Накануне Серёжа оделся и вышел. Сказал только — к маме. Дверь закрылась, и я осталась на кухне с недопитым чаем и ощущением, что что-то кончилось. Не поняла тогда — что именно. Легла спать. Смотрела в потолок.
В половину восьмого в замке повернулся ключ.
Я стояла у плиты. Услышала — и не двинулась. Просто ждала, кто войдёт.
Валентина Степановна прошла мимо меня в кухню, не останавливаясь. Поставила сумку на стол. Придвинула к себе мой стул у окна и села — основательно, по-хозяйски, как садятся люди, которые давно решили, что здесь всё их.
— Нам надо поговорить.
Я смотрела на её спину, пока она устраивалась, и думала об одном: хорошо, что я успела.
Три дня назад я кое-что сделала. Она не знала.
Поставила перед ней чашку. Каркадэ — она всегда просила каркадэ. Семь лет я это помнила. Ни разу она не спросила, как я.
— Ира, — начала она, — ты умная женщина.
Всегда так начинала трудные разговоры. Я взяла свою чашку. Кофе давно остыл.
— У вас нет детей. Восемь лет — и нет. Ты понимаешь, что это говорит о семье?
Я смотрела на её кольцо. Не отвечала.
Семь лет я вот так молчала. Думала — он же видит, в конце концов скажет ей что-нибудь. Не сказал. Я уговаривала себя: характер такой, надо потерпеть, всё образуется. Ничего не образовалось. Просто однажды я перестала ждать.
— Серёжа сказал, что устал. Что рядом с тобой ему тесно. Его слова.
Я кивнула.
— Квартира оформлена на меня. Ты знаешь об этом. Я просто хочу, чтобы ты понимала ситуацию.
Вот оно. Ради этого она и приехала. Плечи чуть расправились — человек, который сказал главное.
Я встала. Прошла в прихожую. Открыла верхний ящик комода.
За спиной она молчала. Я слышала эту тишину — плотную, довольную. Достала белый конверт. Вернулась. Положила на стол.
— Это вам.
Она взяла конверт. Вытащила листок. Читала.
Лицо менялось не сразу. Сначала просто внимательное — человек читает бумагу. Потом что-то дрогнуло в районе рта. Потом она подняла на меня глаза, и я увидела там не злость — растерянность. Настоящую, не разыгранную.
Расписка. От руки, тетрадный лист в клетку. Её почерк, её подпись. Она брала деньги у моих родителей — большую сумму, по тем временам очень большую. Три подписи внизу. И строчка: «обязуюсь вернуть по первому требованию».
Требования не было.
Родители ушли — с разницей в год. Я разбирала папины вещи одна, в ноябре, в нетопленой квартире. Нашла этот листок в папке с надписью «важное». Держала в руках. Не знала, что с ним делать. Убрала в ящик. Думала: может, не надо. Может, пронесёт.
Не пронесло.
Три дня назад я отнесла расписку юристу. Он посмотрел документы и сказал: серьёзная сумма. Сказал, что дальше — его работа, мне можно не приходить.
— Это было давно, — сказала она. Тихо, не своим голосом. — Твои родители никогда не… я думала, они…
— Что — они?
Она не ответила. Смотрела в стол.
— В конверте второй лист. Там сумма и контакты.
— Ира. — Пауза. — Серёжа не простит. Ты понимаешь, что ты делаешь.
— Вы приехали в половину восьмого утра, — сказала я. — Серёжиным ключом открыли дверь. Объяснить мне, что здесь не моё место. Я ответила.
Она молчала. Листок лежал перед ней на столе. Она смотрела на него, потом куда-то мимо окна, потом опять на стол — но уже не на листок, просто в одну точку.
— Зачем.
Не вопрос — выдох.
Я не ответила.
Она встала. Взяла сумку. Конверт оставила — не забыла, я видела, просто не взяла. Как будто не смогла.
Дверь закрылась тихо. Аккуратно. Без хлопка.
Я вымыла обе чашки. Поставила сушиться. Подумала мельком: каркадэ больше покупать незачем. Смотрела в окно — она шла через двор быстро, голова опущена, сумка на сгибе локтя. За семь лет я никогда не видела её такой.
Серёжа приехал вечером.
Зашёл в коридор и встал. У двери стоял его синий чемодан — тот, что мы брали на море пять лет назад.
— Мама позвонила. — Он говорил в сторону, не на меня. — Что ты с ней сделала, Ира.
Не — что она со мной делала семь лет. Что я с ней сделала за один день.
— Час, — сказала я. — Остальное собери сам.
Он стоял. Я видела — ждёт чего-то. Может, что заплачу. Может, что начну объяснять. Прошла мимо него на кухню. Включила чайник.
Через час дверь закрылась.
Я не подошла к окну.
