— Твоя мать поступила как базарная баба! Хотя чего от неё ждать? Деревня она и есть деревня!
— Что-о? — я даже чашку в раковину не поставила, так и замерла с ней в руках.
— Что слышала, — сказал муж. — Нормальные люди так не делают!
— Нормальные люди? — переспросила я. — Это те, которые на чужой машине свою родню катают?
— Да твоя мать сама всё испортила!
— Моя мать хотя бы не жила за чужой счёт!
— Вот и иди к ней! — заорал он.
— И пойду! Ещё как пойду!
Он хлопнул дверью так, что с полки упала деревянная собачка, которую я привезла от бабушки ещё из детства.
Я подняла её с пола и поняла: всё. На этот раз не помиримся.
Утром я уже сидела с Верой, моей подругой, в маленьком кафе у клиники.
Я работаю ветеринаром. После ночной смены глаза как песком засыпаны, голова тяжёлая, а Вера сидит напротив, чай мешает и смотрит на меня так, будто сейчас будет допрос.
— Ну, рассказывай, — сказала она. — Из-за чего вы всё-таки повздорили?
— Из-за машины.
— Опять?
— Не опять, а снова...
Вера поставила ложку.
— Так я и знала. Когда мужик начинает считать чужое своим, это уже не мужик, а приложение к маме.
* * * * *
Моего мужа звали Артём.
Когда мы познакомились, он показался мне очень правильным. Вежливый, ухоженный, с хорошей работой, из семьи преподавателей. Говорил красиво, о книгах, о музыке, о выставках.
Я тогда думала: вот человек с головой - то что надо.
А потом уже после свадьбы поняла, что под всем этим лоском сидит обычная спесь.
Не “мы так привыкли”. А “мы не такие, как вы”.
Я выросла в простой семье.
Отец мой, Виктор Ильич, всю жизнь работал руками. Мама, Нина Сергеевна, тоже не из барынь. Они оба из села, потом в город переехали, квартиру получили, меня вырастили.
У нас дома никто не выпендривался. Но и никто никого не унижал.
Отец умер за год до моей свадьбы.
Мама еле это пережила. Полгода чёрное носила, потом вроде понемногу отошла. Осталась у неё от отца почти новая машина и гараж.
Я от наследства отказалась в её пользу. Мне машина не нужна. Я за рулём не езжу.
А у Артёма права были.
Только машины не было.
Когда мама сама предложила ему ездить на папиной машине, он чуть не прослезился.
— Тёща моя любимая, спасибо вам огромное. Я очень аккуратный водитель, вы не пожалеете!
— Я не дарю, — сразу сказала мама. — Я даю пользоваться. И если мне надо — отвезёшь. В поликлинику, в магазин, по делам, куда скажу.
— Конечно! О чём речь!
Я ещё тогда подумала: ну вот, как хорошо. И мама под присмотром, и машина не стоит мёртвым грузом.
Первое время он и правда помогал.
В субботу возил маму в гипермаркет. Таскал пакеты, катал тележку, даже воду в пятилитровках грузил, не морщился.
Потом мама затеяла дома ремонт.
— Тём, отвезёшь меня в строительный?
— Без проблем.
Я смотрела и радовалась.
А потом началось.
— Мы сегодня к маме заедем, — говорил он вечером.
— Зачем?
— Ей на рынок надо.
— А мы собирались в кино.
— Ну, перенесём.
Потом:
— Я в воскресенье с утра отцу помогу.
— Чем?
— Ему к знакомому на дачу нужно.
— На папиной машине?
— А что такого?
А потом ещё хуже.
— Я Лидию Павловну подкину до станции.
— Это кто?
— Мамина троюродная тётка.
— А почему именно ты?
— Потому что у меня машина есть.
Вот именно. У него вдруг появилась “его” машина.
Последний гвоздь был, когда мама позвонила мне сама.
Голос у неё сухой, обиженный.
— Доча, ты не знаешь, Артём сегодня занят?
— А что?
— Мне к врачу надо было. Он обещал. А теперь говорит — не может.
Я набрала его сразу.
— Ты где?
— Еду.
— Куда?
— Маму в торговый центр везу. У неё юбилей скоро.
— А моя мама к врачу не поедет?
— Потом съездит. Не умирает же.
Вечером мама приехала к нам сама.
На такси.
