Позднюю осень Варвара всегда считала самым тоскливым временем года. Ей было невыносимо видеть, как пёстрый ковёр из листьев, ещё недавно радовавший глаз буйством красок, превращается в однородную грязно-бурую массу. А бездонное синее небо, в котором хотелось раствориться, затягивалось тяжёлыми, словно траурными, тучами. Эти тучи то роняли на землю мелкие скупые слёзы по ушедшему лету, то, словно готовясь к новому потопу, обрушивались мощными потоками ледяного ливня. Однако в этот год она словно перестала замечать непогоду. Каждое утро девушка просыпалась с ощущением переполняющего её счастья, а засыпала с улыбкой, твёрдо зная, что и следующий день подарит ей только радость. Виновником такого приподнятого настроения был Илья. Он ворвался в её жизнь полгода назад и заставил взглянуть на окружающий мир совершенно иначе.
Тридцатидвухлетнего Илью без всяких сомнений можно было назвать человеком успешным. Он шёл по карьерной лестнице уверенно, без чьей-либо протекции, и уже занимал должность начальника отдела в крупном конструкторском бюро. Недавно он купил двухкомнатную квартиру и ездил на работу на собственной машине. Но самое главное, что было для него дороже любых материальных благ — у него были любящие и понимающие родители, которые всегда его поддерживали.
— Остаётся, как говорится, родить тебе сына, — шутила мать за семейными обедами, прозрачно намекая на его холостяцкую жизнь. — А для этого сначала нужно жениться.
— Конечно, мама, как скажешь. Я же у тебя послушный сын, — отвечал Илья на шутку, но по его выражению лица Татьяна Павловна сразу поняла, что в жизни сына кто-то появился.
Как женщина мудрая, она не стала торопить события и устраивать ему допрос. «Всему своё время, — подумала она. — Захочет — поделится, сам всё расскажет».
С Варварой Илья познакомился на работе. По традиции в начале марта руководство организовало праздничный вечер в загородном клубе, и в каком-то дурацком конкурсе они оказались в одной команде. Потом он пригласил девушку на танец, а под конец вечера искренне удивлялся, как это он до сих пор жил без неё. Молодые люди настолько хорошо понимали друг друга, что с лёгкостью угадывали желания, ещё не высказанные вслух.
От Варвары Илья узнал, что она тоже живёт одна и что её отец умер шесть лет назад. На вопрос о матери она сначала помолчала, а потом ответила уклончиво:
— Её давно нет в моей жизни.
Поняв, что эта тема ей неприятна, Илья больше не возвращался к ней.
В октябре влюблённые успели вскочить в последний вагон уходящего бабьего лета и съездили на море, где под шум волн и фееричный звёздопад он сделал Варваре предложение. Девушка, конечно же, с радостью согласилась стать его женой.
К знакомству с семьёй будущего мужа Варвара готовилась очень тщательно. Она перемерила перед зеркалом все свои наряды, но один за другим их откладывала: то платье казалось ей слишком легкомысленным, то костюм больше напоминал униформу, то в одежде не хватало какой-то изюминки. В конце концов она остановила выбор на бирюзовом шёлковом платье, которое подчёркивало красоту её необычайно ярких глаз. Цветы для матери мужа она заказала заранее, долго продумывая композицию, чтобы она не выглядела стандартной. Теперь букет из пионовидных роз, хризантем и эвкалипта дожидался своего часа в огромной вазе. Отцу Ильи она решила подарить традиционный мужской подарок — бутылку элитного коньяка.
Когда Варвара, уже полностью готовая, открыла дверь жениху, он притворно зажмурился и с восхищением произнёс:
— Разве можно быть такой обворожительно красивой?
Варвара улыбнулась комплименту и спросила с лёгким волнением:
— Как думаешь, я понравлюсь твоим родителям?
— Ты сомневаешься? Тогда взгляни на себя в зеркало, — усмехнулся Илья.
Татьяна Павловна и Павел Иванович встретили гостей вместе в коридоре. Вообще все серьёзные семейные дела они всегда решали сообща. Будущая свекровь тепло обняла Варвару, и в её жесте не было ни капли наигранности. Варвара ответила на объятие, но потом неожиданно застыла на месте. Её взгляд упал на кулон, который висел на шее Татьяны Павловны. Она с трудом заставила себя отвести взгляд и, выдавив улыбку, постаралась взять себя в руки.
