современному человеку, который подсел как на наркотик на весь этот популистский бред про возможность сделать реальные отношения «гармоничными», хорошо бы понимать это.
Ну а что, если человеку все же хочется такого, чего нет и быть не может по самой природе вещей? Что если он хочет иного, не потому что просто хочет, а потому что не умеет проживать то, что есть? - А тогда он никогда не удовлетворится тем, что есть, и он будет всю свою жизнь гоняться за призрачным идеалом с линейкой выдуманного шаблона в руках, которую он получил на очередном марафоне по «гармоничным» отношениям!
(7) Отсюда следующий мировозренческий постулат мифа о парности: в нем речь не об умении проживать реальные отношения, но только и исключительно о поиске идеальных, «гармоничных» отношений.
Был такой мыслитель в 19 веке, социал-демократ Эдуард Бернштейн, который говорил, что «движение – все, а цель – ничто». Так вот, адепты мифа о «Мэ» и «Жо» постулируют то же самое, а именно: поиск идеальных, гармоничных отношений – это все, тогда как их нахождение – ничто. Это может показаться парадоксальным, но тем не менее это так.
Задумайтесь сами: разве можно найти то, что идеально, а значит в природе вещей не существует?! Тем более гармонию там, где ее нет. А ведь ее вообще не существует в природе вещей. Вот поэтому-то цель – идеальные отношения – становятся ничем, пшиком, тогда как погоня за ними, заставляющая бегать из отношений в отношения, до бесконечности «достраивая» их – всем!
Если вы сами приглядитесь к этому мифу, то обнаружите, что в нем вообще даже речи не идет об умении проживать то, что есть, таким, каково оно есть. Речь идет только об экзальтированном поиске некого «гармоничного» идеала, в котором человеку будет максимально комфортно и который одобрило общество.
Кроме того, человек не может «подтянуть» до идеала то, что подтяжке не подлежит: человеческая судьба – это не клиент на хирургической операции по подтяжке лица. Проработать можно только самого себя, а не отношения между двумя. И только внутренне, тогда как внешние обстоятельства своей жизни, называемые судьбой, проработке не подлежат. Но внутренняя проработка никогда не будет подлинной, если она осуществляется с корыстной целью изменения своей внешней реальности - в этом отличие реальной внутренней работы от обычного достигаторства. С этой точки зрения, совершенно очевидно, что миф о парности – это достигаторский миф.
А что, если в отношениях все складывается не так, как хочется, а так, как оно есть – сложно, непросто, некомфортно, конфликтно? Возникнет ли тогда принятие того, что есть, если человек всю свою жизнь положил на обретение пары, считая ее «альфой и омегой» своего существования – а тут, на тебе, пшик?! Нет, конечно, то будут только слова о принятии. Чтобы возникло настоящее принятие, нужно перестать считать парность содержанием и целью жизни и увидеть их в чем-то другом – вот только тогда человек сможет в действительности принять то, что есть, таким, каково оно есть.
(8) И, наконец, восьмой, постулат мифа о парности: базовой мотивировкой для поиска парных отношений, преимущественно, является страх. Обычный человеческий страх, а отнюдь даже не биологическое влечение или же романтические фантазии являются главной причиной, почему происходит абсолютизация роли парных отношений в жизни человека. Напротив, влечение и романтика – это, так скажем, сопутствующая мотивировка, но отнюдь не основная.
Об этом очень много написано биологами, сексологами, социологами, повторятся не будем. Какой это страх? – Как правило, страх перед общественным мнением и социальной нормой, ну а также страх старости, болезни, беспомощности. Но главным образом, это, конечно, страх остаться один на один с миром и Небом, со своей собственной жизнью и с вопросами о ее цели и содержании - и, в конечном счете, с самим собою. Согласитесь, если прямые вопросы о том, кто он в этой жизни и зачем он живет, пугают человека, то он предпочтет считать самого себя «половинкой» и всю свою жизнь гоняться за миражами в пустыне, но только не глядеть в глаза своей собственной жизни!
Но что хорошего может возникнуть из-за страха?! Неужто гармоничные «Мэ» и «Жо»?
…
Итак, подведем некоторые итоги. Мы назвали только основные мировоззренческие постулаты мифа о «Мэ» и «Жо». Если мы уделим этому мифу больше внимания и копнем поглубже, то обнаружим еще много чего интересного. Но для первых выводов нам и этого вполне хватит.
