### ПРОКЛЯТИЕ ЛЕТУЧЕГО ТАКСИСТА
*Юмористическая новелла-детектив из цикла "Семь расследований Базилевса"*
*Посвящается всем, кто хоть раз ловил машину в Москве и пожалел об этом*
---
#### Глава первая,
*в которой Василий просыпается и понимает, что у стражи тоже бывает похмелье*
В то утро Василий проснулся с таким чувством, будто по его голове прошлись все кони, когда-либо запряжённые в московские пролётки. Во рту было сухо, как в Сахаре, а в ушах стоял звон, подозрительно напоминающий карканье Вороны.
— Вставай, лежебока, — подтвердила Ворона, сидя на подоконнике и с интересом разглядывая пустую бутылку из-под мёда. — Там к тебе делегация.
— Кто? — простонал Василий, пытаясь нащупать ногами пол.
— Домовые с Садового. Говорят, проклятие на их участке. Машина летает, а не едет. И мигалки у неё — как у депутата, только синее.
Василий открыл один глаз. Увидел Ворону. Закрыл.
— Пусть жалуются в ГИБДД.
— Они жаловались. Там сказали: «Это не наша юрисдикция, это к экзорцистам». А экзорцисты теперь берут в валюте.
Пришлось вставать.
Домовые с Садового кольца встретили Василия на скамейке у памятника Маяковскому. Выглядели они так, будто их неделю не вытирали от пыли.
— Беда, Василий Витальевич, — начал Аристарх Петрович, главный домовой Садового, существо солидное, с бородой, в которую были вплетены древние пылинки. — Третью ночь на нашем участке творится чертовщина. Машина чёрная, тонировка — глаз не пробьёшь. Летает по выделенке, как по воздуху. И след после неё остаётся...
— Какой след? — насторожился Василий.
— Мокрый, — мрачно сказал домовой. — И пахнет морем. А мы тут, знаете ли, не одесситы.
Василий почесал бороду. Борода ответила лёгким потрескиванием — верный признак того, что дело пахнет не просто морем, а чем-то древним и солёным.
---
#### Глава вторая,
*в которой наш герой устраивается на работу и познаёт тяготы таксистского быта*
Внедрение в таксопарк оказалось делом несложным. Василий просто вошёл, показал права (выданные ещё при царе-батюшке, но в кожаном чехле выглядевшие солидно) и сказал, что хочет работать в ночную смену.
— Почему в ночную? — спросил диспетчер, мужчина с лицом человека, который видел слишком много.
— Потому что днём я сплю, — честно ответил Василий.
— Спишь?
— Я лунатик, — пояснил страж. — В хорошем смысле.
Диспетчер подумал и решил не уточнять.
Таксопарк назывался «Тройка» и располагался на юго-западе Москвы в таком месте, куда даже навигаторы боялись прокладывать маршруты. Там пахло бензином, соляркой и безнадёгой — ровно тем букетом, который Василий любил с юности.
Народ в таксопарке подобрался пёстрый. Были тут и бывшие инженеры, и вечные студенты, и один философ с дипломом МГУ, который любил говорить: «Бытие определяет пробки». Василий быстро влился в коллектив, благо умение травить байки у него было врождённое.
На третий день он увидел ЕГО.
Машина стояла в дальнем углу парка, отдельно от всех, и от неё веяло таким холодом, что даже Василий, существо морозостойкое, поёжился. Это был чёрный внедорожник, тонированный настолько, что казалось, будто это не машина, а кусок ночи, прикинувшийся автомобилем. На номере красовалась надпись «ЛЕТУЧИЙ», сделанная явно не в ГИБДД.
Из машины вышел человек.
Он был высок, бледен и одет в чёрное пальто, которое, судя по покрою, помнило ещё XIX век. На голове — шляпа, каких сейчас не носят, а если носят, то только в театре. В руке — фляга.
— Руслан Иванович Тулханов, — представился он, протягивая руку. — Для своих просто Летучий.
Рука была холодной и влажной. Пахло от Тулханова не перегаром, а чем-то другим — йодом, солью и вечностью.
— Василий, — ответил страж, пожимая ладонь. — Для своих просто Базилевс.
Тулханов посмотрел на него внимательно. Очень внимательно. Так смотрят люди, которые знают, что в мире есть вещи пострашнее, чем отсутствие чаевых.
— А вы, я вижу, не простой таксист, — сказал он.
— А вы не простой алкаш, — парировал Василий.
Они посмотрели друг на друга и вдруг расхохотались.
Так началась дружба, которой суждено было продлиться ровно до того момента, как Василий не узнал, какие именно грузы перевозит его новый приятель по ночам.
---
#### Глава третья,
*которая могла бы называться "Ночные рейсы и их последствия", но мы назовём её проще*
Ночная Москва — это особый мир. В ней есть своя магия, своя поэзия и свои чудовища. Василий знал это лучше всех. Но даже он был удивлён, когда увидел, что творится на ТТК в третьем часу ночи.