— Что-нибудь не так? — с тревогой спросила хозяйка дома, заметив её замешательство.
— Нет-нет, всё в порядке, просто я немного растерялась, — опомнилась Варвара и поспешила улыбнуться, чтобы сгладить неловкость.
Возникшее напряжение тут же рассеялось, и все прошли в комнату.
За столом царила та тёплая и уютная обстановка, которая бывает только между действительно близкими людьми. С первой же минуты в доме родителей Ильи Варвара почувствовала себя своей, словно была знакома с будущими родственниками уже много лет. Наверное, Илья предупредил родителей о том, что история с её матерью — больная тема, поэтому вопросы об этом обходили стороной. В основном говорили о предстоящей свадьбе, о том, куда молодые собираются в свадебное путешествие и где планируют жить после регистрации. Однако Татьяна Павловна время от времени замечала, как взгляд Варвары невольно останавливается на её украшении, и тогда на лице девушки появлялось выражение тревоги и озадаченности.
«Неужели невесту сына что-то связывает с той женщиной, которая много лет назад внезапно появилась в нашей жизни и так же бесследно исчезла?» — подумала она, но старалась не подавать виду, что заметила тревогу гостьи. «Всё тайное когда-нибудь становится явным», — успокоила она себя этой банальной истиной и продолжила беседу.
Илья, глядя на самых любимых и дорогих ему женщин, чувствовал себя абсолютно счастливым. Он видел, что невеста и мать понравились друг другу, а значит, между ними сложатся хорошие отношения. Мягкий и добрый взгляд отца выражал полное одобрение выбору сына.
— Надеюсь, что теперь вы с Ильёй будете приходить к нам только вместе, — сказала на прощание Татьяна Павловна.
— С радостью, — искренне ответила Варвара. — У вас дома так хорошо и тепло.
Когда дверь за молодыми людьми закрылась, Павел Иванович посмотрел на жену и с удовлетворением произнёс:
— Кажется, эта девочка сделает Илью счастливым.
— Мне Варвара тоже очень понравилась. Открытая такая. Видно, что всё говорила искренне.
— Только что? — перебил её муж с лёгкой насмешкой. — Неужели опять твои опасения, что у нашего сына нет глаз и ушей, и он выбрал в жёны непонятно кого?
— Нет, Павел, дело не в этом. Ты обратил внимание, как Варвара разглядывала этот кулон? — спросила она, нежно кладя руку на плечо мужа.
— Ну, смотрела. Понравилась игрушка. Что тебя в этом беспокоит? — удивился он.
— Ты не понимаешь. Так смотрят на вещь не тогда, когда она просто понравилась, а когда её узнают, — с уверенностью ответила Татьяна Павловна.
— Ты думаешь? — догадался Павел Иванович, вспомнив о давнем происшествии.
Татьяна Павловна утвердительно кивнула.
— Но не нужно торопить события. Не будем ничего расспрашивать у Варвары. Вдруг мы ошибаемся? Да если что-то и связывает её с этим кулоном, мы же ничего толком не знаем о той женщине.
— Хорошо, давай сегодня не будем об этом думать, — поддержал жену Павел Иванович. — Ведь сегодня такой хороший вечер. Видно же, что наш сын счастлив. Что нам ещё нужно?
Он нежно взял жену под локоть, проводил в гостиную, разлил по бокалам вино и, глядя на неё с любовью, произнёс:
— За нас, за наше спокойное, тихое счастье.
— За нас, — эхом отозвалась Татьяна.
В эту ночь Варваре не спалось. Она вспоминала прошедший вечер, и на душе становилось удивительно тепло и спокойно, словно она давно искала близких людей и наконец оказалась рядом с ними. Варвара ворочалась с боку на бок, но сон не шёл. Время от времени перед глазами снова всплывал тот самый кулон, и тогда её мысли уносились в далёкое прошлое.
Пятнадцать лет назад семья Степановых жила в небольшом городке на Дону. Варвара вспоминала, как по утрам отец приносил ей с рыбалки нежные водяные лилии или пахнущие абрикосами кувшинки, как брал её с собой в лес за грибами, как учил кататься на велосипеде. А ещё она помнила, как впервые в жизни подралась с соседскими мальчишками, когда услышала, что они называют её любимого папочку старым дедом. До того дня она как-то не замечала, что Георгий Михайлович намного старше своей жены Лидии.