Как вы можете видеть, миф сформировал устойчивую мировоззренческую систему, которая так глубоко проникла в сознание человека, особенно современного, что стала чуть ли не господствующей в нем. К настоящему времени вся эта мировоззренческая система обросла уже и соответствующим психологическим инструментарием: концепциями и методами, ее обслуживающими. Направлений и методов множество, но все они, безусловно, являются популистскими, каковым, впрочем, является и сам миф о парных отношениях, построенный на абсолютизации их роли в жизни человека.
А иными они быть и не могли: классическая психология изучает реальные отношения в паре, а выдуманные ее не интересуют; она говорит о проблемах в самом человеке, вступившем в отношения, а не о проблемах в отношениях вообще, она разбирается с реальностью, а не создает шаблоны «гармоничности». Зато популизм очень даже интересуют такие шаблоны, как тот расхожий товар, на который всегда будет спрос и который всегда можно легко продать благодаря обещаниям получения легкого и быстрого эффекта. Поэтому популизм, напротив, говорит о проблемах в отношениях в целом, а не о проблемах в самом человеке; он занимается выдуманными отношениями, тогда как реальные его не интересуют.
Действительно, современный популизм уже давно взял в свой оборот миф о парных отношениях и приложил немало усилий для того, чтобы он заимел свою собственную психологию. Под этот миф давно уже выработан соответствующий психологический инструментарий в виде понятий «гармоничных парных отношений», «созависимых отношений», «токсических отношений», «абьюзивных отношений», постулирующих некий шаблон парности, позволяющий без угрызения совести разрывать любые связи во имя «отстаивания личностных границ» и «реализации собственного потенциала». Ну а на современных практиках, семинарах, курсах по «парной гармонии» десятилетия уже как объясняют всем желающим, какие отношения «гармоничные», а какие «негармоничные», обещая обучить «правильным»...
И в этом смысле миф о парности стал составной частью современной популистской психологии в достигаторском ее варианте. Вред такого популистского, достигаторского мифа очевиден:
- Человека лишают подлинного понимания содержания и цели его жизни, заставляя отдавать всю свою витальность, все свои чувства и мысли выдуманному идеалу, отвергая то, что дано по судьбе.
-Человека убеждают в несамостоятельности, отрицая самодостаточность человека перед Богом и перед другими людьми, сводя до «половинки».
- И его жизнь суживают до размера биологического возраста, когда «Мэ» и «Жо» возможны и интересны, отрицая всю полноту человеческого бытия.
- Ему навязывают экзальтированную жизнь, сплошь состоящую из погони за тем, чего в подлинных, реальных отношениях нет и быть не может.
- Его внимание уводят на шаблон якобы «гармоничности», фактически отвлекая внимание от своего собственного умения проживать как жизнь, в целом, так и парные отношения, в частности.
Стоит ли тогда удивляться, что при таком массовом засилии мифа про «Асисяй, любофф» наш зеленый человечек с летающей тарелки веками наблюдает, как по этой планете толпами бегают за синей птицей «гармонии» нереализованные женщины и нереализованные мужчины, живущие с комплексом неполноценности себя только по той простой причине, что не смогли ее найти.
Стоит ли удивляться, что сегодня на многочисленных семинарах, вебинарах, оффлайнах и онлайнах, публичных выступлениях и лекциях массово сидят одинокие – не обязательно фактически, но обязательно в душе – женщины/мужчины, жаждущие обретения или же идеального партнера или «гармоничных» отношений с действующим партнером, а многочисленные ведущие откровенно спекулируют на их чувствах нереализованности и вины, рожденных этим мифом.
Стоит ли удивляться, что на сегодняшний день «Мэ» и «Жо» – это уже целая индустрия по «строительству парных отношений», широко развитая и сильно разветвлённая, со множеством ведущих, направлений, практик и методов. Индустрия, которая озабочена не реальной психологической и духовной зрелостью человека, не его подлинной реализованностью, а исключительно удачными «Мэ» и «Жо». Индустрия, которая скрыто или открыто спекулирует на чувствах людей.
Как и стоит ли удивляться, что массовый человек ведет свою историю от превратно понятого библейского сюжета о грехопадении, который в обыденном сознании трактуется не как моральный выбор в процессе познания мира, а как отношения первой земной пары, Адама и Евы. А разве нет? -Спросите об этом не богослова, а обычного человека на улице, что такое грехопадение, и вы гарантированно услышите бред про «шуры-муры». В Ветхом Завете такой трактовки не было!
