⚖️🔒 "Швейцария боится посадить навсегда?" Почему самых опасных рецидивистов у нас чаще лечат, а не изолируют до конца жизни
В Швейцарии снова вспыхнул спор о том, что делать с крайне опасными повторными преступниками. Поводом стал новый виток дела убийцы Клода Д.: он снова добивается смягчения режима, хотя уже однажды, выйдя из жёсткого заключения, повторил тот же страшный сценарий с бывшей девушкой.
История Клода Д. звучит как аргумент тех, кто требует "закрывать навсегда". В 1998 году он похитил бывшую подругу, подверг её сексуальному насилию и застрелил. Позже, несмотря на угрозы в адрес коллег, ему разрешили отбывать остаток срока с электронным браслетом. А уже в 2013 году он познакомился с новой девушкой, после разрыва снова похитил её, принудил к сексу и убил — на этот раз ремнём.
На этой неделе суд в Ивердоне отказал ему в условном освобождении. Но сам факт, что такие люди снова и снова добиваются пересмотра, возвращает главный вопрос: почему в Швейцарии "пожизненная изоляция" почти не работает?
Проблема в том, что настоящая "lebenslängliche Verwahrung" — то есть пожизненное содержание без реальной перспективы освобождения — в стране почти не применяется. Хотя именно этого в 2004 году хотели многие избиратели, когда поддержали жёсткую инициативу для "крайне опасных и нетерапируемых" сексуальных и violent-преступников.
На практике всё упирается в право и права человека. Федеральный суд трактовал критерий "неизлечимости" максимально узко: эксперты должны фактически подтвердить, что человек останется нетерапируемым всю жизнь. А Европейский суд по правам человека в принципе требует, чтобы у осуждённого была регулярная проверка и хоть какая-то реалистичная перспектива освобождения.
Из-за этого возникает парадокс: формально инструмент есть, а реально почти не используется.
Что вообще есть в швейцарской системе
• "Малая Verwahrung" — стационарная терапевтическая мера, где главный акцент на лечении.
• "Обычная Verwahrung" — опасный преступник остаётся за решёткой и после срока, но его состояние регулярно пересматривают.
• "Пожизненная Verwahrung" — самая жёсткая форма, без обычных пересмотров, если только наука не даст новые возможности для лечения.
Именно последняя форма почти мёртвая на практике. По сути, в Швейцарии был только один окончательно вступивший в силу такой приговор.
Бывший судья и нынешний депутат SVP Паскаль Шмид говорит об этом резко:
"Мы должны были назначить пожизненную Verwahrung, иначе нарушили бы волю народа".
А решение Федерального суда он считает фактическим саботажем идеи:
"Так Федеральный суд выхолостил пожизненную Verwahrung и растоптал волю избирателей".
Но у другой стороны логика тоже понятная: если человека держат за решёткой уже не как наказание, а как "потенциальную угрозу", система обязана регулярно проверять, сохраняется ли эта угроза.
Криминолог Мартин Киллиас добавляет ещё один неудобный вывод: во многих странах такой спор менее острый просто потому, что там сроки сами по себе намного длиннее. Проще говоря, человек часто умирает в тюрьме ещё во время основного наказания. И тогда "Verwahrung" как отдельный инструмент не становится такой центральной проблемой.
Итог неприятный для всех: Швейцария хочет одновременно и максимально защитить общество от опасных рецидивистов, и не нарушить европейские стандарты прав человека. Но совместить эти две цели получается всё хуже. Поэтому самых опасных преступников здесь нередко не "закрывают навсегда", а переводят в систему терапии и регулярных пересмотров — и именно это всё чаще вызывает у общества страх и злость.
💬 То есть : маньяков они лечат, а обычному человеку вменяют в вину походы по врачам ? Задирают стоимость страховки ? Норм.так расход 🙄
