Студенты спросили: "Почему у Дольче и Габбаны коллекции истероидные, а сами они вроде как скромные и сдержанные?"
Не такие уж они и скромные. Доменико - да, человек в себе, но Стефано - ой ля-ля, человек-аттракцион.
В 2018-м он наговорил в соцсетях такого, что Diolce@Gabbana закрыли дорогу в Китай (китайский рынок, на минуточку треть мирового люкса), потом они с большим трудом несколько лет возвращались на этот рынок .
В 2018 Стефано в комментариях в аккаунте The Catwalk Italia, где были размещены фотографии Селены Гомес и написал "è proprio brutta!!!" - она реально уродина.
Потом согласился с другим комментатором, что она похожа на померанского шпица, и написал "hahahaha is true hahahaha".
Буквально за день до истории с Гомес написал "No" под фотографией Мосс в Сен-Лоране. Просто "No" иконе стиля поколения 1990-х.
В 2017, когда начался бойкот бренда, он опубликовал свою фотку в футболке с надписью #BoycottDolceGabbana и подписал "THANK YOU Haters!!!!".
В 2018 на вопрос Reuters о планах преемственности в бренде ни с того ни сего брякнул: "Я не хочу, чтобы японский дизайнер работал для Dolce & Gabbana". Без объяснений. Просто так.
Короче, картина такая: человек, который не может написать комментарий без того, чтобы не оскорбить кого-нибудь, при этом, когда его прижимают, он тут же начинает оправдываться - мой аккаунт взломали.
Классический истероидный паттерн: импульсивное действие - эскалация - отрицание ответственности.
Стефано - чистый истероид, человек, которому в интересах бренда доступ к нельзяграму нужно запретить, но он совладелец - приходится терпеть его выкрутасы.
Но! Есть и другой аспект. Нельзя экстраполировать истероидную направленность бренда на истероидность дизайнера. По этой логике режиссер хоррора должен хранить головы убиенных в холодильнике.
Висконти был аристократом и интеллектуалом, а снял "Рокко и его братья". Режиссер не равен фильму, он проводник, медиум энергии, которая через него проходит.
Дольче и Габбана работают с архетипом сицилийской женственности, это мощнейшая культурная матрица, которая сама по себе истероидна без всякого участия дизайнеров.
Софи Лорен, Анна Маньяни, Моника Беллуччи, образ Мадонны - черное кружево, корсеты, дольчевита, католическая чувственность, где грех и покаяние переплетены так, что уже не разберешь, где кончается молитва и начинается искушение.
Свой внутренний мир они выражают через свои коллекции отчасти. Доменико вырос в Сицилии, для него корсеты и кружева - родной визуальный язык, как для петербуржца - дворы-колодцы и парадные с лепниной.
Габбана добавил дерзости и провокации. Оказалось, что их клиентела хочет ровно этого . Бывает такое редкое везение, когда культурная ДНК дизайнера совпадает с коммерческим запросом. Повезло.
Есть бренды, где дизайнер хочет быть искренним но не падает ни в одну ЦА, это красивое творческое высказывание за которым следует финансовая пропасть.
Потом будет ретроспектива в музее, где все будут говорить "какой талант, жаль, не оценили". Так вот, D&G оценили, им улыбнулась удача
Собственно, к чему я. Бренд - отдельная сущность, у него может быть свой психотип, он может совпасть с психотипом дизайнера, а может не иметь с ним ничего общего.
В случае с Dolce я бы сказала, что Стефано близка истероидная эстетика, но в целом бренд виртуозно работает с архетипом, который больше личности дизайнеров, потому что это - культурная матрица.
Что касается того почему дизайнеры одеваются скромно: так они в коллекциях так выплескиваются, что на своих аутфитах просто отдыхают).
💓 Приглашаем Вас на онлайн курсы стилистов-имиджмейкеров в Fashion Expert.
Только здесь Вы получите глубокие академические знания о европейских технологиях fashion-стайлинга.
Подписывайтесь на наш Телеграм-канал! 💓