Поверишь тут в то, что ты – только пол себя самого, которому срочно нужно достроиться «второй половинкой», а лучше вообще присоединить себя к «близнецовому пламени», в крайнем же случае найти «своего человека»!
Тут можно нам возразить, что, мол, существуют направления, семинары, ведущие, которые будут говорить о гибком подходе к «Мэ» и «Жо», имея ввиду необходимость оставаться в тех отношениях, что есть, и разбираться уже внутри них и, прежде всего, с самим собой. Как правило, они станут пропагандировать возвращение к корням, к «традиционным» семейным ценностям, ссылаясь при этом на авторитет или славянства, или христианства, или индуизма… На буддизм, как правило, не ссылаются – очевидно, потому, что эта мировая религия на парные отношения внимание не обращала и никогда не заигрывала с семейными ценностями, в отличие, например, от христианства или индуизма, которые не один век пытались управлять сознанием общества.
И таких много: кто-то сегодня говорит о славянских представлениях о семейных ценностях, кто-то заявляет о средневековых христианских домостроевских концепциях парных отношений, а кто-то ссылается на ведические принципы выстраивания «Мэ» и «Жо» – психологических направлений нынче много, практик тоже, ведущих и блогеров еще больше. Но вот что поражает: удивительным образом суть у всех них одна и состоявшиеся парные отношения рассматриваются как показатель личностной проработки человека, его психологической зрелости – а значит, как минимум содержание его жизни, а как максимум – цель. Точно так же, как и у популистских достигаторов.
Формы разные, но суть одна, что у «традиционалистов», что у «достигаторов»: все они будут постулировать парные отношения как содержание и цель человеческой жизни – ну разве что «традиционалисты» более замаскированно и менее очевидно, чем их коллеги-поклонники «личных границ» и борьбы с «абьюзом» из «достигаторства». Очевидно, что «традиционная» ценность, которую, якобы, продвигают современные любители психологических «ролевых игр» в «славянство» и в «веды» – это все та же абсолютизация роли парных отношений в жизни человека. И все эти направления, методы, семинары, курсы и ведущие обслуживают один и тот же социальный миф – миф о парных отношениях. А значит, несмотря на разницу по форме, по сути все они – жрецы одного и того же мифа.
…
Вот тут вы имеете полное право спросить у нас, почему так произошло и миф о «Мэ» и «Жо» стал столь популярен, что даже обзавелся своею собственной психологией? А в наше время популярен, как никогда до этого – ведь не секрет, что «Асисяй, любофф» никогда столь не абсолютизировали, как сейчас. Наши предки, конечно, этому божеству поклонялись, и даже культ его сформировали за тысячи веков, но ведь не до такой степени, как мы сегодня. Ответы на эти вопросы будут еще проще, чем вы думали. И тут нам поможет наш зеленый человечек.
Если мы попросим нашего инопланетянина на машине времени пронестись по всей истории человечества, то он с очевидностью обнаружит, что испокон веков были «перегибы» с «Мэ» и «Жо», выраженные в абсолютизации их значимости в жизни этой самой «Жо» и этого самого «Мэ». Но он также обнаружит один интересный факт, которому, скорее всего, не сможет найти объяснение, а именно – резкое увеличение градуса этой абсолютизации, наблюдающееся со второй половины 19 века.
Наш зеленый человечек сам понять сей феномен не сможет, зато земной человек сможет. Все дело в том, что этот скачок в абсолютизации, что он наблюдал, пришелся на интересный момент в истории человечества: на начало процесса секуляризации, или же обмирщения общественного сознания. Собственно говоря, он сопровождал процесс секуляризации. Масштаб современного мифа о «Мэ» и «Жо» – это прямое следствие произошедшей секуляризации.
Иного и быть не могло. Секуляризация – это не просто ослабление влияния религии на человеческую жизнь, но уже ее изгнание. Как говорили большевики: «отделение государства от церкви, общества от церкви, а массового сознания – от веры».
Процесс отдаления общества от церкви и религии был начат очень давно, еще в эпоху позднего Средневековья, стал очевиден в эпоху Возрождения, а в эпоху Просвещения получил массовое распространение и общественное признание. То, что происходило с середины 19 века, стало завершением ранее начатого процесса. Но оно отличалось от всего, что происходило до этого: религия была окончательно изгнана практически их всех сфер человеческой жизнедеятельности и сведена до частного дела каждого человека.
