Несколько лет назад, изучая материалы по вспышке СПИДа в Элисте в 1988г, я наткнулся на воспоминания врачей о борьбе с эпидемией чумы в конце 30-х. Меня заинтересовала эта тема. Я пытался найти хоть какую-то информацию об этом, но все мои поиски не увенчались успехом. Я понимал, что информация о любой эпидемии в молодом советском государстве могла подорвать авторитет существующей власти не только перед зарубежными капиталистическими державами, но и перед теми, кого Коминтерн тянул в светлое коммунистическое будущее. Затем в 60-70х все страшные болезни в СССР относились к разряду средневековых мифов или издержек царского времени. В стране, где вся государственная машина подчинена делу заботы о человеке, масштабные эпидемии смертельных болезней просто невозможны.
Совсем недавно я наконец нашел то, что искал. Совершенно случайно в «Вестнике архивиста» я наткнулся на сообщение о рассекречивании архивных документов ГА РФ Ф.Р-5446. Оп.22 под общим заголовком «О мероприятиях по ликвидации случаев чумных заболеваний в Калмыцкой АССР и Сталинградской области в 1937-1938г.г.». Все эти рассекреченные документы проливают свет на самую масштабную эпидемию чумы в СССР.
Историю следует начать 25 ноября 1937г. В этот день к врачу обратился житель села Кзыл-Казах Енотаевского района Калмыцкой АССР (сейчас Астраханская область) Джумухамедов. Врач не распознал у него признаки чумы и, назначив лечение, отпустил домой. 28 ноября со схожими симптомами обратилась сестра Джумухамедова, а 1 декабря их соседка Урузахова. Тогда уже врач все понял, забил тревогу и отправил докладную записку своему руководству в Элисту. Оттуда информация ушла в Москву в наркомат здравоохранения.
7 декабря нарком здравоохранения СССР М.Ф. Болдырев докладывал председателю совнаркома В.М. Молотову о том, что к 6 декабря 1937г в поселке Кзыл-Казах Калмыцкой АССР обнаружено 8 человек больных чумой, из которых 6 уже умерло. Небольшой поселок изолирован полностью. На ликвидацию заболевания выделены из Астрахани 2 врача, 4 медсестры и 2 технорука по истребительным работам. Было точно установлено, что первый заболевший, Джумухамедов, заразился от блох, которые попали на него с больной крысы. Поэтому было принято решение о поголовном истреблении крыс в изолированном районе.
Тотальная нищета, антисанитария и недоступность медицинской помощи способствовали быстрому распространению смертельной эпидемии. В начале декабря в селе Тюменевка, в своем доме была обнаружена умершая от чумы семья из трех человек. Ликвидаторы буквально шли за эпидемией по трупам. Они никак не могли полностью изолировать район эпидемии. На 13 декабря в развернутом полевом госпитале находилось 5 человек с подтвержденным диагнозом, умерших насчитывалось 19 человек, 870 человек были изолированы в своих домах. В зону эпидемии прибывают специалисты по чуме: профессор Сукнев из Ашхабада и Покровская из Ставрополя.
15 декабря главный государственный инспектор СССР И. Елкин докладывает в Москву: «В районе очага работает 37 врачей, 20 человек среднего медперсонала, 30 человек истребителей грызунов, 80 милиционеров. Имея почти неограниченные полномочия, руководство экспедиции не только не обеспечило полной ликвидации вспышки, но и не справилось с выявлением больных. Очаг эпидемии уточняется не по определению заболевших, а по нахождению трупов. Исследование чумной культуры для определения плана лечения начато с большим опозданием. Даже попавшие в обсервацию заболевшие обречены, не имея нужного лечения. Наличный штат врачей отличается чрезмерной молодостью, неопытностью и полностью не понимает возложенных на него задач».
Из доклада мы видим, что по истечению более чем полумесяца со дня выявления первого заболевшего смертельно опасной болезнью, врачи все еще в растерянности и не знают как лечить людей и как остановить смертельную эпидемию.
