Рита смотрела на Наталью огромными глазами. Ну чего вылупилась? Будешь тут жить. Доктор сказал, что нужен свежий воздух. Вот надышишься.
Одна девочка испуганно осматривала незнакомую обстановку. Её, конечно, и обстановкой-то назвать сложно было. старый дом, старые ободранные стены, продавленный диван и грязный пол.
Наташа этот дом купила по случаю, можно даже сказать случайно. Вот как появилась такая интересная возможность, сразу поняла, дом ей этот нужен и зачем нужен, тоже мысли пришли сразу.
Причём после похорон мужа отцариты прошло всего-то пара недель, но Наталья порядком надоело присматривать за больной девчонкой. Она, вообще-то, не собиралась быть сиделкой пожизненно, пусть даже и за деньги.
А Марат тоже учудил. Все деньги Рити, а она всего лишь опикон. Как будто и не были они в браке. Ей содержание как зарплату. Да она такие деньги за один вечер тратила.
Ну ничего. Он посмеялся над ней. Она ему ответит: "Пусть перевернётся там, в гробу".
Наташа посмотрела на часы. Ну и где эта женщина? Они договорились, что она приедет к трём, а уже без пяти.
И тут Наталья услышала звук подъезжающей машины, какой-то очень громкий. И что это за авто? Наталья вышла на улицу, усмехнулась.
Ну, конечно. Что ещё могло быть? Старый Жигулёнок. Она подумала, что таких сейчас и нет, но, похоже, один всё-таки остался.
Из машины вышла женщина на вид лет 35, а там кто её знает? Наталья знала о ней немного. Когда-то жила, вроде даже работала и замужем, а потом села в тюрьму. Там провела 6 лет и недавно освободилась. умеет никому ничего не рассказывать, согласна на любую работу.
Здравствуйте.
Здравствуйте. Значит, так. Вот дом, там, внутри Рита. У неё неизлечимое заболевание. Ну то есть осталось только ждать. Это деньги на ваше житьё. Там вам хватит и перехватит, а мне заниматься и некогда. Когда всё закончится, просто позвони.
А вы не зайдёте с ним попрощаться?
Попрощались уже. Не люблю телячей нежности.
Наталья легко слетела по ступенькам.
А, чуть не забыла. Иди сумку забери. Я по дороге в магазин заезжала, что-то там покидала из продуктов.
Женщина подошла, взяла тяжёлую сумку. Наташа действительно вспомнила о том, что Рите и этой зечке что-то есть нужно, пока освоится.
Звонить мне только в самых крайних случаях. Ну, поняла, в каких.
Наталья села во внедорожник, на котором раньше ездил муж, и рванула с места.
Ну всё, она свободна. Избавилась от всех проблем и от всех препятствий к счастливой жизни. Наконец-то.
Как же долго она к этому шла. Как долго искала какого-нибудь богатенького, желательно больного или без головы, и чтоб по волоску ходил? А уж потом помочь порваться волоску она всегда сможет.
Марат был безбашенным, но очень любил свою дочь. Дочь всё усложняла, но только до того момента, пока Наталья не узнала, что та очень больна.
Смерть папы усугубила болезнь. Врачи разводили руками.
Остаётся надеяться лишь на чудо. Больше тепла, больше внимания и, возможно, ситуация улучшится.
Наташа кивала со скорбным видом, а про себя думала: "Ну, конечно, все условия для того, чтобы поскорее"
Вероника проводила взглядом машину, вздрогнула: "В доме ребёнок один", - быстро вошла.
На диване сидела худенькая, почти прозрачная девочка. Она смотрела на неё огромными испуганными глазами.
Привет, меня зовут Вероника, а тебя?
Рита.
Ну чего ты так испугалась? Не нравится тебе здесь?
Девочка отрицательно мотнула головой.
Вероника ласково улыбнулась.
Мне тоже. Поэтому сейчас поужинаем и будем спать, а завтра начнём грандиозную переделку. Будем наводить порядки и делать красоту. Согласны?
Глаза Риты, казалось, стали ещё больше.
А я смогу?
Ну, конечно, сможешь. У нас будет много работы. Видишь, какое тут всё противное. Всем дело найдётся.
Рита несмело, едва заметно улыбнулась.
Хорошо. Кушать хочешь?
Вероника выставляла на стол всё, что было в сумке. Конечно, подходящей еды для ребёнка было немного, но она сейчас что-нибудь сообразит. Когда-то у неё тоже был ребёнок.
Через полчаса она осторожно помогла Рите перейти к столу.
Ну что, будем кушать? Нам с тобой нужно много сил, чтобы завтра всё сделать.