Однако не все так просто. В мировоззрении человека, в котором ранее господствующее положение занимала религия, образовались дыры – и эти дыры требовали своего заполнения. Ведь свято место, как говорится, пусто не бывает. Особо же очевидной стала пустота на том месте в сознании человека, где когда-то господствовал Бог. Требовался новый кумир и тут, похоже, многовековая привычка верить в существо с именем и формой сыграла с человеком злую шутку – на место одного имени и формы было поставлено другое имя и форма: имя и форма «гармоничного» партнера. Соответственно, массовым сознанием содержанием человеческой жизни был признан не поиск Бога, а поиск «своего» партнера, ну а целью – не единение с Богом, а хеппи-энд в парных отношениях.
Процесс секуляризации не происходил одномоментно и занял как минимум век. К середине 20 века он, казалось бы, был закончен, однако, как выяснилось потом, до его окончания было еще далеко. Ибо с 70-х годов 20 века процесс секуляризации перерос уже в популяризацию общественного сознания, когда изгнанию из всех сфер человеческой жизнедеятельности подлежали не только религиозные ценности, но уже и все традиционные ценности, вместе взятые.
Вы можете нам возразить, что семья и парные отношения – это традиционные ценности, так почему же мы говорим об их изгнании? Все дело в том, что в нашу эпоху популяризации эти ценности не остались в прежнем виде и тоже были популяризированы. Иначе говоря, из традиционных превращены в популистские ценности с популистским, выхолощенным содержанием.
Ведь в подлинной религиозной традиции ценности семьи и парных отношений всегда были подчинены главным религиозным ценностям – ценностям Бога и его поиска. Вырванные из своего религиозного контекста, все эти ценности, о которых сегодня говорят на своих семинарах и вебинарах ведущие-«традиционалисты» и даже обычные достигаторы, потеряли прежнее значение.
Представления о «гармоничных отношениях в семье и в паре», «своем идеальном партнере и супруге/супруги», «второй половинке», «близнецовом пламени», «близкой душе» – это все популизм. Как и популизм – абсолютизация парных отношений и подмена ими подлинного, религиозного понимания цели и содержания жизни человека.
Как следствие - никогда ранее парные ли же семейные отношения не абсолютизировались так, как сейчас – ранее ценность семьи была ограничена ценностью Бога и представлениями о том, что не семья, а Бог и его поиск являются содержанием и целью человеческой жизни, тогда как семья – только форма для этого поиска и то лишь одна из них. В эпоху же массового засилия популизма парные отношения стали откровенно абсолютизироваться. И даже, если хотите, обожествляться. Причем даже не столько семья, сколько вообще «Мэ» и «Жо», во всех их формах, а не только в семейных.
Нужно отметить, что общество активно поддержало этот процесс популяризации всего и вся, особенно семейных и парных ценностей. И особенно поддержало и словом и делом само общество потребления – господствующий с середины 20 века современный социо-культурный тип общества. И это не случайно – его ценности совпали с ценностями мифа о парных отношениях, созданного много раньше.
Совпали в самом главном – в стремлении к наслаждениям везде, в том числе и в парных отношениях. Экзальтация в них очень даже была ему на руку – она превращала парные отношения в своего рода товар, который можно потребить, а значит и продать, и купить. Вот и стали в наше время «Мэ» и «Жо» обычным товаром на полке супермаркета жизни. Хотя, нет – не обычным, а особо лакомым, а значит, имеющим особый спрос, да такой, что можно скидочку на него устроить…
И в том, что «Асисяй, любовь» - это товар, хоть и особый, все согласны: и само общество потребления, и те, кто сейчас называют себя традиционалистами, и те, кто принадлежат к достигаторскому лагерю. Популизм он и на фестивале «славянской» культуры популизм, в какие бы сарафаны и рубахи он не рядился. Точно так же он и на фестивале ведической культуры будет популизмом, как бы он не старался цитировать Веды. Популизм и в кресле ведущего современного псевдо-психологического семинара – популизм. А «Асисяй, любофф» - в наше время обычный товар.
Ведь абсолютизация она и есть абсолютизация, как бы ее не подавали, под традиционалистским соусом или под майонезом достигаторства. Ну а миф – он везде миф, но не реальность.
…
Далее вы должны спросить у нас, а есть ли у этого мифа альтернатива? И мы ответим – есть, и в своей заметке мы уже не раз об этом упомянули, говоря о подлинно традиционном религиозном понимании цели и содержания человеческой жизни. А еще мы можем сослаться на свой собственный опыт.