Машина Тулханова действительно летела. Не ехала — летела. Над асфальтом. Сантиметрах в двадцати. При этом из-под колёс били фонтаны солёной воды, а в салоне играла музыка, которую в приличных домах не ставят даже на похоронах.
— Это что, корабль? — спросил Василий, сидя на пассажирском сиденье и пытаясь не смотреть на спидометр.
— Корабль, — кивнул Тулханов, ловко огибая столб. — Только на колёсах. Устал я, понимаешь, по морям шастать. Волны, шторма, эти вечные «земля на горизонте» — надоело. А в Москве — красота. Пробки, как в открытом море, только сухо. И мигалки можно поставить.
— А грузы? — осторожно спросил Василий.
— А что грузы? — Тулханов отхлебнул из фляги. — Везём понемножку. Там артефакт какой из заброшенной церкви, там нелегала подбросить до шабаша, там просто нечисть переправить в Подмосковье. Они, знаешь, тоже хотят на дачу. У всех своя недвижимость.
— А проклятия? — не отставал Василий. — Люди говорят, кто твою машину видит — память теряет.
Тулханов махнул рукой.
— Это не проклятия. Эти слухи конкуренты распускают. У меня, между прочим, лицензия есть. — Он полез в бардачок и достал мятый лист. — Вот, смотри. «Разрешение на перевозку нечисти и прочих тёмных сил. Действительно до конца света».
Василий посмотрел на бумагу. Печать была настоящая. Там, где печати выдают настоящие.
— И кто ж тебе такое подписал?
— А ты не догадываешься? — Тулханов подмигнул. — Тот, кто над всеми нами. Не буду уточнять имя, а то ещё обидится.
Они помолчали. За окном проплывала ночная Москва — красивая, таинственная, с огнями, похожими на звёзды, упавшие на землю и забытые.
— Слушай, — вдруг сказал Василий, — а что это за рейс у тебя сегодня? Говорят, ты шабаш в Подмосковье перевозишь.
Тулханов посмотрел на него с хитринкой.
— А ты откуда знаешь?
— Домовые доложили.
— А-а-а, домовые, — протянул Летучий. — Ну да, они у вас как ФСБ, только с вениками. Слушай, а давай со мной? Увидишь такое, что никаким домовым не снилось.
Василий задумался. С одной стороны, он был стражем и должен был пресекать незаконные перевозки. С другой стороны, шабаш в Подмосковье — это, говорят, весело. И блины там обещали.
— Поехали, — махнул он рукой. — Только чур, я за руль не сяду. У меня лапы.
---
#### Глава четвёртая,
*в которой случается погоня, достойная голливудского боевика, но с московским колоритом*
Всё пошло не по плану ровно в тот момент, когда они выехали на ТТК.
Сзади завыли сирены. Но не простые — мистические. От этого воя у Василия шерсть встала дыбом, хотя он был в человеческом обличье.
— Это кто? — крикнул он.
— А это за мной, — спокойно ответил Тулханов. — Конкуренты. Тоже летучие, только из другой компании. У них, видишь ли, монополия на перевозку нечисти по выходным.
— А у нас сегодня что?
— Суббота.
— Чёрт.
Машина рванула вперёд. Тулханов вжал педаль в пол, и внедорожник взлетел окончательно — теперь они неслись над ТТК на высоте метров пяти, обгоняя редкие ночные машины.
— Они близко! — крикнул Василий, обернувшись.
Сзади, тоже над землёй, летели три чёрных седана. Из окон торчали головы — странные, полупрозрачные, с рогами.
— Это кто? — спросил Василий.
— Бесы на подхвате, — пояснил Тулханов. — Обычные ребята, только работают не на ту компанию. Агрессивные, но туповатые.
Началась погоня.
Тулханов вилял между высотками, нырял в тоннели, выскакивал с другой стороны, делал петли над развязками. Василий держался за ручку и молился всем богам, которых знал. А знал он многих.
— Сейчас будет хитрость! — крикнул Тулханов и резко свернул в тоннель Лефортово.
Тоннель был длинный, тёмный и, как известно, имел дурную славу. Василий знал, что здесь иногда открываются порталы в другие измерения. Но чтобы так вовремя...
— Держись! — заорал Летучий.
Машина нырнула в стену.
Буквально.
И через секунду вылетела с другой стороны ТТК, миновав пробку и преследователей.
— Как ты это сделал? — выдохнул Василий.
— А, ерунда, — отмахнулся Тулханов. — У меня, знаешь, опыт. Я ж не просто так Летучий.
Но расслабляться было рано. Преследователи тоже, видимо, знали пару трюков. Они вынырнули из другого портала прямо перед ними, на МКАДе.
— Ну всё, — сказал Тулханов. — Придётся драться.
— Давно пора, — усмехнулся Василий.
Он вышел из машины и за секунду превратился в огромного пса. Бесы, увидев это, слегка притормозили.
