•••
Солнечный луч, пробиваясь сквозь занавески, ласково погладил Ольгу Ивановну по щеке. Она улыбнулась просыпаясь. Настроение было отличным. Вчера был день, когда она получила деньги за продажу своей квартиры. Два с половиной миллиона рублей - внушительная сумма для пенсионерки, которая лежала на её расчётном счёте в банке
Пол ночи она не могла уснуть. Ольга Ивановна уже представляла, как поедет к внукам, побалует их подарками, купит им красивые модные вещи, Димочке с Ларисой даст денег на ремонт их дома, а себе - купит наконец шубу, которую так давно хотела.
Квартира её покойного мужа, в которой она сейчас живёт – это маленькая однушка, с пятиметровой кухней, но ей этого вполне достаточно. Сын её со своей семьёй живут на юге, к ней на север почти не приезжают, она сама два раза в год ездит к ним погостить.
Год назад она похоронила второго своего мужа. Первый муж, отец Димочки, умер очень рано, ему и пятидесяти не исполнилось. Уехали с другом на охоту в тайгу и заблудились. Две недели блуждали по лесам голодные и пили воду из непонятных источников.
Потом у мужа разболелся живот. От боли он не мог идти. Они жгли костры пока их не заметили с воздуха. Мужа до больницы не довезли – умер в вертолёте от перитонита. Димочке тогда 17 лет исполнилось.
Трудно тогда Ольге Ивановне было морально. Да и материально, на зарплату учителя начальных классов, шиковать не получалось. Но кое-как выжили.
После того, как Дима, отслужив в армии, остался жить в Сочи, Ольга Ивановна загрустила. Ей было одиноко в своей двушке, она занимала себя работой, брала группу продленного дня, репетиторство, но со временем стала уставать – пенсию зря не дают, организм просит отдыха.
Уже будучи на пенсии, она познакомилась с одиноким мужчиной, который жил на соседней от неё улице и со временем они расписались. Пятнадцать лет дружно и счастливо прожили вместе, пока не случилось то, что случилось. Во сне у её мужа оторвался тромб. Врачи сказали, что он даже боли не почувствовал, только резкий рывок и мгновенная смерть.
Опять она осталась одна...
Ольга Ивановна встала с постели, подошла к окну и улыбнулась. Улица, охваченная утренним солнцем, выглядела мирной и спокойной. Жизнь постепенно наладилась, она смирилась с тем, что мужа больше нет и настроила себя на то, что надо жить дальше. Совсем скоро она увидит внуков – как же она по ним соскучилась!
Внезапно тишину нарушил телефонный звонок. Ольга Ивановна увидела, что на экране высветился незнакомый номер. Она обычно сбрасывала такие звонки, но в этот раз палец её слегка дрогнул и она нечаянно нажала на прием звонка.
– Ольга Ивановна? Это из центра диагностики вашего района. Моя фамилия Веселова Эмма Николаевна. Две недели назад вы проходили обследование в рамках диспансеризации. Вам уже звонили из поликлиники? – спросил деловой женский голос.
– Нет, не звонили. А должны были?
– Не знаю, как сказать… Имею ли я право… Ольга Ивановна, лучше бы они вам это сообщили, но в вашем случае – дорогая каждая минута… – голос был нерешительный и сочувственный.
– Да, что же случилось-то? Какая разница кто должен сообщить? – уже раздражаясь спросила Ольга Ивановна.
– Разница есть… Это конфиденциальная информация. Я сейчас позвоню в комитет по здравоохранению и попрошу, чтобы они до вас довели эту неприятную информацию. Не занимайте телефон, вам перезвонят, – трубка замолчала.
У Ольги Ивановны неприятно заныло в груди… Да, она проходила диспансеризацию в своей поликлинике, да, ей проводили диагностику на разных аппаратах, какие-то анализы сдавала. Но никто ни о каких подозрениях ей ничего не говорил. Она хотела взять папку, в которой лежали все бумаги с той диспансеризации, но не успела – зазвонил телефон.
– Сидоркина Ольга Ивановна? – послышался из трубки уставший мужской голос.
– Да, я вас слушаю…
– Бубнов из комитета по здравоохранению. Мне приходится сообщить вам неприятную новость. У вас обнаружилось редкое, но быстро прогрессирующее заболевание сердца… – он начал быстро сыпать профессиональными терминами, из чего Ольга Ивановна поняла, что ей срочно надо менять какой-то жизненно важный сердечный клапан.
– Что мне для этого нужно предпринять? – спросила она упавшим голосом.
– Ольга Ивановна, успокоить вас не могу, так как такие операции в России не проводятся, а за границей они стоят не дешево. Без операции, жить вам останется, по самым оптимистичным прогнозам, четыре - шесть месяцев, но по факту – значительно меньше. Могу предложить вам записаться на бесплатную поддерживающую вакцинацию – это два раза в неделю ходить на уколы в свою поликлинику. Записать вас? – участливо спросил собеседник.
– А сколько стоит операция и в какой стране она проводится? Для такой операции нужен донорской клапан? – Ольга Ивановна судорожно соображала, что может быть ей хватит тех денег, которые ей перевели за проданную квартиру.
