Когда мы слышим слово «банкрот», в голове возникает определённый образ: человек средних лет, который влез в долги, потерял работу или бизнес, набрал кредитов и не смог расплатиться. Жизненная драма, крайняя мера, крайний случай.
А теперь — свежая статистика, которая ломает этот образ. За последние два года доля банкротств среди россиян моложе 25 лет выросла с полутора процентов до четырнадцати. Почти в десять раз. Каждый седьмой банкрот в стране — человек, которому ещё нет двадцати пяти.
Это уже не единичные случаи. Это — тенденция. И она заслуживает того, чтобы в ней спокойно разобраться.
Цифры, которые говорят сами за себя
По данным коллекторского агентства «Интел коллект», картина за последние три года изменилась радикально:
— В начале 2023 года доля банкротов до 25 лет — 3%. Каждый тридцатый.
— К концу 2025 года — уже 15%. Каждый шестой-седьмой.
— Возрастная группа 25–29 лет с долей 21% и вовсе вышла на первое место, сместив прежних «лидеров» — людей 35–39 лет.
То есть сегодня самые частые банкроты в России — это не люди в расцвете карьеры, которые не рассчитали силы. Это — молодёжь. Студенты, выпускники, начинающие специалисты. Люди, которые только вступают во взрослую финансовую жизнь — и тут же спотыкаются.
Почему так происходит
Экономист Ахмед Юсупов, партнёр коммуникационного агентства, объясняет ситуацию сочетанием двух факторов — и оба заслуживают внимания.
Стало проще «обнулиться»
Первый фактор — упрощение процедуры банкротства. С 2020 года граждане с долгами до миллиона рублей могут подать заявление через МФЦ — бесплатно. А с недавнего времени — ещё и через Госуслуги, не выходя из дома.
Раньше банкротство было долгим, дорогим и сложным процессом. Нужен был юрист, суд, арбитражный управляющий — и деньги на всё это. Для человека с долгом в 200 тысяч рублей процедура стоила дороже, чем сам долг. Поэтому банкротились единицы.
Теперь — несколько кликов на Госуслугах. Заполнил заявление, приложил документы — и через полгода долги списаны. Порог входа снизился настолько, что банкротство стало массово доступным. В том числе — для двадцатилетних.
Микрозаймы без плана
Второй фактор — поведенческий, и он, пожалуй, важнее первого.
Молодые люди берут микрозаймы — часто импульсивно, без чёткого плана погашения. Нужны деньги на телефон — взял микрозайм. На поездку — ещё один. На одежду — третий. Каждый по отдельности — небольшой: 10, 20, 30 тысяч. Но проценты у микрофинансовых организаций — чудовищные: сотни процентов годовых. И маленький долг за несколько месяцев превращается в большой.
А дальше — простая математика: доход студента или начинающего работника не позволяет расплатиться. Долг растёт как снежный ком. И человек обращается к банкротству — как к кнопке «Reset» в компьютерной игре.
По словам Юсупова, многие молодые люди воспринимают банкротство именно так — как легальный способ «обнулиться». Не как финансовую катастрофу, а как сервис. Проблема? Спишем. Начнём заново.
«Обнулиться» помогают юристы — за деньги
Ситуацию подогревает агрессивная реклама юридических фирм, которые специализируются на банкротстве. Она — повсюду: в интернете, в мессенджерах, в социальных сетях. «Спишем долги за 0 рублей!», «Банкротство — легко и быстро!», «Начни жизнь с чистого листа!».
Эти рекламные сообщения создают впечатление, что банкротство — это простая и безобидная процедура. Что-то вроде подписки, которую можно отменить. Без последствий, без проблем, без стыда.
Но это — не вся правда.
Чего не говорят в рекламе
А не говорят вот что:
Запись о банкротстве остаётся в кредитной истории на пять лет. Пять лет — это очень долго для двадцатилетнего человека. Это значит, что в самый активный период жизни — когда нужна первая машина, первая ипотека, первый серьёзный кредит — человек оказывается за бортом. Банки видят пометку «банкрот» — и отказывают.
Ограничения на руководящие должности. После банкротства в течение определённого срока нельзя занимать руководящие посты в компаниях. Для молодого специалиста, который хочет расти по карьерной лестнице, это — реальный барьер.