— Ребята, — сказал Василий человеческим голосом, но с собачьей мордой, — давайте по-хорошему. Вы куда спешите? Шабаш? Так мы туда же. Места всем хватит. И блины там, говорят, отличные.
Бесы переглянулись.
— А нам что за это будет? — спросил один, самый рогатый.
— Пива, — пообещал Василий. — Ящик. После шабаша.
Бесы подумали. Бесы согласились.
Так закончилась погоня, не успевшая начаться по-настоящему.
---
#### Глава пятая,
*которая могла бы называться "Шабаш", но мы назовём её "Блины решают всё"*
Шабаш в Подмосковье оказался мероприятием куда более цивилизованным, чем можно было предположить.
Вместо котлов с зельем — мангалы. Вместо танцев с метлами — караоке. Вместо чёрных месс — дегустация настоек.
— Прогресс, — прокомментировал Тулханов, наливая Василию мёда. — Раньше, бывало, всё через пень-колоду, а теперь — пожалуйста, шведский стол.
Василий сидел на пеньке, жевал блин и думал о том, как быстро меняется мир. Ещё вчера он собирался ловить злодея, а сегодня пьёт с ним на шабаше и обсуждает тарифы ЖКХ.
— Слушай, Руслан, — обратился он к Летучему. — А чего ты на самом деле хочешь? Ну, кроме как летать по ночам?
Тулханов задумался.
— Понимаешь, — сказал он, — я триста лет по морям шастал. Устал. Думал, в Москве осяду, найду спокойную работу. А оно вон как вышло — опять летаю, опять грузы, опять погони. И мигалки эти дурацкие... — Он вздохнул. — Вот бы мне работу нормальную. Чтоб на земле. Чтоб пенсия. Чтоб люди спасибо говорили.
Василий посмотрел на него внимательно.
— А в таксопарке? — спросил он. — Ну, легально? С шашечками?
— Да кому я там нужен? — махнул рукой Тулханов. — У меня же документов нет. Паспорт морской, но он, сам понимаешь, недействителен с 1917 года.
— А если я помогу? — предложил Василий. — У меня есть связи. В одном таксопарке как раз нужны водители на спецрейсы. Для инвалидов. Там мигалки официально положены. И порталы открывать не надо — просто возить людей.
Тулханов посмотрел на него с надеждой.
— А блины будут?
— Будут, — пообещал Василий. — В каждой смене перерыв на обед.
— С мёдом?
— С мёдом.
Летучий Голландец задумался на минуту. Потом протянул руку.
— По рукам.
---
#### Глава шестая,
*которая оказывается последней и самой сладкой*
Прошёл месяц.
Василий сидел на той же скамейке у памятника Маяковскому, грел руки о кружку с чаем и слушал доклад домовых.
— Ну что там наш Летучий? — спросил он.
— Работает, — отрапортовал Аристарх Петрович. — Возит инвалидов. Никакой чертовщины. Люди довольны. В прошлую субботу даже благодарственное письмо написали в газету.
— А проклятия?
— Никаких проклятий. Только вот... — домовой замялся.
— Что?
— Машина у него иногда над землёй летает. Но он говорит, что это для экономии топлива. И пассажирам нравится — дети в восторге.
Василий улыбнулся.
— Ну и ладно. Пусть летает. Лишь бы с мёдом не перебарщивал.
В этот момент на скамейку приземлилась Ворона.
— Ну что, детектив, — каркнула она, — раскрыл дело?
— Раскрыл, — кивнул Василий.
— И кто злодей?
— Да никто, — пожал плечами страж. — Просто человек устал от вечности. Захотелось ему твёрдой земли и московских пробок. А мы ему помогли.
Ворона подумала.
— Это по-нашему, — сказала она. — В Москве каждый может стать своим. Даже если он триста лет по морям плавал.
— Именно, — согласился Василий.
Он допил чай, поднялся и пошёл в сторону метро. Надо было ещё забежать к Ядвиге — обещал принести ей мёда с того самого шабаша. Говорят, он там особенный, с примесью вечности. Хорошо идёт под утренний кофе.
А над Москвой уже вставало солнце. Обычное, утреннее, ничем не примечательное. Только вот тени под ним были чуть длиннее обычного. И в этих тенях, если присмотреться, можно было разглядеть очертания огромного пса, который неторопливо шагал по своим делам, охраняя город, в котором даже Летучий Голландец может стать просто таксистом.
Особенно если вовремя предложить ему блин с мёдом.
---
**КОНЕЦ**
*P.S. Автор выражает благодарность всем московским таксистам, которые, в отличие от Голландца, летают редко, но метко. И отдельное спасибо домовым с Садового кольца — без их бдительности мы бы никогда не узнали, что даже у проклятий бывают выходные.*
*P.P.S. Если вы встретите в Москве чёрный внедорожник, который едет по выделенке чуть быстрее положенного — не пугайтесь. Просто везите блины.*