К 16 декабря количество умерших зарегистрировано 21 человек, выявлено заболевших – 73. Полностью изолированы 4 поселения Енотаевского района и 10 поселений Карабахинского района Калмыцкой АССР. Несмотря на неординарные меры, чума продолжала распространяться. В изолированных районах начинается паника, в основном люди бежали на север. Фиксировались случаи применения оружия, когда перепуганные граждане, считающие себя здоровыми, с боем прорывались из изолированных поселков.
В зону эпидемии перебрасывается все больше ресурсов, но количество заболевших продолжало расти.
К 23 декабря официальное число умерших от чумы увеличилось до 73 человек, в обсервации с подтвержденным диагнозом находилось 192 человека. Количество изолированных населенных пунктов составило – 24 в Калмыцкой АССР и 4 в Сталинградской области. Эпидемия стремительно приближается к большому транспортному узлу – трехсоттысячному Сталинграду. В Москве понимали, если чума попадет в город и разнесется по стране – это будет катастрофа, число жертв будет исчисляться сотнями тысяч.
30 декабря 1937г В.М. Молотов санкционирует введение в зоне эпидемии военного положения. На помощь местной милиции, для надежной изоляции зоны заражения направлены части регулярной армии.
Максимальное количество изолированных населенных пунктов было 2 января 1938г. В этот день их количество составило 43 единицы.
Действия ликвидаторов эпидемии часто казались местному сельскому населению чересчур жесткими и порою даже изуверскими. Согласно калмыцким традициям, умершего необходимо хоронить как можно скорее, часто это делалось на следующее после смерти утро. Ликвидаторы же изымали трупы зараженных и сжигали их. Нередко погребальная команда выкапывала свежезахороненные трупы зараженных из могил, и сжигала их. Не удивительно, что такие действия вызывали панику и недовольство среди глубоко религиозного деревенского населения. Люди стали хоронить своих умерших в отдаленных, скрытых от чужих глаз местах, тем самым, исключая своих умерших из цифр официальной статистики.
Недовольство и панику среди местного населения гасили жесткими мерами, по законам военного положения, вплоть до расстрела бунтовщиков. В поселке Ики-Хомут прилюдно было расстреляно 4 человека за распространение паники и подстрекательство к беспорядкам. Жесткая изоляция поселков порою приводила к нехватке продуктов питания. В зоне карантина фиксировались единичные случаи каннибализма.
В конечном итоге эпидемию удалось остановить. По данным на 26 января 1938г количество умерших составило 702 человека, в обсервации с подтвержденным диагнозом оставалось 5 человек. 27 января военное положение и карантин в отдельных районах Калмыцкой АССР и Сталинградской области были отменены.
Согласно официальной статистики, общее число жертв эпидемии составило 712 человек, об истинном количестве жертв эпидемии можно только догадываться. Поселок Кзыл-Казах, в котором проживал первый заболевший, вымер полностью и перестал существовать. Еще несколько поселков было административно ликвидировано в связи с тем, что почти все население умерло от чумы, а выжившие переехали на новое место жительства.
Нарком здравоохранения М.Ф. Болдырев, в своей записке В.М. Молотову от 02.02.1938 просит не засекречивать информацию об эпидемии.
«Необходимо полное осведомление врачей о диагностике и лечении чумы. Полученный в период борьбы с болезнью опыт может способствовать раннему выявлению первых чумных заболеваний и своевременному предупреждению вспышки легочной формы чумы».
Не смотря ни на что, вся информация была засекречена. В стране Советов не могло быть эпидемий смертельных болезней. С каждого участника взята подписка о неразглашении. Вся информация об эпидемии чумы долгое время оставалась совершенно закрытой. Следует отметить, что об эпидемии чумы 1937-1938г в Национальном архиве Республики Калмыкия нет ни одного документа.
На протяжении всего времени существования СССР самой масштабной эпидемией чумы считалась эпидемия 1921г на Дальнем Востоке, тогда от чумы умерло порядка 600 человек. Возникновение и распространение эпидемии тогда связывали с крайней бедностью населения, недостатком врачебной помощи и низкой грамотностью населения, намеренно созданные царской властью.
Всего, согласно рассекреченной в 1990-м году статистике, в период с 1920 по 1989г на территории СССР от чумы умерло 2060 человек. На основании этих данных можно утверждать, что вспышки чумы все же в стране происходили, но катастрофических масштабов удавалось избежать.