Мать же в воспоминаниях Варвары прочно ассоциировалась с праздником. Она всегда была занята, целыми днями пропадая в городе, но то редкое время, что она уделяла дочери, превращалось в яркое шоу. Лидия любила появляться с нарядной Варварой на разных мероприятиях, выставляя напоказ свою заботу и любовь, часто устраивала фотосессии счастливой семьи, чтобы потом выложить снимки в социальных сетях.
— Как тебе повезло с мамой! — восхищались подружки, побывав у Варвары в гостях. — Она у тебя такая весёлая и добрая, всегда нас так любезно встречает.
— Конечно, жалко только, что у неё всегда много дел и совсем мало времени, — с гордостью отвечала девочка, не замечая скрытой горечи в этих словах.
Однажды Варвара случайно подслушала разговор между родителями. Она возвращалась из школы раньше обычного и уже хотела войти в гостиную, как услышала голос отца, звучавший непривычно строго.
— Ты совсем не думаешь о дочери. У неё же скоро день рождения, десять лет. Это серьёзная дата. Ты должна быть с семьёй, — говорил Георгий Михайлович.
— Семьёй? — голос матери звенел от раздражения. — Ты считаешь, что у нас есть семья? Наверное, ты забыл, что я тебе обещала только родить ребёнка, а моя личная жизнь остаётся моей личной жизнью.
— Но ведь Варвара расстроится. Ты о дочери подумала, — настаивал отец.
— Она сама всё поймёт, когда немного подрастёт. В общем, я еду на отдых.
— А чего же ты так устала, что готова бросить Варвару в день рождения? — голос Георгия Михайловича становился всё громче, в нём чувствовалась закипающая злость.
— От рутины, от однообразия, от тебя наконец. Я хочу жить, понимаешь? Жить полной жизнью, а не прозябать с тобой рядом, — не сдавалась Лидия.
— Но мы могли бы поехать все вместе на море и отметить день рождения Варвары, — пытался найти компромисс Георгий Михайлович, в его голосе уже слышалась мольба.
— Ты прекрасно понимаешь, что я еду не одна, — спокойно, с ледяным равнодушием, сказала Лидия и вышла из комнаты, оставив мужа одного.
Варвара едва успела убежать в свою комнату и спрятаться, чтобы не выдать своего присутствия. Звуки разговора всё равно доносились до неё. Она долго сидела на кровати, пытаясь осмыслить услышанное, но её детский ум никак не мог понять главного: почему мать в её день рождения предпочла проводить время с кем-то другим, а не с ней.
— Котёнок, давай попрощаемся, — как ни в чём не бывало, сказала Лидия, заходя к ней в комнату перед отъездом. — Я уезжаю ненадолго, но обещаю привезти тебе много подарков. Не скучай тут без меня и слушай папу.
— А как же мой день рождения? — спросила девочка, с трудом сдерживая слёзы, всё ещё надеясь, что мать одумается и останется.
— А праздник организует папа, — с беспечной улыбкой ответила Лидия, а потом, взглянув на мужа, добавила с неприкрытым раздражением: — Он у нас мастер по организации чужой жизни.
Детским сердечком Варвара чувствовала, что между родителями происходит что-то плохое и страшное. Она никогда раньше не слышала, чтобы они так ругались, но в последнее время ей казалось, что привычный и надёжный мир рушится безвозвратно.
Последний раз в своей жизни Варвара видела мать через месяц, когда та вернулась с отдыха. Лидия действительно привезла дочери много подарков, но не стала разглядывать их вместе с ней, как бывало раньше, а просто высыпала всё на кровать в детской.
— Ты пока разбирайся, малышка, а нам с папой нужно серьёзно поговорить, — сказала она и ушла с Георгием Михайловичем в кабинет.
Варвара сначала хотела тихонько подойти к двери и послушать, о чём говорят взрослые, но какая-то неведомая сила остановила её. Она осталась в комнате, но слова, долетавшие из кабинета, всё равно звучали достаточно громко.
— Пришло время платить по счетам, — произнесла Лидия ледяным тоном. — Ты обещал, что мы расстанемся без всяких проволочек. Мои годы идут, и я хочу быть свободна и счастлива.
— Лида, но почему сейчас? Мы же договаривались, что ты уйдёшь сразу после рождения дочери, но ты сама захотела остаться. Даже говорила, что полюбила меня, — без всякой надежды прошептал Георгий Михайлович.
Лидия рассмеялась, словно муж произнёс самую глупую шутку в сложившейся ситуации.
