Всё началось с того, что Коля позвонил и сказал голосом человека, который только что открыл формулу вечной жизни: «Слушай, а давай твоего Ваську в стримы запустим?» Я отложил телефон, где как раз сравнивал кэшбэк по корму для котов, и переспросил: «Ты это серьёзно?» — «А чё нет? — Коля аж захлебывался от энтузиазма. — Мой Барсик за прошлый стрим 10 тысяч просмотров собрал! А твой Васька — он же харизматичный! Такой наглый, такой независимый! Это ж хайп!»
Я посмотрел на Ваську. Васька сидел на моём кресле, вылизывал лапу и делал вид, что ему глубоко плевать на всё, что происходит в этой вселенной. Харизма, конечно, была. Но была ли это харизма звезды или харизма дворового хулигана, который спит на чужих машинах, я не знал.
Лена, которая слышала разговор, сказала: «Только попробуй. У нас кот, а не бизнес-проект». Я ответил: «А почему нет? Коля же смог». Лена: «Коля — это Коля. А ты — ты». Спорить с такой логикой было бесполезно, но Коля уже прислал ссылки на тренды, монтажные программы и список игрушек, которые «обязательно нужно купить для контента».
Я подошёл к вопросу системно. Как аналитик. Составил таблицу потенциальных форматов, изучил аудиторию котиков в TikTok и YouTube, проанализировал, какие ролики набирают миллион. Спящие коты? Есть. Коты, которые игнорируют хозяев? Есть. Коты, которые нагло требуют еду? Это вообще база. Я купил камеру (недорогую, но с хорошим звуком), штатив, три интерактивные игрушки и световой кольцевой круг, который Лена сначала приняла за новую лампу для ванной.
Начались съёмки. Это был ад.
Васька, который обычно любил лежать на моей клавиатуре, как только видел камеру, либо уходил под диван, либо засыпал настолько демонстративно, что казалось, будто он умер. Я ставил игрушки — он проходил мимо. Я кидал мячики — он смотрел на них как на врагов. Я пытался снять его в момент кормления — он ел с таким видом, будто я его шантажирую.
— Он саботирует проект, — сказал я Лене.
— Он просто кот, — сказала Лена.
— Он кот с потенциалом, который не хочет раскрываться.
Я начал монтировать. Первые три ролика были про «Как кот спит в разных позах». Просмотры — 12, 8 и 5. Неплохо, но до Колиных масштабов далеко. Четвёртый ролик я снял случайно: я пытался заставить Ваську играть с мышкой, а он развернулся и ушёл в комнату. Я не выключил камеру. Ролик назывался «Кот игнорирует хозяина». На следующее утро у него было 100 тысяч просмотров.
Я сидел, смотрел на цифры и не верил своим глазам. Комментарии: «Он так реалистично уходит», «У него характер», «Мой кот такой же». Кто-то написал: «Это не кот, это переговорщик, который знает свою цену». Васька, узнав о своей популярности, перестал есть обычный корм и требовал премиум-класса.
Коля позвонил: «Я же говорил! Теперь — реклама! У меня есть знакомые из фирмы “КотоКорм”. Хотят интеграцию. Дают 50 тысяч за прямую трансляцию, где Васька будет есть их корм и мурлыкать».
Я посмотрел на Ваську. Васька смотрел на меня. Я прочитал в его взгляде: «50 тысяч? За то, что я буду есть? Да я и так ем. Но если это премиум — я согласен».
Я подписал договор. В договоре было написано что-то про «соответствие образу семейного кота, любящего и заботливого». Я решил, что это формальность.
Наступил день Х. Коля настроил стрим, поставил свет, камеру. Васька сидел на диване, вылизывался. Чат уже кипел: «Где кот?», «Покажите лапки», «Васька привет!». Я открыл банку рекламного корма, поставил на видное место. Запах пошёл такой, что даже я захотел попробовать. Васька поднял голову, посмотрел на миску, потом на меня, потом на камеру.
— Вот, смотрите, — сказал я в объектив, — наш Васька сейчас будет пробовать корм от “КотоКорм”. Эксклюзивно.
Васька встал. Подошёл к миске. Нюхнул. Чат замер. Васька развернулся и медленно, демонстративно, с достоинством фараона, покидающего трон, ушёл в другую комнату.