В плаще, с пакетом из аптеки и злым лицом.
— Проходи, мам, — сказала я.
Она в прихожей даже туфли не сняла и сразу к Артёму:
— Ключи от машины сюда давай.
Он оторопел.
— В смысле?
— В прямом. Доверенность я завтра отменяю. Машину забираю.
— Нина Сергеевна, вы что?
— То. Я давала машину не для того, чтобы ты всю свою родню на ней развозил.
— Я вообще-то и вам помогал.
— Помогал. Пока не решил, что машина твоей стала.
— Это несправедливо.
— Несправедливо — это мне на такси к врачу ездить, пока ты свою мать по магазинам катаешь.
Я стояла у шкафа и молчала.
А он вдруг сказал:
— Ну конечно. Что с вас взять. Деревенская логика.
Мама очень медленно повернулась к нему.
— Повтори.
— Я сказал, нормальные люди вопросы решают по-другому.
— Нет. Ты сказал “деревенская” и что там дальше было?
— Вам послышалось...
Мама тогда скандал не закатила. Вот что страшно.
Она просто протянула руку:
— Ключи. Немедленно.
Он швырнул ключи на тумбочку.
— Забирайте.
— И доверенность завтра аннулирую.
— Да пожалуйста.
Мама взяла ключи и уже у двери сказала ему:
— Сынок, если ты так стыдишься деревни, запомни одно. Корова хоть молоко даёт. А от твоей интеллигентности один шум.
И ушла.
Даже дверь за собой тихо закрыла.
После этого я ещё неделю пыталась с ним говорить.
— Зачем ты это сказал?
— Потому что она меня унизила.
— Она забрала своё.
— Могла бы по-человечески попросить.
— По-человечески? Она тебе доверила память об отце. А ты что сделал?
— Память, память… Машина должна ездить, а не стоять.
— Только не под твою мать.
— Не трогай мою мать!
— Твою не трогай, а мою значит можно называть деревенщиной?
— Да если бы не твоя мать, всё было бы нормально!
Нет, не было бы...
Через пару дней я случайно увидела у него в телефоне сообщение.
Не рылась. Экран сам вспыхнул.
“Сын, только не унижайся перед этой слабоумной. Я нашла тебе вариант получше.”
Я села прямо на край кровати.
Когда он пришёл, я спросила:
— Что за “вариант получше”?
Он сначала замялся, потом огрызнулся:
— Мама просто переживает.
— За что? Что я собак лечу, а не ваш княжеский род продолжаю?
Она тебя уже кому-то сватает?
— Ну и что?
— А то, что мы ещё женаты!
— Это ненадолго.
Вот тогда я и перестала с ним спорить.
Развод прошёл быстро. Детей у нас не было. И слава Богу.
Мама себя ещё виноватой чувствовала.
— Это я вас поссорила.
— Нет, — сказала я. — У нас и без того стычки были, то просто уже последняя капля была.
Работа меня держала. Там не до слёз было. Потом моя Вера притащила новости.
Мы с ней опять сидели в кафешке.
— Слушай, твой бывший-то женился.
— Быстро.
— Очень. На какой-то студентке. Едва двадцать есть.
— Мама выбрала?
— А как же. И знаешь, что самое смешное?
— Что?
— Там семья ещё гораздее вашей “интеллигенции”. Невеста у них, видишь ли, потомственная. Родословная. Почти княжна.
Я тогда впервые за долгое время рассмеялась.
— И как ему?
— А никак. Его там держат за приложение. Даже свекровь твою бывшую, как девочку строят.
— Серьёзно? Многое бы отдала, что бы это увидеть...
— Бумеранг, дорогая.
А мама моя тем временем села за руль.
Сначала боялась. Потом по двору круги наматывала.Потом до магазина доехала. Потом до кладбища к отцу сама съездила.
Вернулась, сняла платок и сказала:
— Ну всё. Хватит мне по мужикам с просьбами ходить.
И правда.
Через месяц машину и внутри вычистила, чехлы новые купила, в бардачок влажные салфетки положила, в багажник — сумку с тросом, перчатками и аптечкой. Стала настоящей авто-леди.
Жаль отец не видит, он бы оценил...
Если вам нравятся такие житейские рассказы — подписывайтесь на “Бабку на лавке”. Здесь такого добра много, и новые драмы появляются каждый день!
Приятного прочтения...