— Ты действительно поверил, что я в тебя влюбилась? Да мне идти было некуда. А те деньги, что ты мне заплатил за рождение Варвары, быстро бы закончились. И что тогда? Снова становиться инкубатором для одинокого мужика? Нет, уж теперь тебе придётся раскошелиться и поделиться со мной. Мы ведь прожили в законном браке десять лет.
— И что ты собираешься делать? — спросил Георгий Михайлович спокойным, почти отстранённым тоном.
— Жить, жить долго и счастливо с любимым и любящим человеком на побережье. У него там коттедж. Тебе, наверное, не дано этого понять. В общем, мне нужен развод и раздел имущества.
Георгий Михайлович помолчал, словно хотел сказать ещё что-то, потом махнул рукой и произнёс:
— Хорошо, я дам тебе развод и согласие на раздел имущества. Только давай не впутывать в это Варвару. Пусть ты останешься в её памяти доброй феей, которая, к сожалению, редко оказывалась рядом.
Такое быстрое согласие мужа немного насторожило Лидию. Неужели она совсем скоро станет свободной и богатой женщиной и сможет начать новую жизнь? Ведь ей всего тридцать, впереди самые лучшие годы.
В тот день она уехала в областной центр, где в гостинице её ждал мужчина её мечты — черноглазый брюнет Виктор, с которым она встречалась уже почти год и который наконец сделал ей предложение.
— Как всё прошло? — спросил он, едва Лидия переступила порог номера.
— Даже лучше, чем я ожидала, — ответила она, сияя. — Георгий согласился на развод и на раздел имущества.
— Согласился без сопротивления и оговорок? — удивился Виктор, в его голосе послышались настороженные нотки.
— Да, — торжествующе произнесла Лидия.
«Либо он махровый дурак, либо здесь дело нечисто», — промелькнуло в голове у Виктора, но он не стал высказывать свои сомнения вслух.
— И что же тебе перепадёт? — спросил он как бы невзначай.
— Я точно не знаю, ну, наверное, половина акций его фирмы, деньги какие-то, автомобиль, на котором я езжу, — с уверенностью ответила Лидия, нисколько не сомневаясь в своём будущем. — Георгий, конечно, не олигарх, но денежки у него водятся. Он никогда и ни в чём мне не отказывал. Но ты же не из-за денег хочешь на мне жениться?
— Конечно, нет, дорогая, но с деньгами наша жизнь будет гораздо ярче. Я ведь тебе рассказывал, что у меня с бизнесом сейчас временные трудности, — мягко сказал Виктор, поглаживая её по голове.
Позже, глядя на спящую Лидию, Виктор размышлял: «А ведь хороша, чертовски хороша. Даже жаль будет расставаться, когда всё закончится. Нужно будет поручить хорошему адвокату вести бракоразводный процесс, чтобы урвать всё, что только возможно. Она наивная, наверное, и вправду думает, что этот папик просто так отдаст ей всё на блюдечке с голубой каёмочкой».
Через три дня Лидии позвонил Георгий Михайлович. В его голосе чувствовалась робкая надежда.
— Лида, ты не передумала? — спросил он. — Варвара очень скучает по тебе.
— Нет, я не передумала. Я наконец-то счастлива, — отрезала она.
— Ну что ж, думаю, тогда нам обсуждать больше нечего. Мой адвокат свяжется с тобой и объяснит, на что ты можешь претендовать. Наверное, тебе лучше тоже найти своего представителя, который будет вести дело, — ответил Георгий.
— Да что тут объяснять? — удивилась Лидия, не скрывая своего возмущения. — Мне полагается ровно половина. Я это точно знаю.
— Конечно, полагается. Только вот от чего половина? — горько усмехнулся Степанов и отключил телефон, не дожидаясь ответа.
— Это твой бывший? — поинтересовался Виктор, наблюдавший за её реакцией. И, дождавшись утвердительного кивка Лидии, продолжил: — И что он сказал?
— Предлагал всё начать сначала, но я лишь посмеялась в ответ, — с торжеством в голосе ответила она.
— Меня интересует, что он сказал по поводу раздела имущества, — спросил Виктор с раздражением, теряя терпение от её легкомысленности.
— Ну, милый, не стоит сердиться, — промурлыкала Лидия, обвивая его шею руками. — Ты ведь понимаешь, что передо мной не может устоять ни один мужчина. Наши договорённости остались в силе.
Продолжение: