В Сибири чуть ранее можно было увидеть крупнейшую планету Солнечной системы и Луну на расстоянии около 3,5° друг от друга, а на ЕТР расстояние между ними ранним вечером было равно скорее 4,25°. Наш спутник был в фазе 0,61 при блеске в -11,5 m, яркость же Юпитера составила -2,3 m, что много ярче любой из звезд созвездия Близнецов в котором и наблюдались оба небесных тела. В любом случае эта пара на небе смотрелась очень зрелищно, а у самого горизонта в западном направлении ещё была видна и Венера
Луна при этом висела точно в роли "указателя" — её терминатор чётко делил диск, подчёркивая объёмность спутника на фоне далёких звёзд, её неосвещённая Солнцем часть выдавала намёк на пепельный свет, едва уловимый в сумеречном небе. При этом разделявшие их на небе градусы скрывали колоссальное истинное расстояние — сотни миллионов километров, ведь даже свету требуется почти час, чтобы преодолеть путь от Юпитера до нашего глаза. Слева от Юпитера хорошо выделялась Европа — один из галилеевых спутников, которая даже в небольшую оптику выглядела как чёткая светлая точка, будто застывшая рядом с гигантом.
Три знаменитых кратера — Птолемей, Альфонс и Арзахель — выстроились в цепочку чуть восточнее центра диска, и при фазе 0,61 терминатор как раз проходил по их территории, открывая зрителю их внутреннее строение. амый крупный из трёх, Птолемей диаметром более 150 км, предстаёт как гигантское округлое понижение с ровным, залитым лавой дном, а его массивные стены отбрасывают на это дно чёткие чёрные тени, подчёркивая истинную глубину структуры. Такая геометрия освещения — Солнце только поднялось над этим районом — позволяет уверенно различать террасы внутренних склонов, центральные пики Альфонса и Арзахеля, а также разрывы в кольцевых валах, которые при более высоком Солнце теряются в общем блеске.
Чуть восточнее взгляду открывается цепочку ещё из 3 кратеров Аль-Баттани, Клейн и Паррот. Несмотря на скромные по сравнению с гигантами вроде Птолемея размеры, эти три структуры при низком Солнце выглядят не менее выразительно: их валы отбрасывают на залитые базальтами днища резкие тени, а центральные горки выступают из полумрака чёткими точками. Особенно интересен Клейн — его террасированные склоны и яркий центральный пик при таком угле освещения позволяют оценить сложность внутреннего строения, тогда как Аль-Баттани и Паррот, словно два стража, обрамляют эту миниатюрную группу с севера и юга.
Южнее этих 2 групп, в области изрезанной материковой местности, терминатор уже осветил три крупных кратера — Пурбах, Региомонтан и Вальтер, выстроившихся в цепочку, ориентированную с северо-востока на юго-запад. При таком угле освещения особенно выразительны их разрушенные валы: у Пурбаха, самого северного из трёх, отчётливо видна просевшая южная стена, через которую Региомонтан словно "врезается" в своего старшего соседа. Вальтер же, замыкающий группу, демонстрирует идеально круглую форму и массивные террасированные внутренние склоны, а на его дне при низком Солнце проступает сложный рельеф центральных холмов и мелких кратеров-спутников.
На фоне россыпи зимних созвездий, где голубоватый Сириус мерцал у самого горизонта, а оранжевый Процион и янтарная Капелла соперничали в блеске, Луна с Юпитером казались двумя владыками неба, затмевавшими даже почти алую Бетельгейзе и голубовато-белый Регул. Казалось, что гигантская планета, окружённая свитой галилеевых спутников, на мгновение замерла в небесном танце со своим земным спутником, и этот дуэт приковывал взгляд сильнее, чем любая из самых ярких звёзд. А когда взгляд переходил от этой пары к рассыпанным вокруг светилам, становилось понятно: здесь, в этой части неба, царила особая гармония — холодный блеск далёких солнц и тёплый, почти осязаемый свет соседних миров.
#Луна #Юпитер #Близнецы #солнечнаясистема #астрономия