Пластичность графики. Как менялся взгляд Станислава Косенкова на лесковского «Левшу»
В музее-мастерской Станислава Косенкова открыли выставку-диалог «Линии жизни и творчества. Лесков – Косенков» (0+)
Она посвящена двум знаменательным датам – 195-летию писателя и 85-летию художника.
Разные подходы
Станислава Косенкова ещё при жизни называли книжным художником – он не раз иллюстрировал произведения великих авторов. Чего стоит только серия работ, посвящённых Фёдору Достоевскому, – она принесла художнику заслуженную славу не только в России, но и по всему миру. Особой любовью у Станислава Степановича пользовался ещё один русский классик – Николай Лесков, к творчеству которого он обращался дважды. Результаты этих погружений даже не сведущему в мире искусства человеку покажутся едва ли не диаметрально противоположными.
«Мы построили экспозицию не по хронологическому, а по так называемому проблемному типу, – поясняет «Белгородской правде» младший научный сотрудник музея-мастерской Елена Козачук. – А проблема, как мы полагаем, была у самого иллюстратора – как выразить Лескова. Поэтому у нас представлены два цикла – 1974 и 1980 годов. И очевидно, что это абсолютно разные подходы».
Творчество Николая Лескова, причисленного к классикам русской литературы, и в наши дни вызывает немало споров, да и при жизни автора оно воспринималось неоднозначно – кто‑то считал его новояз, например в «Левше», гениальным изобретением, другие жёстко критиковали прозаика за «чрезмерную деланность, искусственность слов». Лев Толстой называл Лескова «самым русским из наших писателей».
Авторы хорошо знали друг друга, на протяжении многих лет поддерживали активную переписку, встречались лично. Но и тот же Лев Николаевич упоминал в одном из писем, что в прозе Лескова «… много лишнего, несоразмерного».
Дружеские отношения Николай Семёнович поддерживал с Антоном Чеховым, несмотря на 30-летнюю разницу в возрасте. Знакомство их состоялось в 1883 году, когда Чехов только делал первые шаги в литературе, а Лесков уже был в зените славы. Антон Павлович высоко ставил литературный язык Лескова, отличавшийся яркостью и богатством выражения, и даже в какой‑то мере считал себя учеником писателя. Сам Николай Семёнович знал об отношении к его творчеству, но на критику отвечал так: «Писать так просто, как Лев Николаевич, – я не умею. Этого нет в моих дарованиях. … Принимайте моё так, как я его могу делать. Я привык к отделке работ и проще работать не могу».
Всё это необходимо было изучить и пропустить через себя Станиславу Косенкову, чтобы взяться за иллюстрирование автора. Пожалуй, Станислав Степанович и сам мог бы так сказать о своём творчестве – «проще работать не могу». Каждый раз ему сначала нужно было погрузиться в мир писателя, чтобы понять его, разгадать выписанных им героев, уловить тональность, тогда уже браться за кисть или резец.
Необычны и уникальны
Первую попытку проиллюстрировать Лескова художник сделал в 1974 году. Тогда на свет появились цветные акварели к «Сказу о тульском косом Левше и о стальной блохе».
«Серия этих иллюстраций к «Левше» по своей смелости, свободе линии, образному решению, когда фигуры, образы буквально растворяются в каллиграфическом росчерке, становятся почти орнаментом, демонстрирует зрителю игровой, абсолютно независимый, интуитивный подход, – считает Елена Козачук. – Так художник прочувствовал лесковскую игру со словом и очень органично воплотил в первом цикле. Работы действительно необычны и уникальны – это не печатная графика, поэтому они существуют в одном экземпляре, и для наших посетителей большая удача увидеть эти подлинники. Дополняют вернисаж и другие работы Станислава Степановича, выполненные в тот же период».
Второй цикл иллюстраций Косенков сделал по заказу Центрально-Чернозёмного издательства в 1980 году. Поскольку книга предполагалась не цветная, Станислав Степанович решил её выполнить совершенно в другом ключе – это линогравюры.
Но поражает даже не выбор иной техники – герои произведений смотрятся здесь совершенно иначе. Если первая косенковская серия к «Левше» представляет собой яркую, почти лубочную картинку, в каком‑то смысле карикатуру, напоминающую комиксы, на которой Левша предстаёт весёлым, плутоватым мужичком, то на линогравюрах он выглядит совсем по‑другому: пожилой, видавший виды крестьянин, уставший от господских выкрутасов, но со спокойной уверенностью, что русские мастера могут превзойти «аглицких».
«Я думаю, что у Станислава Степановича изменились отношение и подход к творчеству Лескова, – говорит Козачук. – Но считаю, что и цветная версия 74-го года, и линогравюры 80-го – по‑настоящему лесковские, несмотря на то, что различаются по стилю, манере, подходу. К тому же первый цикл – чисто творческий. В те годы Косенков работал над художественным решением первой экспозиции Дома-музея Николая Лескова в Орле. И мы понимаем, что иллюстрация – вещь прикладная. То есть картины, написанные в цвете, воспроизвести в чёрно-белой печати без потери в качестве невозможно. А вот 1980 год показал, что подход художника действительно изменился – гравюры получились очень лаконичные, драматичные, книжные».
На выставке можно увидеть, как Станислав Косенков подступал к иллюстрированию творчества Лескова. Этот процесс демонстрируют эскизы, рисунки, которые предшествовали итоговым циклам. Особое внимание привлекает офорт, раскрашенный автором от руки.
«Порча слов и речений» – это вообще удивительный лист из записных книжек Лескова, – рассказывает сотрудник музея-мастерской. – Офорт как раз показывает, что художник-иллюстратор идёт не столько от сюжета, сколько от стилистики и языка писателя. Это очень сложно – почувствовать пластику языка и перелить её в пластику графическую, изобразительную».
Волнообразный интерес
Нужно отметить, что интерес к творчеству Николая Лескова проявляли в своё время разные художники. В конце XIX века одним из первых серию рисунков сделал русский живописец и график Николай Каразин. Ещё при жизни писателя иллюстрации к его рассказам создал Илья Репин. В XIX веке к сюжетам произведений Лескова обращались Николай Куприянов, Борис Кустодиев, Дмитрий Митрохин, Мстислав Добужинский, Николай Кузьмин. Больше всего иллюстраторов вдохновлял знаменитый «Левша». К слову, своё прочтение произведения предложили и знаменитые Кукрыниксы.
Интерес к классику русской литературы наблюдался волнами – от почти полного забвения до бурного всплеска внимания. Результатом одного из таких всплесков стало шеститомное собрание сочинений Лескова, вышедшее в «Библиотеке «Огонька» в 1973 году. Графический цикл к рассказам и повестям создал советский и российский живописец Илья Глазунов.
Станислав Косенков по праву занял особое место в ряду иллюстраторов. Ему погрузиться в мир Лескова помогла сама атмосфера тех мест, где творил Николай Семёнович. Именно в Орле, работая над созданием облика дома-музея писателя, Косенков сделал иллюстрации к «Очарованному страннику», «Леди Макбет Мценского уезда», «Левше» и другим произведениям.
29 подлинников, выполненных в разных техниках – тушь, акварель, линогравюра, автолитография, офорт, а также пейзажи из знаменитой серии «Овраги» можно увидеть до 29 апреля.
Арина Беседина