– Ольга Ивановна, если хотите, я включу вас в программу помощи больным, там можно оформить кредит всего под 8% годовых, ваш возраст это позволяет пока, – ответил мужчина: – Сумма операции, вместе с билетами за перелет, стоит, по действующему на сегодня курсу, два миллиона двести девяносто тысяч рублей. Операция пройдет в Швейцарии. Донорский орган вам не нужен, клапан будет искусственный. Донорский – стоит в десятки раз дороже! Дать ответ вы должны немедленно.
– Могу я посоветоваться с сыном? – ответила Ольга Ивановна, понимая, что может обойтись без кредита и, что ей хватит тех денег, что выручила за продажу квартиры.
– Можете. Но дорогА каждая минута. Мы сейчас не одни сидим на сайте клиники, эта клиника мирового масштаба и нет гарантии, что успеем опередить других нуждающихся. Будете звонить сыну? Сколько времени вам нужно? – снисходительным тоном спросил мужчина: – До меня сложно дозвониться, но я сам могу перезвонить. Через сколько минут вам перезвонить?
– Не отключайтесь. Дайте мне пару минут подумать, я постараюсь ответить вам быстро, – попросила она.
В голове Ольги Ивановны судорожно приносились мысли. Она вспомнила, как пару недель назад проснулась от щемящей боли под левой лопаткой, вспомнила, что у неё часто бывает одышка, потливость… Да, она недавно делала кардиограмму и её кардиолог отправила ещё на какой-то аппарат для дообследования. Не просто так же это, что-то она там увидела…
У неё есть деньги на операцию. Ей не нужен кредит. Неужели она не может позволить их себе на лечение? А что может сказать ей Дима? Конечно же, он будет не против. Живут они с Ларисой не бедно, оба работают. Дети уже большие. К тому же, квартира, в которой она живёт сейчас, досталась ей от мужа бесплатно…
– Алло, вы меня слушаете? Я готова перевести деньги. Всю сумму. Пришлите мне реквизиты, я вам скину свой e-mail.
– Ольга Ивановна, ваш банковский счет привязан к телефону? У вас есть личный кабинет? – спросил мужчина.
Да, привязан – к этому номеру, по которому вы звоните сейчас, – ответила Ольга Ивановна.
– Хорошо, тогда я сейчас привяжу ваши данные к реквизитам клиники, а они пришлют вам на телефон четырехзначный код. Этот код вы мне продиктуете, а в ответ получите от них квитанцию и гарантийное письмо. Подождите минуточку, не отключайтесь… – Ольге Ивановне показалось, что мужчина кому-то что-то радостно сказал и, тут же, она услышала звук входящего СМС-сообщения.
Она открыла сообщение и продиктовала четыре цифры, которые ей прислали. Телефон пискнул и в трубке послышались короткие гудки.
Сердце Ольги Ивановны тревожно заныло…
Что-то сообразив, она, судорожно нажимая на клавиатуру телефона, вошла в личный кабинет своего банка и обомлела… На обоих её счетах сумма была по одному рублю и, лишь на сберегательной книжке, куда ежемесячно приходила ей сумма компенсации за проезд в городском транспорте, было 3718 рублей.
Она, сквозь пелену горячих слез, смотрела в окно на залитую солнцем улицу, на куст сирени, густо покрытый цветами и не знала что делать…
Ольга Ивановна решила пойти в полицию. Там она рассказала все, что произошло. Полицейские выслушали ее внимательно, но сказали, что не смогут ей помочь, так как она сама дала мошенникам доступ к своему личному кабинету, назвав им код из четырёх цифр.
- Мы, конечно, проведем проверку, - сказал полицейский: - Но гарантии, что вернем ваши деньги, дать не можем.
Ольга Ивановна вернулась домой, чувствуя себя разбитой и одинокой. Она не знала, как признаться сыну, в том, что она натворила.
Наконец, она решила позвонить ему
Дима выслушал мать, долго молчал, а потом сказал:
– Перевести тебе деньги прямо сейчас, я не могу, так как их тоже могут украсть мошенники – ведь у них до сих пор есть доступ к твоему личному кабинету. Поэтому, возьми паспорт и срочно сходи в свой банк, объясни им ситуацию и попроси, чтобы тебе поменяли условия входа в личный кабинет. После этого позвони мне и я переведу тебе денег.
Что же касается пропавших денег… Ну, что теперь горевать? Ну, потеряла ты их… Скажи спасибо, что жива осталась. Жалко, конечно, но убиваться из-за этого не стоит.
А на будущее – учти: сейчас слишком много вокруг подлости, обмана и воровства. Будь внимательнее и аккуратнее.
Ольга Ивановна опустилась на стул, чувствуя глубокую усталость. Надо было идти в банк, но ноги её словно свинцом налились. Она вспомнила, как мечтательно утром смотрела в окно, как ей хотелось петь от радости, как она предвкушала поездку на юг, к своим дорогим детям и внукам и разрыдалась.
Она плакала долго, пока не выбилась из сил. Потом умылась, собралась и устало побрела в банк. Жизнь продолжается и надо жить, хоть и очень трудно, после всего, что случилось…
Дорогие читатели, помните, что мошенники стали очень хитрыми и изобретательными. Они используют всевозможные способы, чтобы обмануть доверчивых людей.
Не отвечайте на незнакомые звонки.
… … …
А вам приходилось когда-нибудь стать жертвой обмана? Как это было? Поделитесь с другими, чтобы мошенникам оставалось меньше шансов. Берегите себя!