Сегодня – дарю свой само-тест на гармонию и коренное здоровье.
Один деревянный храм решили реставрировать и заделали часть дыр в его стенах, а потом, как это бывает, отвлеклись. Когда же вернулись к реставрации, обнаружили, что разрушение ускорилось, поскольку отверстия были сделаны для сквозняка. Без него дерево впитывало влагу и разрушалось.
Мы подобны храму – стены «Я» нельзя ни убирать, ни закупоривать – нужна дозировка открытости всем ветрам. Сколько же главных ветров? Вспомним другую историю. Пришёл богатырь к камню у развилки дорог. «Направо пойдёшь… налево… прямо…» – эта сказка неполна. У него было семь путей, а не три. Вперёд-назад, направо-налево – уже четыре. Современник освоит пути вверх-вниз – и их уже шесть. А седьмой – остаться пока у камня, путь созерцания и сосредоточения.
У нас с вами семь жизненных ветров. Позади – прежде всего родители и благодетели. Те, кто жив для нас всегда (даже если внешне умер). Они дарят, даже если берут. Разрыв с ними лишает поддержки прошлого и отягощает ношей неблагодарности. Но, взяв их жизнь на себя, свою – отменишь. Это ветер в спину, помогающий идти.
Впереди – дети по крови и духу, ученики, подопечные. Мы живы ими, в них и для них. Даже в забвении мы часть их истока, это останется в сердцах. Закрыться от них – это потерять силы, ведь сил приходит столько, сколько даришь. Прожить за них жизнь – значит заменить своей их собственную. Это ветер надежды, не больше и не меньше.
«Одесную»/«ошую» – люди нашего круга. Справа – те, кто с нами. Слева – кто нас дополняет. Без соратников дела мелки, без конкурентов гаснет интерес. Но прикованность к тем или другим – обездвиживает. Ветер первый греет, второй – бодрит.
Под нами – недвижная опора, опыт наш и чужой. Мы идём, отталкиваясь от него. Привязанность к опоре – непроросшее семя. Беспочвенность – засохшие ветви. Это дыхание земли и крепости.
Сверху – Солнце и звёзды, свет и мечта. Без них – жизнь мха, но, воспарив на восковых крыльях – сорвёшься Икаром. «Близ Меня – близ огня» (христианский апокриф). Это поток жара вдохновения.
В центре же – бездонный «Я». Частое сожаление у старых – прожили не свои, а чужие дела и мечты. Или, напротив – служили себе, не оставшись в других. У поэта золотая середина: «Нет, весь я не умру…» Надо принимать себя в настоящем, чтобы изменять в будущем. И надо дарить себя – молчащий фонтан пересохнет. Это ветер памяти и призвания.
Гармонии вам и добрых семи ветров жизни!