Генеральный прокурор Александр Гуцан поручил до 1 июня проверить, не превратилась ли служба коррупционеров, подписавших контракт с Минобороны, в очередную фикцию. Но будет ли это реальная чистка или лишь показуха, за которой последуют громкие, но пустые отчёты?
Об этом "Новороссия" поговорила с обозревателем "Царьграда" Андреем Ревнивцевым.
– Проблема, озвученная Гуцаном, реальна или это попытка сместить фокус внимания с других, более насущных проблем в армии?
– Проблема, действительно, стоит остро, потому что для многих это – чистая формальность. Немало коррупционеров, отправленных за решётку, считают, будто вытянули "счастливый билетик". Подписали контракт – и думают, что всё, отсидятся где-нибудь в тылу. А на самом деле "малина" для казнокрадов, похоже, закончилась. Теперь военная прокуратура будет проверять каждого из 1100 осуждённых по коррупционным статьям, которые сейчас находятся "за ленточкой".
– 1100 – это много. Кто именно из известных фигур сейчас воюет?
– В списке есть громкие фамилии. На СВО находится экс-заместитель главы госкорпорации "Росгеология" Руслан Горринг, который обвинялся в многомиллионных хищениях. Воюет Яков Сандаков – бывший министр здравоохранения Иркутской области, осуждённый на 18 лет за коррупцию. Подписал контракт с Минобороны и экс-министр транспорта Свердловской области Василий Старков – фигурант крупного дела по взяткам при дорожных госконтрактах. Теперь "трудности" службы каждого из них начнут рассматривать под микроскопом.
– Сразу вспомнилась история с адвокатом Эльманом Пашаевым. Говорят, он предлагал за деньги решать вопросы заключённых, желающих "искупить вину перед Родиной".
– Да, это отдельная тема. По данным следствия, юрист мог обещать решать вопросы заключённых. Перспектива, прямо скажем, заманчивая: платишь 10–15 млн рублей, отправляешься на фронт, сидишь в тылу, получаешь госнаграду и уже через пару месяцев возвращаешься на волю героем, дутым, конечно. Сколько человек уже воспользовалось этим "уникальным" предложением – следствие не раскрывает. Но то, что подобная практика существует, знают все.
– А как к этому относятся бойцы на передовой? Ведь они видят всё своими глазами.
– А как они могут относиться? Негативно, разумеется. Это, прямо скажем, демотивирует. Вот в ЧВК "Вагнер", например, было по-другому. Глава компании Евгений Пригожин говорил, что в "оркестре" ни криминальные авторитеты, ни бывшие чиновники не ходили в поварах, – все воевали исключительно штурмовиками.
– И это справедливо, особенно если речь идёт о хищениях денег, выделенных на оборону.
– Конечно. Я лично считаю: пускай они сами, на своей шкуре, почувствуют, что такое воевать. Как говорил наш товарищ, боец Танай Чалханов, надо повесить на них штатный бронежилет "Модуль", который весит как два канализационных люка. А ещё штатный шлем – такой тяжёлый, что от него голова не двигается через полчаса. Дать БК и отправить в штурм. Ну, или если здоровье не позволяет, можно отправить подносить снаряды на "нуле". Кто выживает, тот меняет мировоззрение.
– Но ведь не всегда появление "проштрафившихся чиновников" в тылу – это их личная инициатива? Может, есть объективные причины?
– Вы правы. Не всегда это обусловлено взятками и другими "мутными схемами". Иногда командиры подходят к вопросу с сугубо практической точки зрения. Понятное дело, что если он может принести пользу не на поле боя, то зачем отправлять его в штурм с противотанковой миной в рюкзаке? Когда казнокрад, имеющий большие связи "на гражданке", попадает в часть, где есть острый дефицит во всём, начиная от дронов и заканчивая формой, то любой командир, естественно, начнёт задействовать "новобранца" в гуманитарных проектах. Очевидно, что не за просто так – за определённые преференции, например частые командировки в тыл. Человек обеспечивает своих товарищей всем необходимым, а за это получает возможность более-менее безопасно служить Родине.
– А есть случаи, когда они реально воюют?
– Разумеется, все же разные люди. Например, недавно прекратили уголовное дело в отношении экс-мэра Большого Камня Приморского края Рустяма Абушаева. Ранее его осудили за мошенничество с землёй и ведение бизнеса через подставных лиц. Однако в зоне СВО Абушаев проявил себя как настоящий герой. Имеет ранения и награды за боевые заслуги, в том числе орден Мужества. Рискуя жизнью, Абушаев эвакуировал раненых и захватил натовскую технику. Вот это я называю "кровью смыть преступления перед Родиной".
– Получается, что одной проверкой тут не обойтись. Нужен индивидуальный подход?
– Абсолютно верно. СВО усилила в людях жажду справедливости. Нет ничего хуже осознания того, что чиновник, которого во времена Великой Отечественной судили бы по законам военного времени, не только не отсидит своё, но и не "отвоюет". Поэтому требование Гуцана логично и своевременно. Генпрокурор дал чёткий сигнал: блатные, вы там воюете? А мы идём к вам!
Автор: Сергей Иванов