Биография этого большевика вполне могла бы стать основой для кинематографической саги о том, как революция уничтожала собственных создателей, или фильма о человеке, вознесшемся на вершину политического Олимпа, но не сумевшего там удержаться. Вспоминаем стремительный взлет Федора Раскольникова и его не менее стремительное падение.
Федор Раскольников появился на свет в 1892 году в Петербурге и при рождении получил фамилию матери — Ильин. Отцовская ему не полагалась, так как он был незаконнорожденным. Протодьякон Федор Петров первое время тайком навещал сына, а затем отдал его в приют — и это все, что он мог для него сделать. Так что чувство обиды и ощущение несправедливости присутствовали в жизни нашего героя с самого рождения. Неслучайно в юные годы любимым персонажем Федора стал Родион Раскольников, мучающийся вопросом собственной субъектности. В честь него юный большевик и взял позднее свой партийный псевдоним.
В 1909 году юноша поступил в Петербургский политех, а там, как полагается, вступил в РСДРП(б). Насколько это учреждение было политизировано говорит хотя бы тот факт, что профессором по экономическому отделению, куда поступил Ильин, был Петр Бернгардович Струве, наряду с Плехановым один из создателей РСДРП. В это же самое время в Политехе проходил обучение Вячеслав Скрябин (Молотов), будущий нарком иностранных дел СССР. Оба юноши принимали активное участие в партийных акциях, сотрудничали с газетой «Правда». В 1912 году Раскольников (он уже использовал этот псевдоним) был арестован, осужден и приговорен к высылке за границу. Но заболел и матери удалось его поместить в питерскую больницу. Антонина Ильина, дочь генерала, очень много делала для обоих сыновей — Федора и его младшего брата Александра.
Чтобы не попасть на фронт после начала Первой мировой, Раскольников поступил в школу гардемаринов, предназначенную специально для студентов. Однако после ее окончания Федор не был допущен во флот из-за неблагонадежности, полиция рекомендовала его к зачислению в чиновники Адмиралтейства. Тем временем случилась Февральская революция, и мичман активно включился в строительство новой жизни.
Его первым партийным заданием стала работа редактором в кронштадтской газете «Голос правды». Вооруженные матросы Кронштадта были чрезвычайно политизированы и вели себя агрессивно. Тем не менее это была важная сила, и к ним в этот период ездили представители разных партий, пытаясь заручиться поддержкой. В Кронштадте Раскольников вскоре стал одним из руководителей Совета рабочих, солдатских и матросских депутатов от партии большевиков. Ему и его товарищам удалось склонить многих моряков на сторону большевиков, что значительно повысило рейтинг самого Раскольникова в партии. Он охотно полемизировал, выступал на митингах, сыпал марксистскими цитатами, убеждал, агитировал, писал статьи.
Оставаясь сотрудником газеты «Правда», он познакомился с лидерами партии — Львом Каменевым, Иосифом Сталиным, Львом Троцким. «Правда» была в тот момент опорным пунктом большевиков, объединявшим известных и не очень партийцев. Встречался с Горьким и Буниным, революционерами старшего поколения. Важным моментом в его судьбе стала встреча Ленина на Финляндском вокзале, с которым он позднее несколько раз общался лично. В июле Раскольников был арестован представителями Временного правительства и на несколько месяцев посажен в «Кресты», где сблизился с Троцким. В этом же учреждении находились Дыбенко, Каменев, Антонов-Овсеенко, Рошаль, другие большевики. Подобная компания позволила 26-летнему Раскольникову значительно укрепить позиции в партии.
В октябре, во время выступления корпуса генерала Петра Краснова на Петроград Раскольников занимался созданием оборонительного рубежа, доставив морские орудия из Кронштадта. Все складывалось для Раскольникова наилучшим образом. В течение года он принял участие в подготовке Октябрьского переворота, избрался в Учредительное собрание, стал заместителем Троцкого в наркомате по военным и морским делам. Это был пик его карьеры. Он женился на Ларисе Рейснер, которая стала комиссаром разведывательного отряда штаба 5-й армии, а чуть позже комиссаром Морского генерального штаба РСФСР. По свидетельству очевидцев, супруги жили в Москве роскошно, занимая особняк. Марксистские убеждения не помешали Раскольникову держать прислугу.
Наконец в июне 1920 Раскольников был назначен командующим Балтийским флотом, но на этом его удача закончилась. В январе 1921 года его сняли и назначили на обидную должность полпреда в Афганистане, после чего Лариса Рейснер ушла к Радеку. В 1923 году начинающего дипломата понизили до главреда журнала, помариновали в Главреперткоме, а в 1930-м вновь отправили в дипломатическую «ссылку». В 1938 году, предвидя свой арест, Раскольников остался за границей. 17 июля 1939 года Верховный суд СССР объявил Раскольникова вне закона, что означало, что его признали «врагом народа». В сентябре того же года Федор Раскольников оказался в психиатрической клинике в Ницце с диагнозом «воспаление мозга» и там умер. Его смерть окутана тайной, есть версия, что она была не естественной.
Впрочем, важнее не то, как умер Раскольников, а почему его, орденоносца, верного ленинца, члена Военно-революционного совета Петрограда, выкинули из политической жизни и сделали изгоем. Версий несколько. Самая популярная — за просчеты, приведшие к Кронштадтскому восстанию в марте 1921 года. Не менее популярное объяснение — из-за связи с Троцким. После высылки экс-председателя Реввоенсовета его креатуры вычищались не только из армии, но и вообще отовсюду. Клеймо «троцкиста» автоматически превращало человека в «фашистского наймита», шпиона и террориста, работающего на иностранные разведки.
Надо полагать, что у Раскольникова была возможность найти свое место в сталинском СССР, если бы он понял, что время дискуссий закончилось. Шанс был небольшим, но все же не нулевым. Вместо этого Раскольников делал то, что привык делать в мятежном 1917-м — писал письма, звонил в колокола, требовал объяснений. И самое главное — он критиковал политику Сталина. Вкупе с его революционной биографией и близостью к лидерам партии он становился опасной фигурой, способной бросить тень на кого-то их своих более успешных товарищей.
Тактика устранения бывших статусных большевиков в 30-е была типовой — их переводили на «литературную работу» и смотрели, что будет дальше. Вероятно, единственным допустимым исходом было замереть, не дышать, не отсвечивать. Но не таков был Федор Раскольников, сформировавший свой характер в горниле революции…
Подписывайтесь на канал «История. Вопросы и ответы», чтобы не пропустить новые публикации!