Появление на вооружении у Украины британской ракеты, которую они выдают за собственную разработку "Фламинго", создаёт серьёзные проблемы для нашей ПВО. Удар по одному из военных заводов обнажает системный кризис.
Для многих стал неожиданностью удар по заводу в Удмуртии. Он находится в глубоком тылу, за 1,5 тыс. км от фронта. Соответственно, чтобы поразить его, ракета длительное время летела над территорией России и не была сбита.
А ведь это не просто дрон самолётного типа, с которым мы уже неоднократно сталкивались. Речь идёт об ОТРК, боеголовка весит целую тонну. Для сравнения, у наших "Калибров" боевая часть – всего полтонны.
И надо сказать, что у противника будет ещё немало сюрпризов, ведь его руками против нас воюет вся Европа. Например, известно, что румынская компания OvesEnterprise делает для Киева крылатую ракету Sahara. Она будет лететь на высоте многоэтажного дома, огибая местность. Есть ещё амбициозный чешский проект MTS Narwhal дальностью до 680 километров. Штаты в свою очередь испытывают ERAM. И всё это полетит к нам. Речь идёт о целой лавине дешёвых, малозаметных и очень опасных средств воздушного нападения.
Четыре года били в набат
В таких условиях Россия должна озаботиться прежде всего глубокоэшелонированной системой ПВО, особенно в европейской части страны. Но пока в этой области есть ряд существенных проблем. Иначе каким образом "Фламинго" долетел до Удмуртии?
Военный эксперт Владислав Шурыгин ("Рамзай") в гневе заявил:
Нужна срочная реформа ПВО.
Как минимум её следует выделить в отдельный род войск, как это было в Советском Союзе.
По словам эксперта, тихоходные беспилотники с малыми боезарядами раз за разом прорывались к промышленным объектам в глубине страны. А к осени 2025 года противник устроил настоящий погром нефтеперерабатывающих заводов на юге и юго-западе России.
Четыре года эксперты били в набат, указывая на конкретные провалы. Над юго-западным направлением до сих пор нет сплошного радиолокационного поля. Цели на высоте 80–100 метров становятся для устаревшей системы "невидимками". Противник, пользуясь натовскими разведданными, гонит через эти "дыры" рои дронов, которые замечают только тогда, когда они уже висят над нефтебазами и арсеналами,
– уверен Шурыгин.
В это сложно поверить, но за годы СВО у нас так и не появилось единой структуры местной ПВО, а по-настоящему эффективные беспилотники-перехватчики, созданные кулибиными, по-прежнему находятся в статусе проектов энтузиастов. Кроме того, не решили вопросы авиации ПВО на базе легкомоторных самолётов, хотя противник уже давно использует этот метод, и весьма успешно.
А что Москва?
Впрочем, больше всего раздражения в экспертных кругах вызывает какое-то необъяснимое игнорирование использования аэростатных систем. Уже множество раз доказано и в теории, и на практике, что аэростаты, дирижабли, стратостаты прекрасно справляются с созданием единого радиолокационного поля большой протяжённости. Это дешёвый способ обеспечить широкополосную связь и даже физически сформировать сетчатые заграждения над объектами. Затраты на это даже близко не сравнятся с теми затратами, которые возникают после "падения обломков украинского БПЛА" на очередной НПЗ.
Единственным положительным моментом в системе ПВО Шурыгин называет противовоздушную оборону Москвы. По его мнению, это вовсе не заслуга нынешнего армейского командования, а прямая инициатива столичной мэрии и того факта, что предыдущее руководство 1-й армии ПВО-ПРО в 2014 году сумело сохранить систему от расформирования.
Краткий итог выглядит так: на твёрдую "четвёрку" защищена только Москва. Запуски "Фламинго" вскрыли неудобную правду – тыловые объекты остаются во власти устаревшей системы противовоздушной обороны. Если раньше генералы могли высокомерно относиться к "комариным укусам" лёгких дронов, то появление тяжёлых ракет вроде "Фламинго" делает такие ошибки непозволительными.
Автор: Сергей Иванов