Долгий поиск гармонии там, где ее нет и не может быть, идеала в том, что по природе своей идеальным быть не может, упорное представление о содержании и цели жизни, которое содержанием и целью быть ну никак не может – много шишек нужно набить, чтобы в наше время, в атмосфере всеобщего ажиотажа по поводу «Асисяй, любофф» понять, что парность – это только форма жизни человека и не более того! «Есть» – хорошо, «Нет» – тоже неплохо, ибо не это является смыслом жизни!
Смелые заявления, скажете вы. Но на самом деле они совсем не смелые, а очень и очень даже старые, традиционные, по-современному старомодные. Ибо восходят к подлинно традиционным религиозным ценностям.
Объясним это от противного: что содержанием и целью человеческой жизни НЕ является. И тут опять сошлемся на новомодных «традиционалистов»-ведущих семинаров и лекций по парным отношениям, что апеллируют к авторитету славянства или религии, будь то христианство, будь то индуизм. Они сильно при этом лукавят, ибо:
- Ни одна религия мира никогда, ни в одни времена не предполагала, что содержание человеческой жизни – это поиск и построение парных отношений. Напротив, привязанность к кому бы то ни было – мужу, партнеру, возлюбленному – рассматривалась как одна из форм привязанности к миру, которая должна быть оставлена во имя подлинного содержания человеческой жизни: достижения духовной зрелости и поиска Бога. Почитайте писания всех времен и народов.
- Ни одна религия мира, никогда, ни в одни времена не утверждала, что целью человеческого существования является построение удачных парных отношений. Напротив, целью жизни человека называлось достижение Бога. Ознакомьтесь с житиями святых всех времен и народов.
- Ни одна религия мира, никогда, ни в одни времена не говорила, что главное препятствие в жизни человека, в его психологической зрелости или же даже для духовной зрелости – это, мол, отсутствие удачных парных отношений или же вообще каких-либо отношений. Напротив, парные отношения рассматривались лишь как ФОРМА человеческого существования, одна из… и даже не обязательная.
- Форма жизни, но не ее содержание.
- Одна из форм жизни, но не обязательная.
- Форма жизни, но не ее цель.
Так почему же малое вдруг заделалось большим и даже огромным?
Но религиозная дверь еще в середине 20 века схлопнулась, ну а та, на которой сияли буквы «Мэ» и «Жо», открылась – и толпы, не сдерживаемые больше религией, ринулись в открытый дверной проем…
Вот только понимали и понимают ли они, куда именно они ринулись?! Куда именно ведет эта дверь?! Ведь из нее идет запах подмены религиозных ценностей откровенными мирскими, наслажденческими! Ведь дверь ведет в достигаторство и популизм! И ведет не к вере и к Богу, а от него!
Но ведь это дверь… в сортир! Ведь именно он и обозначен буквами «Мэ» и «Жо». Как там у Лелика? «Строго на север, порядка пятидесяти метров, расположен туалэт типа «сортир», обозначенный на карте буквами «Мэ» и «Жо»».
Вот он, родимый – так что добро пожаловать в сортир!
В сортир человеческих чувств и мыслей, надежд и разочарований, жизненной витальности и эмоциональности – всего того, что провозглашается чуть ли не «альфой и омегой» человеческого существования. Хотите отправить все в сортир содержание своей жизни, предназначение которой быть отданной поиску Бога? – Милости просим в сортир!
И тогда тот самый орган, о котором мы писали в самом начале, сыграет для вашей души похоронную музыку!
…
Кстати, вы были не правы, когда предположили наличие у нас печального опыта – мы просто вам подыграли и сказали то, что вы хотели услышать. На самом деле, он не печальный – ибо отныне мы знаем, кого же на самом деле нужно искать: не свою «половинку», не «своего» партнера и не свое «близнецовое пламя» – и даже не человека, а БОГА!
Вы скажете, одно другому не мешает, реальный и небесный партнер – не мешает, согласимся мы, но только если акценты расставлены правильно и действия, чувства, мысли – вся душа отдается ТОЛЬКО ЕМУ, а не мифу, какие бы осязаемые формы он ни имел.
Так пусть ОН даст всем нам силы и возможность избавиться от мифа!
И тогда игра в четыре ваших и ЕГО руки сделает музыку жизни совершенной и реализованной. Ну а присоединится ли к этой игре еще какая-либо пара человеческих рук – это только вопрос судьбы. И вас он интересовать должен в минимальной степени – следите только, чтобы ваши руки не сбились с партитуры…
Остальное – в туман!