Девочка посмотрела в тарелку, потом подняла на неё глаза.
А папа больше никогда-никогда не придёт?
Вероника вздохнула.
Солнышко, я могла бы тебя обмануть, но не буду. Папа всегда будет рядом с тобой, будет тебя оберегать, следить за твоими успехами, но увидеть его ты не сможешь. Но если будешь думать о нём, он будет счастлив, а если будешь радовать успехами, вдвойне счастлив.
Вероника боялась, что малышка расплачется, но та только кивнула.
Хорошо. А если я буду хорошо кушать, папа тоже будет радоваться?
Конечно. Он очень хочет, чтобы ты поправилась.
А Наташа сказала, что я не поправлюсь и пойду следом за папой.
Вероника даже зажмурилась.
Эх, треснуть бы этой Наташе как следует.
Она перестелила постель. Благо у этой страноватой дамочки хватило ума привести вещи Риты, ну и заодно её постельную.
А ты можешь лечь со мной? Мне страшно.
Ну конечно, не переживай, я буду рядом.
Рита быстро засопела, а Вероника лежала, и слёзы медленно катились по её щекам.
Несколько лет назад она была мамой, женой, человеком. А потом всё рухнуло в один миг.
В машину мужа въехал пьяный. Муж попал в больницу, и их маленькая дочка скончалась, даже не доехав до больницы.
Виновник спрятался от них, да Вероника особо и не искала. Она вообще превратилась в пустоту.
Суд постоянно откладывали. Состоялся он только через полгода. И Вероника проснулась, когда судья, отведя глаза, заявил, что муж Вероники виноват сам. Он нарушил правила. То есть не пьяный водитель, а трезвый человек, который осторожно ехал с ребёнком.
Виновник смотрел на неё и улыбался.
Она ждала недотолка, всего несколько дней. Он вышел из дома, пошёл к пивному ларьку. Вероника завела машину.
ту саму, в которую он въехал. Её подремонтировали совсем чуть-чуть, сказали чисто на продажу. Ну, ей этого хватит. Она до упора вдавила газ в пол.
Он увидел её слишком поздно.
Был суд.
Дело получило широкую оглазку, а решение того суда отменили, но её это не спасло.
Мужик не погиб, но помяла она его изрядно и уже из тюрьмы подала на развод. Не хотела обременять Пашку собой, не связывала их ничего больше.
Любовь похоронили вместе с Сашенькой.
Ты плачешь? Вероника вздрогнула. Она и не заметила, как девочка проснулась.
Да это я так. А ты чего не спишь? Болит что-нибудь?
Да нет, просто почувствовал, что тебе плохо.
Эх ты! Вероника повернулась, прижала к себе девочку и укрыла её.
Ну надо же. Она знает ребёнка всего несколько часов, а оказалось, как будто всегда знала.
Ей снился Паша. его глаза, когда он приезжал к ней на свидание, уже после того, как она с ним развелась, он сидел, опустив голову, и тихо говорил: "На твоём месте должен был быть я, не мужик я". И больше они не виделись.
Он приезжал пару раз, но Вероника отказывалась от свиданий. Её соседки по камере крутили пальцем у виска. Вот ненормальная. Да не пофиг ты с кем, а главное, чтобы не в камере.
Она тихо плакала ночью, держалась. Он очень давно не снился ей, а вот сегодня приснился.
Проснулась снова, вся в слезах.
Рита спала. Личко нахмурено, губы поджаты.
Вероника укрыла её, поднялась.
Хорошо хоть плита газовая была, да и газа сколько-то плескало в балоне.
Каша как раз была готова, и чайник закипел, когда она услышала голосок Риты.
Доброе утро.
Доброе утро. Будем умываться и завтракать.
А я не хочу кушать.
Я понимаю, что не хочешь, но мы же с тобой договаривались, не будем расстраивать папу.
Девочка вздохнула, села.
Вероника видела, насколько она худенькая и слабенькая.
А давай-ка я тебе помогу.
К обеду они только и смогли что покушать, вымыть посуду, сходить во двор и вернуться.
Ну, пора приниматься за работу.
Рита отчаянно зевала.
Так, ты давай-ка ложись, а я пока планчик составлю, что делать будем.
Девочка кивнула, рухнула в подушке и сразу уснула.
А Вероника вытащила из сумки историю болезни, которую Наташа положила на случай, если ребёнок умрёт, чтобы вопросов не было.
Всё, что смогла, запомнила, а ночью долго читала в телефоне то, что могла найти.
Все твердили одно: болезнь не лечится, но может отступить, если сам организм этого захочет, а значит, они должны его заставить.
Через 3 дня дом просто сиял чистотой.