Проблемы с ипотекой. Попробуйте оформить ипотеку с банкротством в кредитной истории. Теоретически — можно. Практически — банки будут смотреть на вас с огромным подозрением, предлагать худшие условия или отказывать вовсе.
Репутационные последствия. В эпоху, когда работодатели проверяют кандидатов по всем доступным базам, запись о банкротстве — это пятно, которое может повлиять на трудоустройство.
Двадцатилетний человек, который «обнулился» через банкротство, может обнаружить к тридцати годам, что обнулил не только долги, но и возможности.
Масштаб проблемы — пока управляемый
Есть и успокаивающая часть. Как отмечает Юсупов, на макроуровне ситуация пока не критична. Долги молодых банкротов — относительно небольшие: чаще всего 300–500 тысяч рублей. И должны они в основном микрофинансовым организациям, а не крупным банкам. Для банковской системы это — не угроза.
Но — внимание — настоящая проблема может проявиться позже. Когда сегодняшние двадцатилетние банкроты повзрослеют и захотят взять ипотеку, автокредит или просто нормальный потребительский кредит. По прогнозу экономиста, эффект станет заметен к 2027–2028 годам.
Целое поколение молодых людей с испорченной кредитной историей — это ослабление потребительского спроса на годы вперёд. Люди, которые не могут взять ипотеку, не покупают квартиры. Не берут автокредит — не покупают машины. Не могут оформить рассрочку — тратят меньше. А это уже влияет на экономику в целом.
При чём тут родители и финансовая грамотность
Вот что ещё важно. Исследование сервиса «ЮMoney» показало: современные студенты стремятся к финансовой самостоятельности. Только 11% полагаются на помощь родителей. Остальные — работают (34%), подрабатывают (11%), зарабатывают на блогах и креативных проектах (14%).
Это, казалось бы, хорошая новость. Молодые люди — самостоятельные, инициативные, не сидят на шее. Но есть обратная сторона: самостоятельность без финансовой грамотности — это путь к ошибкам. Когда ты сам зарабатываешь и сам распоряжаешься деньгами — но никто не объяснил, как работают проценты, что такое полная стоимость кредита и почему микрозайм «на три дня» может обернуться долгом на три года.
Как справедливо заключает Юсупов: «Просветительская работа по финансовой грамотности должна начинаться до первого кредита». Не после того, как человек уже влез в долги. А до — когда ещё можно объяснить, предупредить и научить.
Что могут сделать родители и бабушки с дедушками
Если у вас есть дети, внуки, племянники в возрасте 18–25 лет — эта тема касается вас напрямую. Не потому что они обязательно станут банкротами. А потому что предупредить — всегда лучше, чем разгребать последствия.
Несколько простых разговоров, которые могут уберечь от больших проблем:
— «Микрозайм — не карманные деньги». Объясните, как работают проценты в МФО. Займ в 10 тысяч при ставке 365% годовых за полгода превращается в 28 тысяч. За год — в 46 тысяч. Это не выдумка — это реальная математика.
— «Банкротство — не перезагрузка». Расскажите о последствиях: испорченная кредитная история, проблемы с ипотекой, ограничения на карьеру. Пять лет в двадцать — это четверть прожитой жизни.
— «Если влез в долги — поговори, прежде чем бежать к юристам». Часто проблему можно решить без банкротства: реструктуризация долга, договорённость с кредитором, помощь семьи. Банкротство — крайняя мера, а не первая.
Молодые люди хотят быть самостоятельными — и это прекрасно. Но самостоятельность — это не только право зарабатывать и тратить. Это ещё и ответственность за последствия своих финансовых решений. И иногда лучшее, что может сделать старшее поколение — не дать денег, а научить с ними обращаться.
Один разговор за кухонным столом. Один пример из жизни. Одно объяснение, как работают проценты. Это может стоить дороже, чем любой подарок — потому что это инвестиция в будущее, которое не начнётся с пометки «банкрот».
А ваши дети или внуки берут микрозаймы? Знаете ли вы об их финансовых привычках? Или, может, сами когда-то попадали в долговую ловушку — и теперь можете предупредить молодых? Напишите в комментариях — такие разговоры между поколениями нужны больше, чем любые курсы финансовой грамотности.