Распад советской державы в 90-х до сих пор кажется многим финальной точкой в истории огромного проекта. Мы привыкли видеть на современных картах полтора десятка суверенных границ, возникших на месте одной шестой части суши. Но реальность куда сложнее привычных учебников.
Мало кто задумывается, что этот список мог быть гораздо длиннее. В разные годы на столе у руководства страны лежали папки с проектами, которые могли радикально изменить географию целых континентов. Речь не о банальном расширении сфер влияния, а о полноценном включении новых территорий в состав государства.
Почему эти планы остались лишь на бумаге? Где-то не хватило политической воли, где-то вмешались внешние обстоятельства или банальный расчет. Иногда судьба целых народов решалась за закрытыми дверями буквально одним росчерком пера.
Давайте разберемся, какие земли едва не стали частью общей истории и что помешало им оказаться в составе Союза. История не терпит сослагательного наклонения, но заглянуть за кулисы этих несостоявшихся союзов - занятие крайне любопытное. Тем более что некоторые из этих попыток сегодня выглядят почти фантастически. Все развивалось постепенно, шаг за шагом, от амбициозных идей до вынужденного отказа.
Финляндия
Сентябрь 1809 года когда-то закрепил Финляндию в границах Российской империи, где она вполне мирно существовала как Великое княжество до самого 1917-го. Революция перевернула все вверх дном, и финны, почуяв момент, оперативно объявили о своей независимости. Спокойно разойтись не получилось, и позже, после тяжелых боев конца тридцатых, часть территорий все же отошла к Советскому Союзу. Именно тогда, весной 1940 года, на карте появилась Карело-Финская ССР, ставшая шестнадцатой союзной республикой.
У Сталина тогда были вполне конкретные виды на Хельсинки, он всерьез рассчитывал со временем забрать всю страну целиком. Однако планы разбились о начало Холодной войны и изменившийся мировой расклад после 1945 года. Огромные потери тех лет, когда солдаты замерзали в снегах у линии Маннергейма, остались тяжелым осадком в памяти поколения.
Ситуация резко изменилась в 1956 году при Хрущеве. Он решил, что держать отдельную союзную республику с "финским" уклоном больше нет смысла. Статус понизили до автономии в составе РСФСР, а само слово "Финская" просто вычеркнули из официальных документов. Так и родилась привычная нам Карелия. Сегодня там живет чуть больше полумиллиона человек, а за границей, в суверенной Финляндии, население перевалило за пять с половиной миллионов. Старые границы и амбиции прошлого теперь лишь строчки в учебниках, напоминающие о том, как иначе могла бы выглядеть карта севера.
Венгрия
Европа в 1918 году напоминала растревоженный улей, где эхо октябрьских событий в Петрограде отозвалось серией быстрых и отчаянных восстаний. Повсюду возникали республики с красными флагами, которые исчезали почти так же внезапно, как и появлялись на свет. Кто сейчас вспомнит Советский Лимерик или кратковременную власть рабочих в Бремене, Эльзасе и Словакии. Даже в Баварии дело закончилось быстро, не оставив после себя прочного фундамента. На этом фоне особняком стояла Венгрия, где местные коммунисты смогли удержать рычаги управления государством целых 133 дня.
Будапештские политики тогда всерьез надеялись на прямую поддержку со стороны окрепшей Советской России. Хотелось верить, что помощь вот-вот придет, но Москва сама тонула в пожаре Гражданской войны. Сил на внешнюю экспансию у большевиков в тот момент просто не оставалось. В итоге венгерский проект остался без прикрытия, один на один со старыми противниками. В августе 1919 года румынские войска вошли в город и поставили точку в этом затянувшемся эксперименте. Старый порядок вернулся на улицы, хотя память о тех бурных месяцах никуда не делась. Как оказалось позже, это была лишь первая попытка переустроить жизнь в регионе на новый лад.
Болгария
В начале шестидесятых болгарский лидер Тодор Живков всерьез загорелся идеей превратить свою страну в шестнадцатую республику СССР. Это не были просто кулуарные разговоры, вопрос обсуждали на закрытых заседаниях компартии, а бумаги с официальными предложениями отправлялись прямиком в Москву. Для Живкова такой маневр стал бы идеальной страховкой, гарантирующей ему пожизненную власть под крылом сильного соседа. Он искренне верил, что за Болгарией потянутся и другие страны соцлагеря.
Однако в 1963 году Никита Хрущев инициативу не оценил. Советский генсек прямолинейно отшутился про желание болгар поесть бесплатной свинины за счет Союза. Были и более прагматичные причины: Москва совсем не горела желанием брать на себя старые долги и репарации Софии перед греками. Прошло десять лет, и Живков снова попытался поднять эту тему, но уже при Брежневе.
Леонид Ильич тоже вежливо ушел от ответа, ограничившись знаменитой фразой про курицу, которая не птица.
"Курица - не птица, Болгария - не заграница"
Так Болгария и осталась самым близким, но все же заграничным партнером, сохранив формальную независимость на политической карте мира. Настойчивые просьбы болгарского руководства остались в архивах как любопытный пример того, насколько далеко могла зайти интеграция в те годы.
Монголия
Монголия начала стучаться в двери северного соседа еще при Николае II, когда в 1911 году делегация из Улан-Батора просила Петербург о протекторате ради спасения от китайского влияния. Царское правительство тогда проявило осторожность, но уже через десять лет ситуация в корне изменилась. В 1921 году страна официально выбрала социалистический путь, став вторым государством в мире с такой идеологией.
Весь советский период Монголию негласно называли шестнадцатой республикой, и это было похоже на правду. В годы войны монголы отправили на фронт более полумиллиона лошадей и эшелоны с мясом, спонсировали постройку танков и самолетов. Казалось, официальное слияние - лишь вопрос времени.
Однако Москва видела в этих степях прежде всего удобный буфер между собой, Японией и Китаем. После 1945 года Сталин и его преемники понимали, что прямое поглощение Монголии окончательно рассорит их с Мао Цзэдуном. Советское руководство решило не злить Пекин и ограничилось ролью старшего брата без официальных штампов в документах.
К 1990 году, когда стало ясно, что Союз доживает последние дни, в Монголии свернули социалистический проект. Сегодня там живет около 3,3 миллиона человек, а старые мечты об общем государстве остались в прошлом, хотя разговоры о возможном сближении с Россией нет-нет да и всплывают в политических дискуссиях.