Я замер. Коля за кадром прошептал: «Срочно что-то делай». Чат взорвался: «Он не ест!», «Это провал!», «Какой характер!», «Лучшее, что я видел!», донаты посыпались. Я стоял, смотрел на пустую миску и понимал, что сейчас потеряю 50 тысяч и рекламодателя.
И тут в кадр вошла Лена. В домашнем халате, с половником в руке. Она посмотрела на меня, на камеру, на чат, который писал «Кто это?», «Это мама кота?», и сказала:
— Ты идиот. У нас ужин. Выключай эту фигню.
Чат сошёл с ума. Донаты полетели с такой силой, что Коля, который вёл техподдержку, сказал, что это рекорд его стримерской карьеры. Кто-то написал: «Главная звезда — жена!», кто-то: «Снимите сериал», кто-то: «Лена, выходи за меня». Лена выключила камеру и сказала: «Всё, концерт окончен».
На следующий день я позвонил рекламодателю. Девушка из отдела маркетинга сказала ледяным голосом: «Мы вынуждены расторгнуть контракт. Образ кота не соответствует нашим семейным ценностям. Мы ожидали любящего питомца, а получили... ну, вы видели». Я пытался объяснить, что Васька просто стесняется, что он вообще-то ласковый, но она сказала, что в чате уже мемы про «кота, который бросил рекламу», и это не то, с чем они хотят ассоциироваться.
Деньги, конечно, я не получил. Но донаты от стрима, по словам Коли, перекрыли бы всё, если бы мы их не разделили на троих. Лена отказалась от своей доли, сказав, что ей достаточно славы.
Славы ей действительно досталось. На следующее утро у неё было 20 тысяч подписчиков в Instagram. К вечеру — 35. Через неделю — 50. Люди требовали новые видео, где она говорит «ты идиот». Лена записала несколько роликов: «ты идиот, у нас ужин», «ты идиот, кот не ест этот корм», «ты идиот, иди в магазин». Подписчики были в восторге. Ей предложили рекламу кухонных принадлежностей, фартуков и даже половников.
Я сидел на кухне, смотрел на Ваську, который снова спал в коробке, и думал о том, как я, вооружённый аналитикой, трендами и бизнес-планом, создал звезду, но не ту. Васька остался при своей харизме и премиальном корме, который я теперь вынужден покупать сам, потому что после того, как он отказался от рекламного, он решил, что обычный ему не нужен. Я — при нулевых доходах и с чувством, что меня обставил кот. А звездой стала Лена с фразой «ты идиот».
— Ты обижен? — спросила Лена, заходя на кухню с телефоном, где ей писали очередные предложения.
— Нет, — сказал я. — Я горд. Ты стала инфлюенсером, Васька — мемом, а я — тем парнем, который всё это организовал. Без меня бы ничего не было.
— Без тебя бы не было, — согласилась Лена. — Потому что если бы ты не купил камеру, не начал снимать, не подписал контракт и не устроил стрим, я бы никогда не сказала «ты идиот» на камеру. Теперь это мой коронный номер.
— А что Васька?
— Васька, — Лена посмотрела на спящего кота, — Васька — это Васька. Он просто делает вид, что ему всё равно. На самом деле он после того стрима неделю ходил с гордым видом, как будто это он всё придумал.
Я погладил Ваську. Он приоткрыл один глаз, убедился, что колбасы не предвидится, и снова закрыл.
В общем, теперь у Лены 50 тысяч подписчиков, ей присылают бесплатные кастрюли и сковородки, а иногда и половники. Коля просит, чтобы она снялась в стриме с Барсиком. Я предложил сделать совместный проект «Кот и жена: кто кого», но Лена сказала, что это будет нечестно, потому что Васька в кадре молчит, а она говорит только одну фразу.
Я посмотрел на Ваську, потом на Лену, потом на камеру, которая так и стоит на штативе в углу. Наверное, надо всё-таки продать её. Или оставить. Вдруг Васька когда-нибудь передумает и съест рекламный корм. Но, судя по его морде, он будет жрать только премиум и только когда сам захочет. И это, наверное, и есть главный урок: настоящая звезда не та, кого снимают, а та, кто может позволить себе уйти из кадра в самый ответственный момент. Или та, кто приходит с половником.
Так-то.