Через неделю чистота была во дворе и перед домом.
Вероника перезнакомилась с пожилыми соседями, и они были уверены, что Рита её дочь.
Вероника пыталась сначала объяснить, но потом бросила.
Кто-нибудь из них обязательно приходил к ним раз в день, и Вероника даже подозревала, что они устроили какое-то дежурство, чтобы ни одного дня без чего-то вкусного и полезного для Риты.
А уж как девочка им радовалась.
Старики знали просто несчётное количество сказок, прибауток, всяких легенд.
И Вероника верила, что Рита как будто расцветала, стала сама садиться, ждала обед и даже иногда просила яблока или молочка.
Хорошо, что в деревне оказался небольшой магазинчик, а на лето к приезду дачников его основательно затаривали, так что проблем с фруктами не было.
Хотя соседи приносили яблоки с чердака, ничем не хуже магазинных, а даже вкуснее.
Прошёл месяц.
Вероника теперь даже не понимала, как она жила раньше без Риты.
И самым страшным для неё теперь было расставание с ней.
Они сели на крылечке, листали книжку с картинками, тоже бабушке принесли целую кучу.
И тут скрипнула калитка.
Здравствуйте!
Вероника медленно подняла голову.
Ты? Откуда ты здесь?
Рита с интересом смотрела на мужчину, который вошёл в калитку, не старый, с большой сумкой.
Ник, я не уйду. Прогонишь, значит, буду жить прямо с той стороны забора.
Ритта, видя состояние Вероники, поспешно сказала:
Проходите, меня Рита зовут, а вас?
А я Павел. Очень приятно.
Прошёл год.
В каком смысле отклонено?
Наташа удивлённо смотрела на продавца в бутике. Она часто покупала тут вещи, и её всегда облизывали с ног до головы. А сегодня карта показала, что денег недостаточно, и продавца в ту же секунду как будто подменили.
Простите, но у вас нет денег, чтобы заплатить за то платье. Посмотрите что-нибудь подешевле.
Наташа чуть не взорвалась, но привлекать внимание к такой проблеме не хотелось.
Она выскочила на улицу, села в машину и направилась к банку.
Какого чёрта, Наталья Николаевна? Успокойтесь. Вы находитесь в общественном месте. На вашу карту больше не приходит содержание.
Интересно, и кто это так решил?
Ваш покойный супруг. Содержание вам должно было выплачиваться только в том случае, если вы исправно выполняете свои опекунские обязанности, а вы их, увы, не выполняете вообще.
Я… Да я наоборот…
Вы меня извините, но каждый год специальная комиссия всё должна проверять. На вашу карту деньги больше переводиться не будут. И дом вам тоже придётся покинуть.
Он, по завещанию принадлежит Маргарите.
Да она же не жилец.
Ну это уж решать не нам с вами.
Наталья выскочила из банка, как ошпаренная, прыгнула в машину и рванула в ту самую деревню, где когда-то оставила девчонку и зечку.
Но неужели Рита до сих пор жива? Как-то закрутилась она, даже не вспоминала про неё.
Она не сразу узнала тот дом, как будто новый стал. Всё так чистенько, аккуратненько, цветы растут.
Эй!
Наташа забарабанила рукой в ворота. Их, кстати, тоже не было.
На крыльцо вышла Вероника, а потом выбежала на своих ногах Рита.
Это… это как вообще? Я тебя зачем нанимала?
А чтобы ты её…
Вероника двинулась к воротам.
Уезжайте. Не нужно нервировать ребёнка. Уезжайте.
Ну уж нет, я за ней. Пока она не со мной, мне деньги не дают. Так что, Рита, собирайся. Да и ты тоже проваливай. Дом куплен мной.
Но вообще-то на деньги папы Риты. Так что дом принадлежит ей, и она никуда не поедет. Как раз сейчас проходит процедура лишения вас опекунства.
Да ты…
Наташа замахнулась на Веронику, но кто-то перехватил её руку.
Это был Павел. Он возвращался из магазина. С тех пор, как Ника забеременела, он не давал ей и килограммчика поднять.
Женщина, езжайте, откуда приехали, пока я полицию не вызвал.
Наталья высвободила свою руку.
Вы всё попомните. Всё, я вам всем устрою.
Правда, ничего она сделать уже не успела. У города её встретили полицейские.
Машину, на которой она ехала, объявили в розыск, так как она была больше не опекон, и муж ей ничего не оставил.
Пришлось вызывать такси. Правда, рассчитаться за него было нечем, потому что деньги просто-напросто кончились.
В итоге её отвезли в отделение.
Ну а Рита счастливо обнимала маму Веронику и папу Пашу.