Злоупотребление правами
На заседании Совета по культуре Владимир Машков, возглавляющий Союз театральных деятелей, поднял проблему: некоторые наследники российских авторов, уехавшие из страны, отказываются разрешать театральные постановки по произведениям их предков. Он назвал ситуацию острой и попросил урегулировать ее на законодательном уровне.
«Геноцид российской культуры продолжается, и эти так называемые наследники не понимают, что их отказ приведет к забвению самих авторов», — заявил Машков. В качестве примера он привел прошлогоднюю ситуацию с постановкой пьесы Александра Володина «С любимыми не расставайтесь» в Театре Олега Табакова, когда возникла правовая неопределенность. Аналогичная проблема, по его словам, касается и произведений Михаила Булгакова. Его наследники не дают разрешения, мотивируя тем, что «не считают корректным давать права в условиях сегодняшней ситуации».
Машков выступил с инициативой изменить закон так, чтобы театры могли ставить спектакли без разрешения наследников, которые сами не являются авторами, особенно если те игнорируют обращения или выставляют заведомо нереальные требования.
«Важная проблема, согласен. Как вы выразились, так называемые наследники, они имеют определенные права, и иногда этим злоупотребляют. Согласен с вами, надо внимательно посмотреть на нормативную базу и соответствующим образом отреагировать, в цивилизованном, конечно, ключе», — отреагировал президент России Владимир Путин.
Принудительная лицензия
Наследование авторских прав регулируется статьей 1283 Гражданского кодекса РФ и постановлением пленума Верховного суда. После смерти автора его исключительное право переходит к наследникам по закону или завещанию и действует в течение 70 лет. Именно наследники решают, кому разрешить использовать произведение, на каких условиях и за какую плату.
Как рассказал ВФокусе Mail патентный поверенный РФ, юрист по интеллектуальным правам, управляющий партнер юридической фирмы «Башук Чичканов» Алексей Башук, сейчас у правообладателей (в том числе наследников) есть монопольное право распоряжаться произведением.
На сегодняшний день у нас нет четкого механизма, который позволял бы разграничить добросовестное использование права и злоупотребление им. Наследник волен распоряжаться своим правом так, как ему заблагорассудится, — и никто не может этому препятствовать, — пояснил эксперт.
Башук предположил, что решение, которое предложит президент, будет созвучно механизму, уже существующему в патентном праве, — принудительной лицензии. По его словам, в патентном праве есть механизм, когда при угрозе общественным интересам (например, если владелец патента на жизненно важное лекарство не реализует его в России) суд может заставить правообладателя выдать лицензию другому производителю.
«По аналогии ситуация может быть такой: у нас есть наследник-правообладатель, который не дает разрешения на постановку спектакля и отказывается кому-либо предоставлять право использования произведения. Заинтересованное лицо обращается в суд, и суд устанавливает условия принудительной лицензии. Тогда театр может ставить это произведение, но будет обязан платить правообладателю определенные деньги. Размер этой суммы и порядок выплат установит суд с учетом привлечения оценщика, который посчитает, сколько в аналогичных ситуациях выплачивалось ранее», — уточнил юрист.
На вопрос о том, не противоречит ли предлагаемый механизм Бернской конвенции по охране литературных и художественных произведений, Башук ответил, что поводов для беспокойства нет. Он напомнил, что конвенция нужна для гармонизации защиты авторских прав в разных странах, и один из основных ее посылов, чтобы российские правообладатели могли претендовать на защиту в других странах на тех же условиях, что и их граждане.
«Если это будет реализовано через механизм принудительной лицензии, устанавливаемой по решению суда, то здесь не возникает каких-то ограничений. Скорее, речь идет о принудительном предоставлении права, но не об ограничении тех прав, которые у правообладателей есть», — резюмировал Алексей Башук.