В течение последних дней представители власти и правящей партии Армении провели ряд шокипующих каминг-аутов. Не гендерного, правда, а политического характера.
«Заголимся, прохожий!»
Спикер парламента Республики Армения Ален Симонян отчитал журналистов:
«Я хочу понять, почему вы называете это Арцахом. Почему же тогда вы плохо себя чувствуете, когда территориям Республики Армения дают азербайджанские названия, скажем, называют Севан по-другому?.. Карабах принадлежит Азербайджану, так зачем же вы даёте ему другое название?»
Какая-то кандидатка в депутаты от «Гражданского договора» сообщила, что мирный процесс неизбежно приведет к тому, что в Армении будут жить турки, и рано или позно турки обязательно окажутся в числе членов правительства.
Окажутся ли и армяне в этом прекрасном правительстве будущей Армении, или правительство будет моноэтническим турецким, кандидатка уточнять не стала.
Однако никому не удалось затмить самого Пашиняна, ставшего вдруг сыпать ошеломляющими признаниями с пулеметной частотой.
«Или я, или война!»
Первым шоком стало заявление премьер-министра, что на предстоящих выборах его партия должна не просто выиграть выборы, а получить конституционное большинство, иначе уже в сентябре случится кровопролитная война.
Сам Пашинян пытался обосновать свой удивительный прогноз тем, что вся армянская оппозиция, якобы, представляет собой «партию войны», однако прозвучало это совсем иначе: «если вы меня прокатите на выборах, Алиев вас за это накажет!» На что не преминули указать депутаты. от оппозиционной фракции «Айастан» («Армения»).
Кристине Варданян:
«Представители «Гражданского договора», когда вы приходите и с точностью до дня и часа заявляете, что на Армению нападут, называете дату — вы договорились об этом нападении? Откуда вам известны этот день и час, откуда у вас такая информация?..Когда вы заявляете «если нас не будет- будет война», то у меня для вас новость: вы у власти уже 8 лет, и я не могу сосчитать, сколько войн и нападений на Армению произошло за это время. Когда же вы пугаете тем, что если будем мы — будет война, то для вас есть еще одна новость: мы были у власти 10 лет, и войны не было. Видите разницу?»
Анна Григорян:
«В свое время Никол Пашинян уже использовал подобную формулировку, заявляя: «либо я буду премьер-министром, либо у Армении вообще не будет премьера», правда, тогда это было в другом контексте и при иных обстоятельствах. Теперь же эта логика трансформировалась в следующую: «либо я остаюсь премьер-министром, либо будет война, и Алиев на вас нападёт». Вы что, натравливаете Алиева на наш народ, угрожаете нам им? Наши люди прошли через этнические чистки, потеряли родину, часть территорий оккупирована — неужели наш народ заслужил того, чтобы вы запугивали его Алиевым? Неужели можно настолько дорожить своим креслом и до такой степени не любить собственный народ, чтобы использовать имя Алиева как угрозу против своих же граждан?»
Но этот первый шок оказался смыт следующими, еще более ударными репризами на арене армянского политического цирка.
Сгорел сарай — гори и хата!
Пашинян фактически признался в том, что совершенно сознательно отдал на заклание во время 44-дневной войны находящиеся в Арцахе части армии Республики Армения, не оказав им помощи и поддержки.
Он заявил в парламенте, что в 2020 году власти пошли на сознательные жертвы, благодаря которым «удалось сохранить государство», подчеркнув, что впервые эти жертвы были принесены ради интересов самой страны.
После такого признания родственники погибших военнослужащих подали заявление в Генпрокуратуру.
Как заявил журналистам адвокат Ваан Ованнисян, премьер своими заявлениями дал повод и основание для возбуждения уголовного преследования по двум статьям: государственная измена (оказание помощи противнику) и преступление против человечности — особо тяжким статьям с наказанием до 15 лет лишения свободы.
Но главную бомбу Пашинян приберег напоследок.
«Я как премьер-министр Армении вообще отказываюсь от повестки восстановления исторической справедливости. Чем больше мы будем гнаться за исторической справедливостью, тем чаще будем сталкиваться с новой исторической несправедливостью. Считаю своим долгом проинформировать об этом наш народ…Хватит кормить наш народ данными о геноцидах. Эту гонку геноцидов необходимо прекратить. В нашем регионе все обвиняют всех в геноциде. Трудно сказать, что за чем было, дискурсом о геноцидах мы зеркально получаем дискурс о геноцидах, дискурсом о возвращении мы получаем дискурс о возвращении, всё это об одном: не дать народу Республики Армения и Карабаха успокоиться…»
Нельзя сказать, что тему отрицания геноцида Пашинян поднимает впервые. Но никогда раньше он не отрекался от исторической памяти настолько однозначно.
И главное — до сих пор Пашинян неявно давал понять, что тему геноцида не следует педалировать по соображениям чисто прагматическим, во имя его мифической «мирной повестки».
Сегодня же он впервые отрицает историческую память, уравнивая величайшую трагедию армянского народа, для описания которой и было впервые введено в юридическую практику понятие «геноцид» с вражеским фейком, предшественником таких же постановочных «трагедий» Сребренницы и Бучи.
Само слово «гонка» — плевок в лицо полутора миллионам невинных жертв, вырезанных в 1915 году.
И второй плевок — утверждение «Трудно сказать, что за чем было». «Трудно» это только для турецких и азербайджанских историков. Ну, теперь еще и для Пашиняна. Для всего остального мира в исторической правде нет ничего «трудного».
Пашинян впервые четко, прямо, без экивоков и оговорок декларирует сознательный отказ от национальной идентичности.
В любом безумии есть система
На первый взгляд — абсолютное безумие.
Электоральная платформа правящей партии уже съежилась до пары сотен тысяч ядерного электората Пашиняна, представляющего собой едва ли не тоталитарную секту, членов которой не надо ни в чем убеждать — их верность непоколебима, несмотря ни на что.
Каждое откровенно антиармянское высказывание отталкивает колеблющихся, за голоса которых Пашиняну следовало бы биться, если бы он всерьез намеревался бороться за победу на выборах.
Никакими «расшатанными нервами» этот абсурд объяснить невозможно.
Но если предположить, что Пашинян окончательно расстался с надеждой на хотя бы относительно честную победу — пазл начинает складываться.
Если планируется абсолютно бесстыдная, тотальная фальсификация выборов (отсюда и абсурдное требование не простого, а конституционного большинства) — то неизбежно возникает опасение возможности взрыва недовольства, с которым может не справится даже раскормленная полиция.
И тут возникает потребность в иностранных штыках, способных подавить недовольство армян. Которыми могут быть только штыки турецкие и азербайджанские.