Трудности без ног и надежда
- У нас в сорок третьем мужичок без обеих ног поступил, - вспомнила свою историю тётя Зоя. - И вот всё у него нормально, должен на поправку идти, а он чахнет. Худеет. Не ест. Не пьёт.
- То тот, шо сопли мазал? - вклинился в рассказ дед Федул, они же с тётей Зоей в одном госпитале служили. - Мяне главврач к няму посылал, шоб рассказать, шо без ног жить можно. А он всё одно по тому: лучче б убили, кому я тяперича такой обрубок нужОн.
Ну, я и вспылил, каюся. Говорю яму: не хотишь жить и хрен с тобой, помирай, я те обрубку гроб из обрезков сколочу! Чуть на пол в палате не плюнул, со злости-та. И ушёл. Надо же какой чаловек, нуднай!
- Да, он. Смотрю, а он в тумбочке письма прячет, иной раз достанет, перечитывает и убирает. Сам ни кому не пишет, ну и писем, естественно, не получает. Его на перевязку увезли, а я в его тумбочку, а там письма и от родителей, и от жены, и дети ему его письма писали. А он молчит, мол не нужен ни кому. Я взяла, да супруге его написала, мол так и так, всё как есть сообщила. Через неделю, примерно, врывается фурия такая, гром баба. Кровь с молоком, вот такая точно коня на скаку остановит, а то и в телегу запряжёт.
Номер палаты узнала и туда, а я за ней, ведь пришибёт, не ровен час. Он её в дверях увидел: Ой, Аннушка.
А она ни слова, ни пол слова не говоря, как даст ему по щеке, он чуть с кровати не слетел: за что? А она по второй, да так звонко получилось, аж у меня в ушах зазвенело.
Она руки в боки упёрла, и говорит: Ты, ежели, в любовь мою не верил, так зачем замуж звал?
И третью пощёчину отпустить хотела, но тут уж он её руку перехватил, к себе притянул. Они так целовались, что аж мужики в палате засмущались, отвернулись.
И всё, мужчина ныть перестал, на поправку пошёл. Через две недели домой уехал.
Тайна писем в тумбочке
- Вот ведь чаго опляуха животворяща с чаловеком дееть, - прокомментировал дед Федул. - А из тех обрезков мы яму тялежку сколотили, всяка лучче домовины та.
- Я, ещё когда в школе училась, окончила курсы секретарей машинисток, - начала свой рассказ мама жениха. - Приехала в институт документы подавать, а там мужчина в приёмной комиссии сидит мучается, одним пальцем печатает. Я ему говорю, давайте распечатаю. Он так обрадовался. Заведующий кафедрой оказался. На работу в институт меня приняли раньше, чем я экзамены сдала. Лаборантом на кафедру. Общежитие далеко. Работы много, плюс учёба, я там в лаборантской на диванчике и ночевала.
Секретарша в институте
Когда война началась мы все в военкомат. Меня по здоровью забраковали. Расстроилась, помню, сильно. А осенью здание нашего института под эвакогоспиталь передали. Наши помещения освобождают, медики под свои нужды оборудуют. А я сижу печатаю. Бумаг море! Приказы, распоряжения, требования. Когда суматоха закончилась, институт в общежитие переехал, а главврач госпиталя мне говорит: Девушка, вы нам нужны, я вас мобилизую.
И мобилизовал. Так я всю войну при госпитале служила и в институте заочно училась. Поначалу пыталась сопротивляться, мол хочу раненым помогать. А главврач мне: так ты и помогаешь. Так бы этим врачи занимались, а ты им массу времени экономишь.
Мобилизация и работа в госпитале
Почта тоже на мне. Письма адресатам разносила, тем кто читать не мог читала, за тех кто писать не мог, письма под диктовку писала. Газеты вслух раненым читала, книги, стихи. Есенина так слушали! Многие даже плакали. Читать красиво, с выражением, я и в школе умела, а потом ещё в институте учили. А когда к нам актёр областного театра попал, на войне артиллеристом служил, он меня сценической речи обучил. Очень полезное знание для учителя, оказывается. И раненые раскрыв рты слушали. Санитарка, тётя Фрося, как-то сказала: ты, девонька, газету как поэму читаешь, заслушаешься.
И ученики так же слушают. И в конкурсах чтецов регулярно побеждают.
- Энто, воно как, - вздохнув сказал дед Федул. - Оно жа так завсегда, коли кажный на своём месте усё как надобно делать будет, так и общай успех наступит.
Почтовая работа в военном госпитале
- Генка, а помнишь паренька того, партизана? - спросил дядя Саша
- Это который здоровый? Представляете, парнишка на пол головы меня выше, - вспомнил отец жениха.
- Ага, а меня так на полторы! И кулак больше чем моя голова в каске.
- Нам тогда, в сорок четвёртом партизаны сильно помогли. Они эти болота как свои пять пальцев знали.
- Это точно, без них бы ничего не получилось, - дополняя друг друга рассказывали бывшие сослуживцы. - Мы же технику в тыл вражеский по болоту провели, гати строили.
- А парнишка этот силищу имел невероятную. Возьмёт бревно посередине и понёс. Мы только диву давались.
- Мы все мокрые, болото же. Костры разводить нельзя, маскировка. Партизаны где-то на базах своих еду готовили да нам доставляли. Она, конечно, остывает, но всё равно тёпленького похлебать приятно.
- Сели, значит, пообедали, закурили, он мне: дядь, дай закурить. Ну, я без задней мысли, кто ж мог подумать, что он ребёнок ещё. Даю ему папироску.
- А я значит спичку чиркнул.
- И тут повариха, партизанка, которая нам супчик по котелкам разливала, как закричит: Вы чего это удумали, ребёнку папиросу давать!
- И этим черпаком весь мой взвод в болото загнала! И Генку с нами, он тогда, старшиной нашей роты был. Вот хохма.
- Женщина такая миниатюрная, мать его оказалась.
- Интересно, где они теперь?
- Живы ли?
- Живы, живы, - засмеялся дядя Боря, а вместе с ним и все местные. - После завтра приедут. Увидитесь. Свояк мой.
- Игорь? - удивился Саша младший
- О, точно! Игорь, - согласился дядя Саша.
Поезд из Минска прибыл вовремя. Приехавших встречали дядя Боря, Лида и Саша. Первым вышел Игорь.
- Вы нас такой дэлегацыяй сустракаеце, - пробасил он, и подавая руку, помог по очереди выйти из вагона маме и жене. - Бора, уяўляеш, учора так спяшаліся, што я папяросы дома забыўся. Паліць хачу, сіл няма. Дай папяроску.
Бывшие сослуживцы стояли в сторонке, не привлекая к себе внимания. Игорь сильно удивился, услышав громкий голос из-за спины.
- Не дадим! - сказал один.
- Мамы твоей боимся, - смеясь добавил второй.
Неожиданные встречи и радость
Игорь быстро обернулся. Пристально присмотрелся и радостно воскликнул:
- Таварыш старшына!Таварыш узводны! Вось радасць! Вы тут як апынуліся? У госці прыехалі?
- Так жених твоей племянницы сын мой.
- Саша? Тота я гляджу ён мне адразу спадабаўся.
- Тесен мир.
- Гэта так. Дайце я вас абдыму! - и сгрёб обоих мужчин своими огромными ручищами.
- Мальчик! - смеясь воскликнул дядя Саша. - Поставь дяденек на землю!
- Да, а то поломаешь, детинушка здоровый!
- Женщина, успокойте сына.
- Жывыя! Дайце я вас расцелую, - по очереди поцеловала каждого бывшая партизанка.
Предыдущая часть: